Постарайся не ходить: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Боон подчеркнул, что Первому нужны перемены в управлении, что новый Совет хотел бы больше, чем при прежнем Векторе, опираться на мнение старейших семей. И спросил, не против ли собравшиеся, если на них будет возложено голосование по важным вопросам. Голосовать можно будет дома, в отдельном, закрытом разделе системы сообщений.

Собравшиеся были не против.

Затем Боон пообещал, что те из прежнего Вектора, кто проявил слабость и безволие, не войдут в новый Совет. Однако большую честь окажут всем Йрин и Энфо, а также Шэри, племянник безвременно покинувшей нас Ану, если согласятся занять освободившиеся места.

Оказали. Согласились.

Шэри, распахнув глаза, высматривал в лицах хоть тень сомнения, хоть легкое движение бровей. Ану приходилась ему такой дальней теткой, что между ними никогда не было родственных отношений. Но Боон подчеркнул родство Шэри не с собой, а с Ану. Это что-то означало, но что?

И ведь никто не спорил! Вот что было удивительно и даже подозрительно! Шэри не знал, как Боон убедил собраться представителей старейших семей, не представлял, с кем и о чем он успел договориться. Тем сильнее его волновало, что никто не возмущался, как, бывало, возмущался на собраниях сам Боон.

Упомянул Боон и о том, что больше невозможно ходить по осколкам, как ходили раньше, и трудиться на них, как трудились — это стало слишком опасно. Но уважаемый Эар, добровольно освобождая свой пост, указал, что, сохраняя разумную жизнь, народ Первого достигнет успеха даже после нынешних колоссальных потерь.

— …Мы не отступаем, не отказываемся от работы на осколках, хотя это решение напрашивается. Мы всего лишь меняем вектор движения. Слова Эара вам передаст Советник Шэри.

Вмиг стало холодно, хотя Шэри точно помнил, что в зале всегда комфортно и тепло. Исчезли все чувства и, что самое скверное, все мысли. Осталось лишь напряжение, стянутое в тугую пружину, и нарастающий стук сердца.

Он встал. Ощущая на себе множество внимательных взглядов, прошел за креслами последнего ряда, спустился по маленьким ступенькам на длинную лестницу и вышел в центр. Боон заботливо указал ему место рядом с собой и, заложив длинные руки за спину, тихонько шепнул:

— Не беспокойся, все в порядке.

Пружина внутри была готова сорваться. Мысли спутались, слова разбежались, ни одного он не мог поймать, чтобы начать говорить. Кое-как прочистив горло, произнес:

— Эар оставался Проводником, даже когда прежний Вектор перестал существовать.

Он не узнавал своего голоса. Сердце билось так часто, что в груди жгло. Страх ошибки перехватил дыхание. Слова мельтешили в памяти, не желая складываться в ясную мысль. Было что-то про шанс, про силу и про новое… А может, не «новое», а «снова»?

И Боон смотрит слишком долго и слишком тяжело. Кажется, пауза слишком длинная!

Главное, продержаться, главное, ничего не перепутать…

Шэри прикрыл глаза, опасаясь сбиться, если вдруг в чьем-то лице заметит неприятие:

— Мы больше не можем охватить вниманием весь мир, но Эар указал нам новый вектор, новый путь. Мы должны дать шанс вспыхнуть среди разумной жизни силе, которая…

Так «новый» или «снова»?!

— …которая…

И, перед тем, как от волнения и страха зашлось сердце, выпалил наудачу:

— …которая снова собрала бы наш мир!

Зашушукались, зашелестели, как листья перед грозой.

Неужели ошибся? Неужели не поверят, заметят его промах?

Пружина разжалась. Липкий страх накатил волной, до тошноты, до оглушающей пелены.

Некоторое время Шэри просто стоял, закрыв глаза и с тревогой вслушиваясь в обрывки голосов. Понемногу муть в ушах развеялась, стали прорываться отдельные фразы: «Да, мудрые слова», «…снова целый мир! Это даст надежду!».

Совсем близко послышался строгий шепот тестя:

— Ты врешь, как наши архивы… Эар говорил что-то другое. Хотелось бы мне знать, куда нас завели бы его слова, если бы мы последовали им в точности. Впрочем, ладно, что уж причитать…

Остальное Шэри помнил смутно. Волна страха схлынула, оставив пустоту. Думать о том, что он натворил, было невыносимо. Хотелось уйти немедленно, бросить эту абсурдную затею Боона с назначением его в Совет. Хотелось вернуться домой, подальше от пристальных взглядов и дождя голосов. Но слабость не позволяла сделать ни шага, ноги словно прилипли к полу.

Раньше надо было уходить! Раньше. Теперь поздно… Все сказано, со всем согласился.