Отец Иоанн Кронштадтский: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Благополучно он приехал в Кронштадт, и удачно ему привелось побеседовать с Батюшкой отцом Иоанном, который ему сказал:

— Если хочешь добиться желанной цели, то сегодня же поезжай отсюда во Владикавказ к тамошнему епархиальному епископу, никуда отнюдь не заезжая и в дороге нигде не замедляй; а если куда заедешь и прервешь свое прямое направление, то знай, что твоя цель никогда не будет достигнута.

Отец Мартиниан немедленно поехал. В Москве он лишь только перебежал с вокзала на вокзал, и хотя в ней никогда не бывал, но отнюдь ничем не заинтересовался, имея одну лишь в виду заповедь отца Иоанна. Но вот и тяжелое искушение — поезд мчится мимо родного села, в котором более 20 лет не был, да еще вперед неизвестно, когда придется быть в нем. “Заеду на самый краткий срок, до другого поезда, повидаться с родными, а потом постараюсь ускорить путь”, — решил и исполнил свое намерение. Повидался со старухой матерью и с прочими родственниками, торопился продолжать свой путь, но следующего поезда не захватил и на станции с родными прождал несколько часов до другого, так что почти на сутки опоздал.

По приезде во Владикавказ он пошел в Архиерейский дом и на просьбу представиться владыке ему ответили, что владыки нет дома, ибо он уехал на свидание с Наместником Кавказа (который объезжал вверенный его управлению край), и лишь несколько часов он не захватил дома владыки.

Энергичный отец Мартиниан поторопился ехать по указанному пути далее на Баку в надежде увидеть владыку и Наместника. На половине пути он узнал, что Наместник остановился и долго осматривал одну старинную заброшенную крепость. Отец Мартиниан слез на указанной станции и пошел к видневшейся на горе крепости. На пути повстречался с преосвященным Владикавказским, который возвращался с военным священником на станцию. Как они его по одежде признали иноком, так и ему нетрудно было их узнать.

Отец Мартиниан бойко и толково объяснил цель своего сюда путешествия, и из уст владыки вырвалось:

— Ах, если бы вы были здесь за несколько часов раньше, то Наместник тут же на месте утвердил бы своим указом быть в этой крепости монастырю, так как сам высказывался, что эта крепость более походит на монастырь, и если бы нашлись монашествующие здесь жить, то я все свое старание приложил бы к безбедному тут им пребыванию. Ну, что бы вам за несколько часов раньше явиться? А теперь Наместник спешно уехал в Тифлис. Советую вам туда немедля к нему ехать с моим письмом.

Отец Мартиниан, получив письмо, поехал в Тифлис, но в Тифлисе ему сообщили, что Наместник уехал спешно по вызову в Петербург.

После того отец Мартиниан сколько ни ездил и куда ни обращался, всюду получал лишь одни отказы. И не выполнивши своей миссии, вернулся на Афон, где и умер схимником.

Православный эстонец Феодор Гросман, молодой человек, просил у отца Иоанна благословения идти на Афон в монахи, и Батюшка ему ответил:

— Бог благословит! Будешь монахом и иеродиаконом, но иеромонахом не будешь!

Ф. Гросман приехал на Афон и поступил в число братства нашего Андреевского скита. Был помощником аптекаря и способным певчим; пострижен в монашество с именем Фаддея и вскоре был рукоположен во иеродиакона, и всем чистосердечно рассказывал о пророчестве отца Иоанна. Но пробыв несколько лет иеродиаконом, начал сомневаться в этом пророчестве и высмеивать праведника, что, мол, я все равно буду и иеромонахом. Один раз его обошли в рукоположении, рукоположив моложе его иеродиаконов в иеромонахи, отчего он еще более ожесточился. И когда появилась в скиту имябожническая смута434, то отец Фаддей не по ревности пристал к имябожникам, а лишь по злобе на игумена за то, что не представил его к рукоположению, как он предполагал получить сан священства, и вместе с имябожниками ему пришлось выехать с Афона, как их стороннику.

В Петербурге он снял духовную одежду и женился, но брак был неудачным, и через год он развелся с женою и вторично женился на другой. Вот до чего могла довести человека насмешка над предсказанием праведника, коего оскорбить все равно, что и Бога.

К настоятелю нашего скита отцу Иосифу приходит пожилых лет паломник и просит принять его в число братства, коего было изобильно, да и охотников из паломников поступить было много молодых и способных на все дела; но только сей паломник заявил, что отец Иоанн Кронштадтский его к нему послал. Отец Иосиф спросил:

— А какое-нибудь ремесло знаешь?

— Я каменщик и могу дороги мостить.

— А, если каменщик, то нам ты нужен. Нам надо из скита до водяной мельницы дорогу провести.

— Батюшка отец Иоанн мне так и сказал: “Поезжай на Афон в Андреевский скит и там дорогу будешь проводить”.

Новый послушник вскоре принялся за возложенное на него послушание и за год провел до мельницы хорошую дорогу зигзагами, по которой свободно могут ехать в глубокое ущелье самые большие автомобили (каких здесь еще нет) и повозки, запряженные быками.

По окончании дороги каменщик заболел, слег в больницу скитскую и умер в ней схимником, прожив на Афоне два года.

Нашего скита схимонах Иосиф был усердным почитателем отца Иоанна. Отцу Иосифу пришлось прожить до 1914 года в Петербурге при подворье скита, и он в подробности знал биографию отца Иоанна и мне рассказывал в точности так же о (помещенном в вашей книге) происшествии с отцом Иоанном о “заклании” его врагами и что после этого он сильно страдал физически до самой смерти, но все терпеливо переносил.

Некто Александр... отбывал воинскую повинность в Кронштадтской крепости и пришел однажды в Андреевский собор на Литургию, которую служил отец Иоанн. Когда все стали подходить приобщаться Святых Таин, то и он подошел по примеру других, хотя и не приготовился к Причащению. Отец Иоанн, заметив, что у него за поясом висит штык, сказал: “Убери штык”. Он пошел и отдал его старосте, а пока он ходил, отец Иоанн уже окончил Причащение, и Александр не успел причаститься. Вероятно, отец Иоанн предвидел, что он без должного благословения приходил ко Причащению, или и то, что впоследствии он сделался коммунистом-безбожником, и своей придиркою за штык оттолкнул его от Чаши, тогда как других всячески принуждал ко Святому Причащению возможно чаще.

Принося благодарность всем сотрудникам в благочестивом деле, пребываю всегдашним молитвенником

Святогорец иеромонах Харалампий».

Письмо протоиерея Аристарха Пономарева, члена Всезаграничного Собора Русской Православной Церкви Заграницей, состоявшегося в августе 1938 г. в Сремских Карловцах в б. Югославии, бывшего ранее членом Всероссийского Духовного Собора в Москве

«Лично мне не судил Господь видеть великого молитвенника, прозорливца и чудотворца отца нашего Иоанна. Но из многих встреч и бесед с людьми, близко соприкасавшимися с отцом Иоанном, у меня сложилось убеждение в том, что отец Иоанн Сергиев (Кронштадтский) — великий угодник Божий и слава Церкви Российской, Православной.

Будучи священником Екатеринбургского кафедрального Богоявленского собора, я был приглашен одним прихожанином на именинный обед.

После молебна все уселись за трапезный стол. Зашла речь об отце Иоанне. Хозяин дома (именинник) по торговым делам был в городе Иркутске у своего компаньона. Семья последнего состояла из мужа, жены и маленькой дочери, заболевшей скарлатиной в тяжелой форме. Страх потерять единственную дочь потрясал сердца родителей. Были приняты все возможные по месту и времени меры, но ребенок таял на глазах родителей. Мать настаивала на посылке телеграммы отцу Иоанну, а отец, видимо, не разделял веры в силу молитвы отца Иоанна. Но все же, побежденный силой материнской любви, он послал телеграмму в Кронштадт с просьбой о молитве. Рассказчик вернулся домой в Екатеринбург и здесь уже через несколько дней получил письмо от отца болящей малютки с радостной вестью, что в тот же день получен был ответ: “Молитесь — будет жива”.

Рассказчик сам признался, что и он не верил в возможность такого исхода после посылки телеграммы. Когда же, к немалому его смущению, он получил радостное письмо от уверовавшего отца, то и сам с женой своей решил поехать в Кронштадт, повидать молитвенника и чудотворца.

Приехали. После ранней Литургии они ждали в своем номере в Доме Трудолюбия отца Иоанна. Общая нервность передалась от ожидавших отца Иоанна и рассказчику, и на этой почве у него произошла размолвка с его женой, даже всплакнувшей от незаслуженного горького слова со стороны супруга.

[434] ...когда появилась в скиту имябожническая смута. — История этой смуты такова. Вышедшая в 1907 г. книга схимонаха Илариона «На горах Кавказа», посвященная практическим наставлениям в молитве Иисусовой, вызвала споры и разделения на Афоне, прежде всего среди иноков Пантелеимонова монастыря, Андреевского скита и скита Новая Фиваида. Они заявили о формировании нового догмата Церкви о том, что Имена Божии, и в особенности имя Иисус, есть Сам Бог. Широкое распространение ереси имябожничества связано с именем иеросхимонаха Антония (Булатовича), который изложил свое учение в книге «Апология веры во имя Божие и во имя Иисус». В конце 1912 — начале 1913 гг. произошли волнения и бунты, Булатович и его сторонники изгнали в Андреевском скиту игумена и многих из братии, попытались насильственно захватить власть и монастырскую кассу. Святейший Синод в своем Послании от 18 мая 1913 г. осудил имябожничество как ересь, и по его хотадайству Государь Император и русское правительство приняли решение об удалении еретиков с Афона. В начале июля имябожники были вывезены на пароходе в Россию. (См.: Петр (Пиголь), игумен. Афонская трагедия: гордость и сатанинские замыслы. М., 2005).