АВТОР. (Перебивает). Зачем с вашей точки зрения, я настоящее убийство описывал? Это не может быть совпадением?
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Теоретически может. Конечно же… А вот это вы как объясните? Замерзшие граждане Российской Федерации — Самуил Печник и Летиция Шарон. Смотрите, лежат, обнявшись. В Антарктиде, между прочим.
АВТОР. Погоди. Это же я еще не напечатал. Это только у меня в компьютере. Это я только близким друзьям давал почитать. Откуда это у тебя?
СЛЕДОВАТЕЛЬ. А мы уже на ты? Нет. Нет. Нормально. Ну, изъяли из компьютера вашего все. Из ноутбука Самсунг Q-310. Прикольная у вас, кстати, эта картинка на рабочем столе, где полтарашку зелени чувак по пачкам пересчитывает. Я себе тоже на рабочий стол поставил. Ну ладно. Это мы отвлеклись. Это же ведь не конец истории. Роман, или как вас там… Ничего сказать не хотите? Да… Идем дальше. Вот документы из архива. Солдат такого-то полка убил четверых старших офицеров, как он уверяет, по их просьбе. Вот читайте. Военно-полевой суд приговорил его к расстрелу. Приговор приведен в исполнение. Что у нас дальше? А вот смотрите. Еще два жмурика. Жорж и Сурик. Георгий конечно же по паспорту. Знаете, как они погибли? Бытовая пьянка. Их одна гражданочка замочила, Карина Медведева, будучи в состоянии алкогольного опьянения. Сравниваешь протокол и ваш роман, и много недостающих фактов находишь там. Логическую цепочку, так сказать. А то они там в протоколе. Бе. Ме. Не помню. Я находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения. Ладно, дальше. Вот еще два трупа. Их, когда нашли, вообще ничего понять не могли. Патологоанатом сделал заключение: они упали на землю с огромной высоты, скорее всего, с самолета. Но самолеты над тем местом отродясь не летали. Вот так. И еще одна занимательная деталь. Они, когда летели, держались за руки. Так и не расцепились, хотя сами в лепешку. Усекаешь? Ой, я тоже с вами на ты уже. Нормально? Идем дальше. Так. Будущее я комментировать не буду, полномочий нет. Хотя признаюсь честно, нас будущее как раз только и интересует. Что там дальше? Вот парень, которого, застрелил в продуктовом магазине по ошибке уголовник. Смотри фотографии, они интересные. Вот человек, которого неизвестные сожгли в одном московском театре ночью, привязав предварительно к кресту. Дальше. Смотри, вот пенсионер, ветеран Великой Отечественной Войны, которого застрелил милиционер. Так в следующем рассказе ты вообще государственную тайну разглашаешь… Хватит фактов? Может прокомментируешь?
АВТОР. Бред. Вы понимаете, что это бред? Это литературное произведение. Я все это из головы взял. Выдумал. Понимаете? Вероятность того, что это произошло в реальности, равна не бесконечно малой величине, а нулю. Понимаете, нулю. Гораздо проще это объяснить все тем, что вы так просто развлекаетесь за государственный счет. Набрали актеров, разбрызгали томатного сока везде. Раскидали бутафорские головы. Сфотографировали. И ведь преследуете же какую-то цель, наверное. Рассказывайте, зачем вам это надо, Порфирий… э… забыл, как вас по батюшке….
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Николай Степанович я. Объяснение хорошее ничего не скажешь. Но судья может по-другому решить. А вдруг еще свидетели найдутся…
АВТОР. Какие свидетели?
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Свидетели того, например, как ты из театра ночью выходил. И отпечатки пальцев.
АВТОР. Я не понял? Из какого театра?
СЛЕДОВАТЕЛЬ. По умышленным убийствам срока давности, кстати, нет.
АВТОР. Чего вы хотите?
СЛЕДОВАТЕЛЬ (Причесывает волосы расческой, поправляет галстук. Одергивает пиджак. Кашляет. Говорит официальным тоном.) Вы роман этот уже дописали?
АВТОР. Нет. Не дописал. Осталось еще где-то шесть страниц.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Вот и не дописывайте.
АВТОР. В смысле? Я не могу, вы что. Представьте себе бегуна, марафонца, который в ста метрах от финиша остановился. Это решительно невозможно! Категорически…
СЛЕДОВАТЕЛЬ. А вы не спешите! Подумайте! Мы же можем, кроме того, что дело замять, еще очень многое!
АВТОР. Например.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Например, решить по поводу вашего кредита. У вас же суд уже прошел. Сейчас придут приставы и квартирку вашу того… с молотка… А у вас сейчас не очень хорошее материальное положение. Где будет ваша дочь жить? На улице? Мы можем организовать звонок в службу служебных приставов и все спустим на тормозах.
АВТОР. Какой звонок? Кто позвонит?
СЛЕДОВАТЕЛЬ. (Торжественно). Папа.
АВТОР. Римский? (посмотрел на следователя, осекся). Понятно…
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Можно проще. Мы, например, в банк занесем всю сумму. Нам это не сложно. Деньги есть. Только, пожалуйста, не дописывайте роман. Нам это очень важно!
АВТОР. Скажите. А почему у вас здесь электричества нет? Вроде следственный комитет. Все солидно. А освещение, свечка какая-то дешевая церковная.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Праздник же. Первое января. Питание отключено. Только резервное. Кстати. Праздник. Все хотят быстрее вернуться за праздничный стол. Давайте подписывайте бумагу о том, что вы обязуетесь не дописывать роман. Я вам расписку о том, что мы полностью гасим ваш кредит перед банком до тринадцатого января сего года. И все довольны. Так ведь, Уроборос?
АВТОР. А давайте не так. Давайте так. Я сейчас свечку задую. И все. И мы сделаем вид, что всего этого на самом деле не было…
Вдох. Проснулся. Да, под бормотание великого хана… Хама. Может только такое присниться. Я весь диалог их почти наизусть запомнил. Но я ничего не понял, о чем они говорили? Бывает же, вроде по-русски, слова все знакомые, а смысла не понять. Смотрю подобострастным взглядом на трибуну. Выражаю верноподданнические чувства и гадаю, заметил или не заметил. Прослеживаю его взгляд, куда смотрит. И понимаю, что он и не мог по глазам-белкам моим заметить, что я сплю, потому что всю дорогу он смотрит на член брата-боярина Киява. Не отрываясь, смотрит. Тьфу, срам какой. Да разве же может мужчина, да пусть даже он трижды Великий Хан, допускать такое. Не зря шепчутся (трижды проверив, нет ли кого за занавеской), что у них шуры-муры. Да как же ты, гад, о Родине, о высоком после этого можешь говорить? О защите Родины! Если ты жопу свою защитить не можешь. Глаза твои бесстыжие, жопа-рот-ноги-голова… Ну-с, слушаем.
— Славься же Россия в веках, единая и неделимая, вольная и хлебосольная. Реками красива, ветрами продуваема, людьми гордая! Да процветает и прирастает новыми землями, новыми людьми, новыми талантами! Пусть всегда выполняются и перевыполняются наши планы! Пусть дома наши полные чаши, руки голодные до труда, а головы для светлых идей!
Река — сточная канава, куда всю дрянь и мусор скидывают все кому не лень. Ветер тоже мусорный. Люди… Про людей я, по-моему, все уже сказал. Мусор, а не люди. Давай, бухти дальше.
— Вспоминается история одного мальчика, героя-воина, чья жизнь и судьба показала, что место подвигу есть и в наши дни. Героя, который предотвратил нашествие всей этой радиоактивной нечисти с поверхности в наши пределы. Услышал он, проходя мимо перегородки шум и скрежет сильный. Со слухом у него все в порядке было, хотя нога одна и рука плохо действовала. Побежал он небыстро, в силу своих ограниченных способностей, за помощью к людям и сообщил об опасности. Прибежали все к перегородке, прислушались. Ничего не услышали и недовольные пошли по домам. Второй раз услышал он шум и скрежет за перегородкой и еще вой леденящий вдобавок. Страшно ему стало, но опять побежал отважный мальчуган предупредить сородичей об опасности. И опять напрасно, зло как будто нарочно затихало перед толпой огромной. Обозлились люди на героя, сломали ему вторую здоровую руку и разошлись. В третий раз услышал он грозные звуки, и к ним еще прибавились ужасающие удары, от которых перегородка сотрясалась. Побежал он снова людей звать на помощь. Но никто его не слушал, насмехались лишь. Вернулся наш герой и видит, что это вредитель Нестор изнутри открыл перегородку и запустил в пределы двух ядовитых двухголовых собак с поверхности. И сразу ее закрыл, чтобы на него не подумали. И вступил наш маленький Повол, а ведь именно так и звали его, в неравную схватку с исчадиями ада, смерти прислужницами, и погиб в страшных мучениях. А на шум прибежали люди и убили двух двухголовых собак.
Сожрал ты хан мальчишечку со своими подельниками, мне тоже печенка с барского стола досталась. Эх-эх. А потом решили рассказать всем, что не от страшной болезни скончался малец, а вот такую геройскую историю придумали в назидание всем. И предъявили те части мальца, руку усохшую и прочее, которые жрать никто не стал. Ага, нашествие двухголовых собак с поверхности. Да они здесь стаями ходят. Выбрали двух, убили, а трупы потом народу предъявили. Мол смотрите, кого враг человеческий Нестор к нам сюда запустил. И все, идиоты, поверили. Даже тени сомнения в их водянистых глазах нет. Но нам то, Хан, ты зачем историю эту рассказал? Здесь все свои. Думаю, по привычке. Не может уже остановится врать, вот и несет, не разбираясь, все, что в голову взбредет. А вредителя Нестора, это я по пьяни придумал. Сидели мы как-то бухали с заместителем Хана по идеологии. Его накануне Хан взгрел, за то, что не смог он новое пугало для народа придумать. Совсем идиот. Звали его Кардан. Он только железных светящихся двухголовых или трехголовых собак мог придумать. Да кого это испугает? Наверху пострашней нечисть водится. И все чаще и чаще стала к нам пробираться. Входы ведь не укрепляются. Стены разрушаются. Новый мир попер к нам в пределы. Из-за периметра, как мы это называем. А от всевышнего нашего правителя, все скрывают. Когда он узнал, что в каждой семье давно уже живут «добрые паучки» с поверхности, он чуть тут «перезагрузку» не начал. У меня работа была почти круглосуточная. Человек триста за три дня на тот свет отправил. Еще шесть сотен отправили голышом на поверхность. И вот свет наших очей, великий певец и писатель, а также мудрый друг детей и женщин, решил придумать страшилку, а потом мы должны были какое-то страшное преступление совершить и на это чудо чудовищное списать. Мне сказали сидеть с Карданом до утра и, если он ничего не придумает, отрубить голову и отдать придворному повару. Вот сидит Карданушка с жизнию прощается. А мне жалко его стало, да еще злость на Хана за то, что он меня лишает единственного друга и собутыльника. А я до этого прочитал древнюю запрещенную книгу про батьку Махно. Мне ее книжник один тайный дал. Ну, я прочитаю, лист вырву, махоркой набью и курю, а что вы хотите, работа нервная иногда бывает. До конца, кстати, так и не дочитал, сжег, когда Нестор стал с моей подачи главным врагом человечества, а то мало ли найдут еще при внезапном обыске, не открутишься. Так и вот, Кардан набрался уже прилично, и я ему говорю, мол, давай идейку подкину, а за это ты будешь моим верным человеком. Всего-то? Спрашивает. И одним махом отрубает себе мизинец. Отдает мне в знак верности. А сам руку сильно бинтом заматывает и жгут ставит. Но это вот у нас вовсе так и не принято. Никто так в знак верности себе пальцы не рубит. Просто Кардан нажрался в черноту. Голова совсем не работает. Но кровопускание полезно было, да плюс я его холодной водой из ушата облил. Пиши говорю. Сотни лет назад жил на земле анархист Нестор. А что такое анархист? Не знаю, слово просто красивое. Нет, пиши так. Антихрист Нестор. Так еще красивее. Успеваешь записывать? И был он главным врагом русского народа и всего прогрессивного человечества. Сделали его из железа по своему образу и подобию, в свое время… Эти… Как их… Во… Укры. Заправили радиоактивным ураном и выпустили на свободу. А период полураспада урана, знаешь какой? Какой? Какой. Какой. Не важно. Записали ему программу ненависти и разрушения. И выпустили. Что писать? Что зачеркивать? Да все пиши. Не важно, что противоречия… Схавают. Не впервой. Давай выпьем? В общем, он чего-то, Кардан, напридумывал. Отнес куда надо. Там одобрили. Подключился весь табун. Мы так себя называем. Не стая, не банда, не братство даже. Вот подключился табун, писатели, проверенные из народа, чтобы правдоподобнее вышло. Книжку, типа старую подкинули, через кого надо. Потом подстроили несколько убийств и понеслось. Враг Нестор, да Враг Нестор. Кретины. Зла на вас нет.