Битвы зверей: читать начало книги онлайн

— Похоже, что вода вскипела, — напомнил колдун чумазой, и та послушно побрела к котлу. — Сними с огня и отлей немного в плошку, чтобы быстрей остыло.

Сказав это, колдун взялся за ногу больного и пальцем резко надавил на пятку.

Жамбо передернуло от внезапной боли. Он заскрежетал зубами и зарычал, едва сдерживая вопль.

— Фу, как от него воняет, — проворчал верзила неожиданно писклявым голоском.

— Нет, — возразил колдун, — не от него. Он создание божье, а потому не может быть зловонным. Зловонье от пешачи, которых я изгоняю из больного тела.

«Что за пешачи? — подумалось Жамбо. — И кто этот колдун? Он говорит, будто дитя лопочет. Он явно не телега».

Жамбо хорошо был известен диалект Высоких телег. Они говорили так, будто дрова рубили — короткими, отрывистыми фразами. А этот не говорил, а пел, и при этом вворачивал непонятные словечки.

У колдуна была необычная внешность. Глаза большие, как у серов, только с черными зрачками. Нос тоже огромный. Но серский нос высокий, и у этого — сливой. А лицо вытянутое, как у лошади и волосатое, как у обезьяны. И грудь, и руки в волосах. Ну, честное слово, писанный красавец!

Новая вспышка боли в ноге отвлекла Жамбо от досужих мыслей. Жамбо захотелось вынуть изо рта кость, стукнуть ею промеж глаз писклявому верзиле, а затем наброситься на колдуна и разорвать его на мелкие кусочки.

— Пешачи, асуры и ракшасы составляют триаду демонов, — нес колдун околесицу, не выпуская жамбиной ноги. — Она противостоит триаде благих существ — девов, людей и питаров. Пешачи обитают в местах кремации покойников. Кроме того, местами их жительства служат пустые дома и дороги. Передвигаются эти демоны в сумерках и по ночам. Кто увидит их, умрет за прошествием девяти месяцев или раньше. Если только не задобрит духов приношениями. Добрый человек повстречался с пешачи? Он путешествовал в темное время суток?

Жамбо захотелось спросить: «Значит, я умру?», но он только крепче стиснул зубы, чтобы не закричать. Он, запрокинув голову, уставился на затухающий огонь и увидел пару грязных ног девчушки в стоптанных калошах. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела не на колдуна, как все, а на Жамбо. Смотрела и ждала, когда же он заплачет.

Выдавив гной из одной ноги, колдун принялся за вторую.

— Пешачи отвратительные существа. Они питаются мясом и кровью людей, а гной есть их испражнения. От того гной такой зловонный, — разъяснил он девчушке и верзиле. — Пешачи пляшут на полях сражений, там для них истинное пиршество. Они сотворены творцом из его гнева. А еще пешачи это проклятие петаров. Что такое петар, девочка? — обратился колдун к чумазой.

— Дух предков, — послушно, но без особой охоты ответила та.

— Правильно, — подтвердил колдун. — Чем добрый человек не угодил петарам?

Колдун принял деревянную плошку с водой из рук девчушки, попробовал воду пальцем и сказал:

— Годится, — после чего продолжил разглагольствовать. — Пешачи могут становиться крохотными, меньше, чем букашка, могут делаться совсем невидимыми, когда на них идет охота. Но гной выдает их присутствие. Мы выгоняем испражнения демонов, но сами они остаются в теле. И водой их не смыть, — сказал колдун и полил из миски на раны, от чего у Жамбо по телу прошла судорога.

— И то, что от огня не изгонит мелких демонов, — сообщил колдун. — Но мы все равно присыплем. Пепел горек, и он испортит вкус мяса для пешачи.

Девчушка в ответ на эти слова вернулась к костру и набрала из него пригоршню пепла.

Колдун, получив то, чего желал, как и обещал, присыпал. Да еще втер в раны.

Пот выступил на лбу у Жамбо, молния, вспыхнувшая в голове, изнутри ослепила глаза, а рот наполнился крошками — от зубов или от разгрызанной кости.

— Но есть одно средство, которое способно изгнать пешачи. Я ее называю драконьей мазью.

Девчушка порылась в котомке колдуна и извлекла глиняный горшочек, сняла крышку, и воздух тут же наполнился пряным запахом крапивы.

— В ней суть огня, — сказал колдун, приняв горшочек, — драконьего. Мазь жжет, и чем сильнее, тем лучше для больного.

Колдун зачерпнул из горшочка и обмазал снадобьем раны.

Если бы на них полили расплавленным свинцом, и тогда бы не было так мучительно больно. Жамбо захотелось лягнуть колдуна. Но сил на это не осталось. Все они ушли на то, чтобы сдержать вырывающийся из легких вопль.

Когда колдун стал накладывать повязки, к нему подошел мужчина — по виду старший над людьми аила, — и сказал со всем почтением:

— Гуру, напрасно ты так стараешься. Если хидань помрет, никто горевать не будет.

— Я буду.

Жамбо заморгал, чтобы вернуть зрению ясность — очень захотелось увидеть того, кто это сказал. Все смотрели на девчушку, а предводитель аила всем своим видом выражал удивление.