Турнир: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— От самого Паялпана, полагаю? — невинно спросила супруга Холодного герцога.

— Именно от него.

— Минотавр и демонесса. Необычный союз, — еще более невинно заметила Альфара.

— Я — пленница принца. Он одержал надо мной победу в честном поединке. При обстоятельствах…

— О, я знаю, знаю. И теперь, надо полагать, вы узница?

— Формально — да.

— Ох, узница любви! Как романтично! — прошептала Альфара, и я подумал, что воздух в ложе стал слишком разреженный от напряжения силовых линий, что исходили от двух эффектных брюнеток.

Видно было, Альфара относится к ифритке с резким осуждением. Видимо, знает о миссии инферналки и не одобряет ее. Но она не в курсе, что с помощью мужской притягательности Дилморона и малой толике участия Червя Молчания, мы перевоспитали и приручили коварную шпионку.

Вокиал решил положить конец метанию в Ниаму дротиков и решительно предложил:

— Милым дамам больше по сердцу иные развлечения, чем мужам, обремененным тяжестью государственного положения. Полагаю, им придется по вкусу небольшая прогулка по окрестным магазинам и лавкам.

— Я не возражаю, — мелодия звонкого хрусталя из уст Ноэлии разрядила обстановку.

— А я берусь сопровождать девушек и ограждать их от досужего внимания, — вызвался граф Сэнктим.

Про меня, как обычно, никто и не вспомнил. Даже вымахав до двухметрового роста, Гонзо ухитрился остаться невидимкой. Когда облако парфюмерии покинуло ложу, Вокиал непринужденно разлил в поданные слугой бокалы вино из фаянсовой бутыли и поднял тост:

— За вас, дорогой принц. Вы счастливо избежали многочисленных опасностей по дороге. Теперь предстоит обойти неприметные ловушки, спрятанные в умах.

— Спасибо, герцог. Вы правы — у меня хватает недругов.

— Их меньше, чем может показаться на первый взгляд.

— Вы находите?

— Определенно могу это утверждать.

— Очень необычная точка зрения. Подземелье фактически на осадном положении, наш путь из Паялпана был больше похож на бегство, а вы, герцог, даете мне понять, что вокруг одни доброжелатели?

Вокиал, не торопясь, встал и прошелся по ложе, мягко ступая сапогами по синему мху ковра.

— Давайте сбросим маски, милый принц. Как известно, в любом государстве, и не важно, в Мидгарде или Реальности происходит дело, всегда имеется две партии. Два антагониста. Партия мира и партия войны. Причем, что характерно — обеим сторонам глубоко наплевать на ситуацию в целом и ее развитие. Просто одни получают больше привилегий при вооруженных конфликтах, вторые — при их отсутствии. Ваш учитель Таргон являлся столпом сил конфронтации. Не поладив с Азмоэлом, приверженцем тактики сдерживания, он вынужден был отправиться в ссылку на поверхность сферы. Но сторонников его доктрины в Подземелье осталось предостаточно. Песочные часы жизни Азмоэла постепенно пустели. Что произошло бы с принцем, если он продолжал пребывать в Подземелье в момент кончины короля? Ваша жизнь тогда бы повисла на волоске. Про самостоятельность в решениях и говорить нечего. Молодой наследник оказался бы втянут в бурный водоворот внутриклановой борьбы за власть. Мудрый Азмоэл! Он очень вовремя удалил вас с театра политических баталий. Причем, под крыло к тому самому Таргону, выбив оружие у последних ваших недоброжелателей. Да кто посмеет возразить? К юному принцу приставили в учителя самого непримиримого ревнителя свобод, самого яростного борца за исключительное право Подземелья на свою собственную судьбу. Правда же ловко, не так ли? И вот теперь король мертв, но наследник здравствует, и его тень лежит на пустом троне. Кланы мгновенно перегрызлись между собой. Народ стонет от неопределенности. И лишь появление Дилморона непременно призовет к порядку всеобщую вакханалию. На вас смотрят теперь, как на избавителя. Вас ждут с немыслимым нетерпением и те, и другие, взаимно истощив силы в беспощадной борьбе за влияние. Осталось только переместить фигуру принца с Паялпана на Родину — и партия блестяще завершена. Браво, Азмоэл! Браво, великий король и провидец! Оказавшись жертвой интриг и уступая давлению партии войны, он расчистил дорогу вам, Дилморон, к новой политике и реформам.

— Осталось не только переместить мою скромную персону на Древо, — тонко улыбнувшись, заметил Владетельный минотавр. — Оставалась еще фигура Таргона. Слишком сильная и опасная, чтобы быть на доске, — заключил он с горечью и посмотрел Вокиалу прямо в глаза.

Холодный герцог безмятежно выдержал взор принца и медленно ответил:

— Все верно. Мой дорогой принц, вы абсолютно правильно разобрались в ситуации.

Вот, стало быть, как. Великого Таргона слили всеобщими усилиями. С молчаливого одобрения самого короля Подземелья. Вокруг одно предательство. И пассивная эта блокада преследовала единственную цель — устранить опасного бунтаря, разжигателя тлеющего пламени пан — минотавризма. А Дилморон — он персона всем крайне угодная. Его требуется лелеять, а еще лучше — подсунуть пылкому юноше страстную красотку в виде отвлекающего фактора, способную капля за каплей подмочить едва отвердевшие убеждения будущего политика. А изматывающая осада Подземелья? Прекращение торговых сообщений, закрытие воздушных площадок? Ну еще бы! Забродившее винцо просто поплотнее запечатали крышкой. Пусть бунтует и пузырится в своем сосуде и, упаси Иерарх, хоть капля плеснется наружу! Погодите. Ну, а если бы Таргон раздумал лезть головой в подвешенную на дереве петлю? Если бы его не поразил припадок самоотречения? Пошли бы в боевой поход оба ковчега, окруженные кольцом воинов, как тогда? План насмарку? Или существовал некто, способный единолично провернуть акцию нейтрализации грозного знаменосца смуты? Я почувствовал, как пелена застилает мой взор. Разочарование. Обида. Хотелось бы сейчас взглянуть ему в глаза. Махор! Телохранитель принца! Посланник Азмоэла! И еще пуще накатила волна отчаянной ярости. Вот бы встать сейчас и закричать им в лицо: «Люди! Что же вы все какие паразиты?! Ну, ни одного же приличного человека вокруг! Или то, что вы творите, по вашим человечьим законам морали, и есть норма приличия?! Тогда я вообще не хочу иметь с вами ничего общего!».

Но я молчал. Как всегда. Дилморон тоже не проронил ни слова. Герцог, чтобы разрядить обстановку, перевел разговор на нейтральный предмет. На меня, то есть.

— Занятный у вас слуга, принц. Вылитый троглодит, но габариты запредельные. Мутация?

Ну, вот опять! Других слов что ли не знают? А Дилморон, занятый своими думами, мрачно ответил:

— Это возможная реинкарнация Бога троглодитов Бривала.

Вокиал бросил на меня взгляд, полный неподдельного уважения: