Иван Грозный (Книга 3, Невская твердыня): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И, немного подумав, Гавриил сказал:

- Гляди на Соловецкие острова: месяцев восемь, почитай, окутаны лютой мутью... Там люди и во тьме и в одиночестве живут... Ни входу, ни выходу... Море бушует, ветры воют, леденят кровь... Волны - будто свету конец, страшные, громадные... А то ледяные припаи полезут, облапят острова кругом, этак верст на пятьдесят, стиснут с обеих сторон, словно раздавить их хотят.

Гавриил с улыбкой махнул рукой:

- Что уж тут! Страх! И как ты думаешь? Монахи гордятся! Митрополита Филиппа они родной земле дали. Любят свой монастырь. Насильно их не сгонишь с той земли. Стало быть, - радость есть, благодать божия. Вот уж истинно: не место красит человека, а человек - место! Всему украшение человек. Недаром бог создал его по образу и подобию своему. Да и недаром человек покоряет ледяное царство... Гордость творца, могущество веры в нем... Понимай! И не жалей помора! А в Москве олени учены, да рога спилены. У нас народ свободней: охотники, рыболовы, мореходы, а у них лямки строчены, тобурки* точены. То-то, не вздыхай о нас. Вздыхай о Москве, сизый голубок! Боюсь я Москвы! Государь запугал. Но теперь ему спасибо. Прозрел.

_______________

* Обувь.

Вдруг Гавриил спохватился и замолчал.

- Спаси, господи! Наложи на уста мои узы молчания! Болтун я. Надоедливый. Много говорить люблю. Отроду такой.

И, как бы переводя разговор на другое, сказал:

- Поморы говорят: "море - наше поле, даст бог рыбу, даст бог и хлеб".

Короткие дни стали сменяться бесконечно длинными ночами, когда, наконец, московский караван подошел к Холмогорам, на левом берегу Северной Двины, недалеко от того места, где впадает в нее Пинега.

Гавриил пояснил, что сто двенадцать верст отделяют Холмогоры от Студёного моря.

Едва перевалило за полдень, а солнце уже скрылось за горизонтом и в небе выступили звезды.

Всё же Андрей разглядел окружавшие Холмогоры холмы и раскинутые на них деревеньки с высокими колокольнями. Сердце его радостно забилось при виде человеческих жилищ: длинный, утомительный путь по лесам и пустынным пространствам от Москвы до Холмогор утомил.

Он и его сын сняли шапки и помолились на видневшуюся вблизи церковь.

- Оттерпимся, сынок, и мы людьми станем... Дело - не коромысло, плеч не отдавит, - говорил Андрей, вылезая из повозки. - Привыкай, паренек.

Подошел дьяк, сопровождавший воеводу, - Леонтий Вяткин, которого воевода полюбил за бойкий, веселый нрав. Шлепнул Андрея по плечу:

- Отдохнем здесь, чарочку выпьем, да и к морю-окияну... Любопытен я, грешный человек. Далее Александровой слободы нигде не бывал... Подьячие пошли избы нам готовить... Обожди малость... Ночлег найдется.

Сказал и быстро отошел в сторону, окликнув стрелецкого сотника Семена Черного.

До Андрея донеслись его слова:

- Скоро, скоро, Семен!.. Воеводу на ночлег устраивают... Не ты один тут...

Невдалеке, в ожидании ночлега, столпились стрельцы, возницы.

Надвигался темный северный вечер.

XI

Не нежна горлица порхает,

Летя к дружочку своему,

А красна девица вздыхает

О милом, сидя в терему...

Анна поет, а у самой слезы.

И думает она и придумать ничего не может; и будто сожалеет: зачем повстречались с Игнатием и зачем сходились они тайком и обнимались! И жаль того времени, кажется, что это уже никогда не повторится, и все случившееся, пережитое оборвалось, как неоконченная сказка. Но неужели это так? По ночам не спится! Анна спускается с постели на пол и, став на колени, молится, а о чем - сама не знает. Пускай будет так, как богу угодно; одного хочется, одно желание сильнее всего, - даже сердце сжимается от боли; чтоб он, Игнатий, благополучно совершил свое странствование, чтоб жив и здоров остался.