Иван Грозный (Книга 3, Невская твердыня): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Помилуй! Помилуй! Помилуй!.. - скороговоркой, захлебываясь слезами, громко произносил он, а затем, приникнув к лицу сына, дрожащим голосом, умоляюще заговорил:

- Нет, нет! Я - окаянный!.. Ты... ты... прости меня! Иван!.. Иван!.. Очнись!.. Жив ты? Жив?

Вскочив с пола и сотрясаясь от ужаса, царь попятился своею громадною, сутулой спиной к стене. Широко раскрытые глаза его впились в струйки крови, сочившиеся из виска царевича.

- Не надо! Не надо!.. Не смей! Господи, что же это такое?! Иван! Иван! Поднимись! Горе! Боже мой, горе!..

Оглядываясь в растерянности по сторонам, царь подхватил под мышки царевича, с силой поднял его, стараясь усадить в кресло. Налитое кровью от натуги, его лицо осенила ласковая улыбка.

- Ваня! Садись, садись! Милый... Прости!

Потный, в слезах, со слипшимися на лбу волосами, царь, склонившись над сыном, покрывал поцелуями его залитое теплой кровью лицо, прижимая к его виску ладонь.

- Сын мой! Иван! Я не хотел того... Не хотел... Я... Умру я... Ты будешь!.. Люблю тебя... Анастасия говорила... Она!.. Господи... Анастасия, я не хотел!.. Прости!

И вдруг, упав на колени, царь обхватил ноги царевича и уткнулся в них головою.

Воющим, жалобным голосом он выкрикивал какие-то непонятные слова. Окровавленными руками он сжимал свою голову, сам весь в крови, страшный, обезумевший... Одно только слово ясно разобрали мамки: "Анастасия!"

Царевич полулежал в кресле с закинутой на спину головой, с закрытыми глазами. Он не шевелился, странно неподвижный, чужой, далекий...

Иван Васильевич подвинулся вплотную к его лицу, прислушался, и страшный крик его разнесся по комнатам дворца:

- Лекаря! Лекаря! Лекаря! Умирает! Спасите!

Мамки в паническом ужасе бросились в покои царевны Елены.

Обессилевший, почти потерявший сознание, царь приблизился к двери, выходившей на рундук*.

_______________

* Р у н д у к - здесь высокое крыльцо, балкон.

Ветер, бешено вырвавшийся откуда-то снизу, со стороны озера, вместе с вихрем ледяного дождя, обдал холодом и пронизывающей тело сыростью.

Царь, прижавшись к холодной, склизкой стене, уцепился за каменные перила рундука.

Ночь! Мрак! Небытие!

У самых ног в диком смятении стонут деревья.

Смерть!.. Вот она!.. Пришла опять!.. Опять! Опять!

Она только что глядела на царя сквозь потухающий взор царевича: только сейчас, сию минуту, он всем существом своим ощутил ее - ледяную, непреклонную, страшную...

"Как жалок ты, царь московский!.." - слышится Ивану Васильевичу со всех сторон.

"Снова смерть напоминает тебе о твоем бессилии, о твоем ничтожестве!"

Трясясь от охватившего его ужаса, царь шепчет:

- Иван!.. Ванюшка... Пощади отца!.. Спаси нас, господи! О-о-х!

Обессилевший от горя, от страха, царь медленно сползает вниз, на мокрый, холодный пол рундука. И кажется ему, что это могила, - он медленно, против своей воли, уходит в нее вслед за сыном...

- Спасите!.. - хочет крикнуть он - и не может... черная, шумная муть бушующей Вселенной всасывает его в себя...

Только перед рассветом царедворцы нашли лежащего без сознания царя Ивана на рундуке.