— Куда?
Блауштейн покачал головой.
— Он тоже должен знать об этом? — быстрый взгляд на Джейка.
— Да.
— Они берут любую машину. Связывают руки. Вталкивают на заднее сиденье одного, двух, трех гостей. За руль садится кто-нибудь из сотрудников «Клиффхэвена». И едут туда, — Блауштейн неопределенно махнул рукой.
— По какой дороге?
— К обрыву. Там есть дорога. Она начинается за рестораном и кончается на обрыве. Пропасть глубиной в восемьсот футов. Машина летит туда вместе с гостями. Иногда слышен удар. Для тех, кто знает, звук этот равносилен выстрелу в висок. Мне сказали, что моя жена умерла в шкафчике от сердечного приступа. Может, она была еще жива. Они не перевели ее в больницу. Они взяли ее на автомобильную прогулку. Здесь фамилии тех, кто лежит на дне пропасти. Случается… — старик вновь посмотрел на Генри, на Джейка. — Если подойти поближе, иной раз можно услышать доносящиеся снизу крики.
— Тех, кто сразу не умирает от удара о камни?
Блауштейн кивнул.
— Может, вы тоже заслужите эти повязки. Вы же не хотите оказаться в пропасти?
Генри вгляделся в лицо Блауштейна. Не такой уж он и старый. Просто смирился со своей участью.
— Вы всегда были трусом? — спросил Генри. — Или они сделали вас таким?
По лицу Блауштейна пробежало подобие улыбки.
— Послушайте, мистер Браун, до «Клиффхэвена» я был бухгалтером. Я складывал прошлое. И не научился управлять будущим.
— Ладно, теперь вам придется научиться управлять собой. Мы не собираемся оставаться здесь, Блауштейн. И я не могу допустить, чтобы вы донесли на нас. Вы пойдете с нами добровольно?
— У меня есть выбор?
— Нет, — твердо ответил Генри.
— Тогда вы ничем не лучше «Клиффхэвена».
— Вы пойдете с нами?
— А как же мой сын?
— Сейчас мы не сможем найти его. Но, если мой план удастся, мы освободим всех. Мы уходим в лес. Вы идете?
— Они убьют меня или вы убьете, какая разница?
— Когда этот оранжево-синий подонок придет за мной? — спросил Джейк.
— Часа через два-три, не раньше.
— Отлично, — кивнул Генри. — Пора идти. Но сначала давайте опустим лестницу, чтобы они не смогли следить за нами с крыши.
Джейк и Генри осторожно положили лестницу на пол.
— Я иду первым, — продолжил Генри. — Держимся около стены, чтобы нас не заметили. Блауштейн, вы идете за мной. Джейк, следите, чтобы он не удрал. Выходим к стене, обращенной к лесу. Открытое пространство, ярдов семьдесят или восемьдесят придется проползти.
— Проползти? — переспросил Блауштейн.
Генри лег на пол и показал, как это делается.
— Вы не служили в армии, Блауштейн?