Византийская цивилизация: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

Столь широкое полотно истории, которое сотворено серией «Великие цивилизации», могло быть создано только терпеливыми, последовательными поисками нового. То, что было открыто, не было неожиданностью и отвечало современным требованиям. После прекрасных книг Марселя Симона «Цивилизация Античности и христианство» и Жака Ле Гоффа «Цивилизация средневекового Запада» было необходимо рассмотреть и возникший в Восточном Средиземноморье византийский мир, целиком омытый могучим христианским течением и вызывавший у западных европейцев Средневековья смешанные чувства восхищения и зависти. Благодаря Андре Гийу Византия предстает сегодня перед нами во всей красе долгой причудливой истории ее народа, во всей экзотике ее форм и блеске ее сокровищ. Этого исследования ждали, оно пришло в свое время, отвечая полнотой использованных документов и богатством перспективы на ту протяженность времени и пространства, которую ему следовало охватить.

Тысячелетняя судьба этой теократической империи, которая объединила в своем лоне наследие классической Античности и Востока, на самом деле стала для нас менее далекой и чуждой, чем раньше. История Византии обязана этим многочисленности и разнообразию исторических работ, которые изучают и рассматривают ее под различными углами, сокращению расстояний и легкости путешествий, наконец, серии научных выставок, устроители которых попытались представить знающей публике суть и сущность фундаментальных исследований. Научная школа Франции занимает значительное место в процессе возобновления исследования Византии, и Андре Гийу наследует сегодня своим учителям и предшественникам — археологам и историкам. В некоторых областях науки источниковедение занимает незначительное место во франкоязычных работах. Однако это совсем не так в изучении Византии, и книга А. Гийу входит в серию справедливо признанных исследований, которые стали вехами в развитии наших знаний и обогащении наших взглядов.

Париж, со своей стороны, как и другие столицы, за последние два десятка лет создал или принял несколько новых экспозиций. Эти выставки собрали многочисленные прекрасные произведения византийского искусства и многосторонне осветили проблемы влияния византийской культуры. В 1958 г. воздействие Византии на средневековую Францию было представлено комментированной демонстрацией превосходных иллюстрированных манускриптов, извлеченных из богатых фондов Национальной библиотеки. Совсем недавно экспозиция «Сокровища древнего искусства в Румынии» представила украшения, изготовленные в Византии и ее провинциях и созданные по их образцу, которые были найдены в захоронениях Добруджи. Крупная выставка «Искусство Югославии» представила всю историю искусства этой страны в византийскую эпоху, воспользовавшись исключительным богатством настенной фресковой живописи, найденной не более полувека назад. Выставка «Сокровища советских музеев» посвятила большую часть своей экспозиции русским фрескам и иконам, созданным под влиянием Византии. Венеция представляет во Дворце дожей выставку, названную «Венеция и Византия». Эта экспозиция распутывает те сложные отношения, которые поддерживала Венеция с византийским миром, и мы имеем возможность проследить тесную связь, которая объединяла столицу Византийской империи и город дожей.

Между тем, не нужно обманываться, с первых страниц своей работы Андре Гийу призывает нас к реалистичному видению греческого средневекового мира. Даже если не разделять целиком пессимизм автора, в книге можно встретить множество аспектов, которые остаются нераскрытыми. Обращение к историческим источникам становится совершенно необходимым, и это первое правило, от которого нельзя отступать. Разносторонняя картина, посвященная исторической географии, открывает книгу. Эта часть описывает историю византийского пространства и осведомляет читателя о тех людях, которые его населяли, подчеркивая одновременно их чрезвычайное разнообразие и их реальную сплоченность. Состав государственных учреждений, формы власти, социальная структура, различные формы мышления, характер экономики, разнообразные выражения культуры составляют объект тщательных, подробных, здравых исследований, которые позволяют нам открыть истинное лицо народа и следовать путями эволюции византийского мира.

Историк любит предоставлять слово свидетелям времени. Если просвещенные люди Византии смогли передать будущим поколениям классическую греческую литературу, которой были столь страстно увлечены, то их произведения позволяют понять через вереницу веков их глубокие тревоги, заботы и радости. Обширный пласт византийской литературы, не имеющий себе равных, но часто недооцененный, является подлинным кладезем информации. Императорские указы, законы, церковные уставы, переписка, речи, хроники, трактаты о ремеслах и даже сказки и романы создают, наряду с надписями и археологическими документами, фундамент нашего знания. Наличие разумно отобранных отрывков из этих источников насыщает и оживляет текст.

В предложенном синтезе дополнительно появляются два мотива, ни один из которых не может быть приглушен другим. Это прежде всего повседневное существование, реальная жизнь, со своими нуждами, соответствующими положению человека в обществе. Здесь находят свое выражение реалии землевладения и степень его доходности, структура ремесла и торговли, страдания и радости разных социальных слоев, различные судьбы людей в зависимости от возраста и пола человека.

Но Византия властно увлекает нас за собой и миром мысли и веры. Ее богато убранные церкви постоянно напоминают нам о себе. Все храмы предназначены для того, чтобы верующий вырвался из рамок своей жизни к царству веры, для того, чтобы он смог почувствовать священный трепет, который для него является осязаемым признаком присутствия потустороннего мира. В зависимости от времени, места и богослужения это чувство сопровождалось доверием, или удовольствием, или опаской. Может быть, больше, чем любой другой храм, византийская церковь с космическим величием ее архитектуры, строгим порядком убранства и изысканной красотой оттенков была способна вызвать внутреннее успокоение.

Рядом с верующим, омытым синевой небесного свода и золотом солнечного диска, пристальный и направленный вдаль взгляд статуй святых создает впечатление, что, пересекая видимые пространства, он связывается с другим миром, миром сверхчувственного и веры. Укрепленный верой в абсолют мудрости, несмотря на непостоянство жизни, византийский народ сохранил свое лицо, которое века почти не отметили ни морщинами, ни другими признаками старения.

Раймонд Блок

1974

Введение

В то время как некоторые историки, участвуя во всеобщем пустословии, довольствуются словесами и обманывают читателя, пряча свою некомпетентность или свое невежество за претенциозными высказываниями и блеском стиля, я старался со всем тщанием написать сложную книгу. История византийской цивилизации была объектом многочисленных общих трудов, тогда как фундаментальное научное исследование находится еще в процессе разработки, и популяризация иногда предшествует исследованию исторических документов. Некоторые авторы только ради ссылок позволили себе представить эффектные доклады, основанные на плохо изученных материалах. Остальное доделала мода. Таким образом, необходимо было разрушить зачарованность установившихся представлений и подвергнуть сомнению многочисленные источники, несмотря на их достоинства, хотя они не всегда могли дать прямой ответ на поставленный вопрос. Это долгое размышление о людях и вещном мире, и следует скромно признать, что мы мало сделали для понимания всей их сложности. Редакторы серии терпеливо дожидались исполнения работы. Я благодарен им, как и тем талантливым коллегам, которым была доверена реализация проекта. Это Клер Алуин, Мюриель Жанкар и Анна Оржоле. Надеюсь, что они сделали полезную работу.

Исследование по исторической географии (история географии, описание регионов и ландшафтов Византийской империи) описывает прежде всего территорию Византии между IV и XV вв. и народы, которые находились на этих землях или приходили туда для того, чтобы на них обосноваться. Дальше исследуются, с учетом их развития, те институции, которые участвовали в жизни византийцев, являлись действительными силами власти, структуры и образа мышления общества, основными признаками его экономики и культуры.

За великолепием украшений, за торжественностью официальных, светских, духовных или военных речей я стремился найти объяснение уверенности, сомнениям и фантазиям одного из самых серьезных народов мира.

Часть первая

Историческая эволюция

Глава 1

История географии

Направление первой части моего исследования было мне подсказано сомнениями, с которыми обратился к своему иудейскому другу, будучи проездом в Карфагене в 640 г., один еврей, перешедший в византийское христианство: «От Атлантического океана, Шотландии и Англии, Испании, Галлии, Италии, Греции и Фракии вплоть до Антиохии и Сирии, Персии и всего Востока, Египта (включая две Ливии), Африки (вместе с Триполитанией) и Северной Африки границы империи, подобно статуям императоров, казались навечно сделанными из бронзы и мрамора; все народы, следуя Божьей воле, повиновались римлянам. Сегодня мы видим империю униженной». Подобная горестная констатация была вызвана у этого путешественника недавними сокращениями территорий Византийской империи вследствие арабских захватов Сирии, Палестины, византийской Месопотамии и Армении. Это было воспоминание о величии римского прошлого, с которым он чувствовал себя связанным. Это было выражение географического мышления, в котором я не усматриваю никакого анахронизма.

Византийская империя, прибрежная полоса Восточного Средиземноморья

Феодосий I (умер в 395 г.) был, несомненно, последним римским императором, который повелевал одновременно и всем Средиземноморьем; но, как только последний император Запада был свергнут с престола в 476 г., император Востока стал считаться единым государем Римской империи и наследником цезарей. Только европейцы, и уже в XIV в., называли империю «византийской», по древнему названию ее столицы — бывшего маленького греческого города Византия, ставшего Константинополем по воле Константина (11 мая 330 г.). Для тех, кто ее населял, она оставалась Романией (т. е. Римской империей) вплоть до своего падения в середине XV в., а сами они называли себя ромеями. Латынь служила языком власти и армии и вторым придворным языком вплоть до середины VII в., тогда как большая часть населения говорила на греческом. От Римской империи сохранились территория, границы, традиции и государственные учреждения. Империя также сохранила линию, отделяющую западную часть от восточной, такой, какой она была установлена вскоре после смерти Феодосия I. В дальнейшем эта линия стала западной границей империи, которая проходила от Великой Сирии, пересекала Ионическое море, достигала юга Адриатического моря, проходила дальше между заболоченной дельтой Дрины и бухтой Котора, вдоль скалистого плоскогорья Черногории, труднодоступного и малонаселенного, следовала вдоль извилистого русла Дрины вплоть до Савы, по которой граница спускалась до слияния Савы и Дуная. Географически северо-восточный регион Балкан, раньше называвшийся Далмацией, принадлежит Западу. Этот регион будет оспариваться в течение нескольких веков церквями Запада и Востока.

Восток включал в себя, таким образом, Балканский полуостров вплоть до Дуная, Грецию, южный берег Крыма, Малую Азию и восток Армении, часть от Месопотамии до подножия армянских гор, Сирию до пустыни, Палестину, богатый и беспокойный Египет, прибрежные страны Ливии и Киренаики. Византийская империя никогда не нарушала эту границу, за исключением короткого периода господства над Арменией в XI в. И история территориального развития Византии — это история сохранения этих границ, отступления от них, а также последующего их восстановления благодаря замечательному упорству, которое поддерживалось системой крепостей, заложенной еще при Юстиниане (VI в.) и существовавшей на протяжении всей истории. Эти крепости составляли глубоко эшелонированную оборону, предназначенную окончательно останавливать вражеские вторжения, даже если противнику удавалось одержать несколько побед. Оборона была продублирована прочными городскими укреплениями, и именно эта система заменила единую линию, называвшуюся limes (граница), которая защищала Римскую империю.

Географическое положение Византийской империи, которая представляла собой, как недавно хорошо было отмечено, по внешнему виду «второстепенное населенное пространство, окруженное степью и пустыней» (О. Schmieder), обусловливало и ее богатство и ее хрупкость. Все торговые пути, сухопутные или морские, идущие с западноевропейских равнин, из Азии или Восточной Африки, заканчивались Средиземным морем, и соседние народы, которые держали в своих руках торговлю до византийских границ, всегда хотели захватить все выходы торговых путей к этому морю.

Природа также определяла направление развития империи: на скудном и раздробленном средиземноморском побережье она могла существовать будучи хозяйкой моря. И фактически после уничтожения вандалов и остготов в VI в., Византия стала единственной могущественной морской державой в Средиземноморье и оставалась ею до тех пор, пока в следующем веке арабы не создали свой первый флот. Несмотря на это соперничество, несмотря на опустошительные рейды, совершаемые маврами Северной Африки, византийский флот, основные базы которого были расположены на побережье и островах Эгейского моря, сдерживал соперника вплоть до середины XI в. Именно тогда начался упадок, активность торгового византийского флота ослабела и стал развиваться торговый флот итальянских портов, таких как Венеция, Генуя и Пиза. Эти города превращаются в новые силы, господствующие на Средиземном море.

Византийская империя на всем пространстве Средиземноморья

Лишь однажды Византийская империя попыталась восстановить римскую власть вокруг всего Средиземноморья, и это ей почти удалось. Это была большая авантюра Юстиниана, которая надолго предопределила будущее Византийской империи и оказала важное влияние на историю человечества. После уничтожения королевства вандалов (534 г.) и остготов (553 г.), благодаря своей войне с вестготами (554 г.) империя распространила свое влияние на Киренаику, Триполитанию, территорию современного Туниса, восток Африки вплоть до Атласских гор в Сахаре, заняла также Сеуту, большую часть южной Испании и юг Португалии, Балеарские острова, Сицилию, Сардинию, Корсику, Италию, Истрию и Далмацию; в состав империи не входили только Марокко и та часть побережья, которая простирается от Картахена (Новый Карфаген) до Ниццы. Империя также владела входами в Черное, Адриатическое и Тирренское моря, Западным Средиземноморьем вплоть до Гибралтарского пролива и подходом к Красному морю.

Экономическое и культурное преобладание Византийской империи было, таким образом, господством над всем регионом Средиземноморья. Так и Китай господствовал над своим регионом, который был отделен от Византии, как и в эпоху Римской империи, персидским регионом — сасанидским Ираном, пришедшим на смену Парфии.

Именно это владычество Восточной Романии над латинским Западом, где существовали арийский и германский элементы, находившиеся в процессе романизации, имело далеко идущие последствия в развитии ее культурного замысла. Однако подобное господство было быстро воспринято как вторжение чужой власти, в то же время оно требовало от греческого Востока финансовых и военных затрат, которые ослабляли империю. Итак, византийский мир в момент своего наибольшего могущества имел несколько слабых мест, совпадающих по своему количеству с числом путей, открытых для вооруженного вторжения. Это старая торговая дорога, идущая от возвышенностей северной Месопотамии и приводящая к Северной Сирии и Антиохии, оттуда к югу, или лучше сказать, через проходы Амана к плодородной Киликии и дальше к Малой Азии — к засушливым степям, враждебным византийской коннице, которая нуждалась в воде, но благоприятным для степных кочевых племен. Эта дорога была использована персами, а в более южных районах — арабами. Дорога проходит по степи на востоке Балканского полуострова, затем между краем Карпат (около Кронстада), по непроходимой дельте Дуная, и маленькой горной цепью Добруджи, продолжается на равнинах Валахии и оттуда дает возможность пройти невысокими горами Баната к обширному бассейну Венгрии, достигая горных районов Сербии и Боснии, а также, по ту сторону Дуная, полей бассейна Эброса (Марица) и восточной Фракии. Течение Моравы и Марицы обеспечивает связь между северо-западом и юго-востоком Балканского полуострова вплоть до Константинополя. По ней шли племена из центра Азии, германские племена, славяне и тюрки. В конце концов это морская дорога, которая позволяла достичь сердца империи: именно ею воспользовались арабы и русские, до того как это сделали крестоносцы Запада.

Византийская империя теряет территории на севере Средиземноморья

Блестящие военные и политические победы Юстиниана опустошили государственную казну, так глубоко и не привязав к греческому государству ни латинский Запад, несмотря на образование там в конце VI в. Итальянского экзархата со столицей в Равенне и Африканского экзархата со столицей в Карфагене, ни несторианскую, или монофизитскую, Сирию, ни коптский Египет, которые за религиозным провинциализмом вынашивали свою локальную автономию параллельно административной и догматической ортодоксальности центральной власти. Большая часть отвоеванной Италии была занята лангобардами, Далмация почти целиком — сербами и хорватами, вестготы к 624 г. вновь захватили испанские владения империи. Однако решающее вторжение пришло с востока. Ослабленные одновременными атаками персов, которых, впрочем, удалось разгромить, аваров и склавин, которых удалось сдержать, византийцы пали под внезапной атакой арабов, которые с 625 по 637 гг. заняли Месопотамию, Персию, Сирию, Палестину, затем Армению. Александрия была взята в 641 г., а в 650 г. Египет и Киренаика были окончательно потеряны для империи. В первый раз византийскому флоту удалось сокрушить арабский флот, который грабил Кипр, Родос, Крит, Сицилию и многие другие острова и даже в течение нескольких лет осаждал Константинополь. Арабы покинули Малую Азию (мир 678 г.), но к концу VII в. они достигли Карфагена и несколькими годами позже — Гибралтарского пролива (Сеута), а также заняли Кипр.

В Малой Азии арабские вторжения участились в IX в. и привели к взятию Амория во Фригии (878 г.), постоянными стали военные действия на византийско-арабской границе, которая тогда почти совпадала с горами Тавра и рекой Арсан. Византийская империя потеряла южную часть своих территорий, включая Сицилию и Крит, и вместе с ней своих традиционных поставщиков пшеницы — Египет, восточную часть Атласа, Сицилию. Кроме того, империя обнаружила, что она отрезана от главных торговых маршрутов в Сирию и Египет, а следовательно, ей пришлось разделить с халифами торговлю с Левантом.