Защита права на справедливое судебное разбирательство в рамках Европейской конвенции о защите прав человека: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В Статье 1 Конвенции содержится требование к Договаривающимся Государствам организовать свои правовые системы таким образом, чтобы обеспечить соблюдение Статьи 6. Как правило, ссылка на финансовые или практические трудности не может служить оправданием невозможности соответствовать этим требованиям (Салези против Италии (Salesi v. Italy), 26 февраля 1993 г., п.24).

От большинства прав в рамках Статьи 6 можно отказаться добровольно. Однако такой отказ (явный или подразумеваемый) будет принят Судом, только если он подлинный, а именно: недвусмысленный (не должно быть сомнений в его наличии и рамках), свободный (никто не должен принуждаться к отказу от своих прав никоим образом (Девеер против Бельгии (Deweer v. Belgium), 27 февраля 1979 г., пп. 48-54), осознанный (человек должен понимать последствия такого отказа) и не идет вразрез с каким-либо важным общественным интересом (Сейдович против Италии (Sejdovic v. Italy), 1 марта 2006 г., постановление БП, пп. 96-104; Талат Тунч против Турции (Talat Tunç v. Turkey), 27 марта 2007 г., пп. 55-64). Факт отказа может также быть установлен в случае, когда человек не требует соблюдения своего права или его требование запоздало (Браччи против Италии (Bracci v. Italy), 13 октября 2005 г., пп. 62-65).

Рамки защиты и применимости Статьи 6

В соответствии с принципом автономного толкования Статьи 6 Европейский суд по правам человека разрешает вопрос применимости этого положения в одной из следующих категорий:

- гражданские права и обязанности (Рингейзен против Австрии (Ringeisen v. Austria), 23 июня 1973 г., п.94);

- уголовное обвинение (Энгель против Нидерландов (Engel v. the Netherlands), пп. 80-85).

Применимость Статьи 6 в досудебных разбирательствах, при рассмотрении жалоб и на других стадиях пересмотра устанавливается на основе неавтономных критериев и в большой степени зависит от наличия доступных средств судебной защиты в национальном законодательстве (Делькур против Бельгии (Delcourt v. Belgium), 7 января 1970 г., пп. 23-26).

Стандарты применимости п. 2 и п. 3 Статьи 6 несколько отличаются от стандартов применимости п. 1 той же статьи[4].

Гражданские права и обязанности

Применимость Статьи 6 в рамках гражданского права предполагает совокупное наличие всех следующих элементов:

- должен иметь место спор относительно «права» или «обязанности» (Бентем против Нидерландов (Benthem v. the Netherlands), 20 октября 1985 г., пп. 32-36);

- право или обязанность должны иметь основание в национальном законодательстве (Роч против Соединенного Королевства, пп. 116-126); и, наконец,

- право или обязанность должны быть «гражданскими» по своей сути (Рингейзен против Австрии).

Спор в отношении права, имеющего основание в национальном законодательстве

В соответствии с так называемыми критериями Бентема (Бентем против Нидерландов, пп. 32-36) Статья 6 подразумевает наличие «спора» относительно права или обязанности, который:

должен истолковываться, скорее, с содержательной, чем с формальной точки зрения;

может касаться не только собственно существования права, но также рамок и способа его

возможного осуществления;

может касаться вопросов права или фактов;

должен быть подлинным и серьёзным;

должен быть решающим в отношении осуществления заявителем своих прав и не должен иметь лишь поверхностную связь и отдалённые последствия.

«Спор», имеющий основание в национальном законодательстве, допускает возможность иска в соответствии с местными законами, по крайней мере, в отношении сомнительных моментов (Георгиадис против Греции, пп. 27-36). Недостаточно того, чтобы право существовало абстрактно: ответчик должен показать какую-либо связь с конкретным иском, поданным им в рамках национальных процедур.

Характер законодательства, определяющего то, как будет квалифицировано дело (гражданское, коммерческое, административное право и т. д.), или органа, уполномоченного рассматривать это дело (суд, арбитраж, орган местной власти или профессиональная организация), не имеет большого значения. Если только у этого органа есть полномочия по разрешению «спора», то Статья 6 становится применимой (Рингейзен против Австрии). В то же время, если у органа, рассматривающего спор, отсутствуют необходимые признаки суда, то может возникнуть вопрос о его «беспристрастности» или «независимости»[5].

Признаком наличия основания в национальном законодательстве является предусмотренная законом возможность наложения процессуального запрета в связи с требованием осуществления определённого права, а не материально-правового запрета на подачу иска (Роч против Соединенного Королевства, пп. 116-126).

Изъятие из юрисдикции национальных судов целого ряда гражданских исков или придание иммунитета от гражданской ответственности большим группам или категориям людей было бы несовместимо с принципом верховенства закона. Такие изъятия рассматривались бы лишь как процессуальное препятствие (Осман против Соединенного Королевства, пп. 136-140).

Однако Суду понадобились бы действительно веские основания для того, чтобы прийти к выводам, отличающимся от заключения национальных судов относительно материально-правовых препятствий в подаче иска, если национальные суды высшей инстанции пересматривали конкретное дело, сообразуясь с принципами Конвенции. Следовательно, в том, что касается применимости, у Статьи 6 есть значительная, хотя и не полная, автономия от национального законодательства (Осман против Соединенного Королевства, Роч против Соединенного Королевства).

Гражданские права и обязанности

Понятие «гражданские права и обязанности» отличается от определения в национальном законодательстве (Рингейзен против Австрии).

Статья 6 применима независимо от статуса сторон и характера законодательства, на основании которого разрешается спор, важен характер рассматриваемого права и то, окажет ли исход разбирательства непосредственное влияние на права и обязанности в рамках частного права (Бараона против Португалии (Baraona v. Portugal), 8 июля 1987 г., пп. 38-44).

Экономическая природа права является важным, но не определяющим критерием при установлении применимости Статьи 6. Сам иск должен, по крайней мере, иметь финансовый характер и основываться на предполагаемом нарушении прав, являющихся также материальными правами (Прокола против Люксембурга (Procola v. Luxembourg), 28 сентября 1995 г., пп. 37-40). Наличие финансовых требований среди претензий заявителя необязательно превращает спор в «гражданский» (Панджехейгалехей против Дании (Panjeheighalehei v. Denmark), реш., 13 октября 2009 г.).

[4] См. ниже: Пункт 2 Статьи 6: презумпция невиновности.

[5] См. также ниже: Независимый и беспристрастный суд, созданный на основании закона.