Наблюдая за французами. Скрытые правила поведения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, имеется, но в том-то и загвоздка. Видите ли, в извещении сказано, что посылка адресована «Red Garage Books», но это название моей компании. Человека по имени Ред Гараж Букс на самом деле не существует, соответственно, у меня нет и удостоверения на это имя.

Сказав это, я попытался по-философски хмыкнуть (иначе французы не поймут, что вы шутите).

— А, — произнес клерк, скривив лицо так, словно ему проткнули второе ухо, — но в таком случае я не смогу выдать вам посылку.

— Да, но она прислана мне. Я точно это знаю, ведь я единственный служащий в компании. Я даже принес бланк с фирменным знаком.

— Это не официальный документ, удостоверяющий личность. Он не подойдет.

— Я все понимаю, — кивнул я, из дипломатических соображений признавая его правоту. — Но я не знаю, что еще можно сделать. Впрочем, я могу сказать, что лежит в посылке. Там книги. Быть может, вы посмотрите, а?

Парень согласился сходить за посылкой. Эти почтовые служащие тоже, в конце концов, люди. И если вы, вдохновленные примером всех французских служащих, вежливо продемонстрируете им, что не собираетесь отступать (и будете доказывать собственную правоту), они пойдут на попятный.

Взяв извещение, он отправился в глубь почты. Когда его широкая спина скрылась в проеме двери, я повернулся к очереди и примирительно улыбнулся. Но не слишком. Ведь это он ушел, а не я. Я же был прав.

Наконец он вернулся с посылкой. В ней, как я ему и сказал, были одни книги. На зеленом таможенном бланке было четко выведено слово «livres»[6]. Парень, посмотрев на посылку, перевел взгляд на извещение, немного подумал и сказал:

— Я, хоть и не имею на то права, все же отдам ее вам. — При этом он выложил посылку на прилавок.

— Буду весьма признателен, — поблагодарил я.

— Распишитесь здесь, — клерк протянул мне регистрационную книгу.

Я расписался и, расписываясь, увидел, что на самом деле посылка была отправлена «Стефану Кларку, через компанию „Red Garage Books“…» и т. д. Итак, мое имя все же было указано. Почтальонша, составляя уведомление, просто ошиблась. Я взглянул на служащего, тоже, очевидно, заметившего промашку коллеги и, казалось, ожидавшего, что я устрою из-за этого скандал.

Я не стал. Ведь почтальонша так же уверена в своей правоте, как и ее сослуживец за окошком, поэтому было бы совершенно бессмысленно указывать на ее ошибку.

— Вам следует получить удостоверение с названием вашей компании, иначе у вас и в будущем могут возникать подобные осложнения, — произнес парень.

— Вы правы, — ответил я ему, с благодарностью взял посылку и, пожелав на прощанье bonne journée[7] отправился восвояси.

Во Франции тактическое отступление зачастую сродни полной победе.

Порой весь мир бывает потрясающе не прав.

Один из наиболее болезненных в последнее время примеров — объявление Олимпийским комитетом города, где пройдут Олимпийские игры 2012 года. Лондон? Non![8] Да разве может комитет так ошибаться? Игры должны пройти только в Париже! Это было известно каждому.

Да, каждому во Франции. Но Олимпийский комитет, к великому сожалению для французов, не часть Франции. И то, что им утерли нос заклятые враги, англосаксы, как почему-то французы именуют всех, кто говорит на английском, только усиливает горечь поражения. Ведь, как известно каждому французу, злобные, глобализирующиеся англосаксы вот уже несколько столетий только тем и занимаются, что доказывают неправоту французов…

В бретонской деревне Ла Масс, на вершине холма возле горы Сен-Мишель, стоит некое подобие, только миниатюрного размера, ветряной мельницы с вертикально установленным крылом[9]. Эта миниатюрная ветряная мельница некогда была частью французской коммуникационной системы, которая еще в 90-е годы XVIII столетия была призвана революционизировать весь мир. Данное строение — лишь одно из ряда подобных сооружений, размещенных вдоль западного побережья, между Парижем и Брестом, на вершинах холмов, расстояние между которыми пятнадцать—двадцать километров. Крыльями этих мельниц можно было двигать таким образом, чтобы передавать из Бреста в Париж за какие-то двадцать минут сообщения. И те чаще всего были, наверное, следующего содержания: «В Бретани сейчас пасмурно. Если вы недавно отправляли нам сообщение, мы его не разобрали».

Эта система была изобретена французским инженером Клодом Шаппом[10], создавшим, положив немало сил, линию ретрансляционных станций, состоявших из двух зданий, — из одного посылали сообщение, в другом сотрудники столовались. Мило, как и все у французов.

Идея была проста и в то же время обречена на скорое забвение — на подобное сочетание способны только французы. На первых порах телеграф Шаппа получил признание и за пределами Франции: его башни с подвижными шестами выстроились в ряд от Амстердама до Милана. Затем, в 1836 году, некий британец, Чарльз Уитстон[11], изобрел поразительно простой проводной телеграф, который был тут же взят на вооружение во всех странах, а о французском, шапповском, телеграфе забыли. Что же касается бедолаги Шаппа, то в 1805 году он покончил с собой.

Да, у французов прямо-таки подлинный талант изобретать то, что не нужно ни одному государству, и они еще скорбят по этому поводу!

Замечательнейший тому пример — минитель. Этот предшественник Интернета получил право на жизнь в 1983 году. Он во многом напоминал телетекст или сифакс, только был более интерактивен и для доступа к нему требовалась особая приставка с отдельным монитором. В сущности, подошел бы и обычный экран телевизора, прибора, имевшегося в каждом доме, но французским инженерам такое решение показалось чересчур уж простым, и они заставили абонентов минитель брать напрокат дополнительное устройство, небольшой терминал.

Терминалы минитель работали так же медленно, как и остальные компьютеры в 80-х годах XX века, зато с их помощью «Франс Телеком», а вместе с ней и вся французская рекламная индустрия заработали целое состояние. На каждом телеканале, в каждом журнале мелькали фотографии пухлогубых моделей с обнаженной грудью, сопровождавшиеся адресами сервера минитель: например, «3615 SEXY». Миллионы французов ночами напролет клацали по клавишам складной клавиатуры, прикрепленной к капризным терминалам бежевого цвета, а затем томились в ожидании, пока черно-белый экран оживет и выдаст ответ. Франция, страна, где больше всего любят поболтать, создала, опередив время на пятнадцать лет, первый онлайновый чат! Но затем некий англичанин, какой-то там Тимоти Бернерс-Ли, изобрел Всемирную паутину, и американский Интернет, проникнув повсюду, уничтожил минитель. Вследствие этого улицы Франции оказались завалены грудами бежевых терминалов, а эти коварные англосаксы вновь навязали всему миру нефранцузскую идею.

Вот еще несколько нигде не прижившихся примеров изобретательности французов.

• Pétanque, единственный вид спорта, в который можно играть там, где гадят собаки.

• «Citroën DS» — единственное в мире дорожное средство в виде расплющенной лягушки; обладает удивительным свойством: его пассажиров тут же начинает тошнить.

• Рычаг переключения скоростей на «Renault 4L» — прекрасное устройство, когда его не заедает.

[6] Книги.

[7] Всего хорошего.

[8] Нет.

[9] Не желая попасть впросак, я нарочно составил данное предложение таким образом, чтобы мне не пришлось указывать, где расположена гора Сен-Мишель — в Бретани или Нормандии. Что бы вы там ни написали, во Франции непременно отыщется правдолюб, который заявит, что вы ошибаетесь. Вот почему я, не вдаваясь в подробности, говорю, что деревня Ла Масс находится в Бретани, — и это действительно так. Если не верите, см. дорожную карту № 309. Карта эта французская, и, стало быть, ее составители ошибиться не могли.

[10] Шапп, Клод (1763–1805) — французский механик, изобретатель одного из видов оптического телеграфа. Свел он счеты с жизнью из-за многочисленных обвинений в присвоении идеи телеграфа. (Примеч. пер.)

[11] Уитстон, Чарльз (1802–1875) — английский физик, автор многих изобретений, в том числе и электромагнитного телеграфа. (Примеч. пер.)