Светлый берег радости: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Представительскими они называются потому, что идут как раз на то, чтобы предстать перед важными нужными людьми, клиентами фирмы, в наилучшем виде, угостить их кофе, коньяком, шоколадом, фруктами, это уж директор решает, кого и чем угощать, секретарь только исполняет.

— А вам приходилось этим заниматься?

— Ну да, конечно, когда работала секретарем. Но вы, наверное, спрашиваете, покупала ли я эти продукты? Шеф выдавал мне деньги, я брала машину с шофером и ехала покупать все, что нужно, но иногда он сам что-нибудь привозил, в общем, когда как. Но та фирма была частная, и шеф был ее владельцем, а проводил он эти расходы через бухгалтерию или нет, я не знаю. А здесь ведь государственное предприятие?

— Не совсем. В том-то вся и загвоздка, что не совсем. Ладно, вы не поймете этого, по крайней мере сразу. Идите, я решу этот вопрос, хотя нет, постойте, вот вам деньги, купите чай, сахар, кофе, ну и что-нибудь сладкое, печенье там или зефир, спиртного не надо, это я сам. Машину с шофером я вам не дам, но отпущу на час раньше, чтобы вы все сегодня купили, а завтра утром привезли, или вам это будет сложно?

— Нет, не сложно, я на машине.

Я проработала в фирме неделю, прежде чем узнала, что практически весь коллектив остался в том составе, каким был при прежнем директоре, а он был из тех, про которых говорят «лапочка» и «дуся». Сотрудники в нем души не чаяли, и когда его «ушли» на пенсию, то негодованию народа не было предела. Новый директор был полной противоположностью старого, строгий и сухой, он сразу стал всем поперек горла, словно рыбья кость, вот ему и старались отравить жизнь, хотя при этом и боялись, а поскольку я этого не делала, то невзлюбили и меня. Конечно, кое-кто со мной разговаривал, всегда есть оппозиционеры или просто любители посплетничать. Самой загадочной мне представлялась роль Германа Александровича, замом он только числился, а кем был в действительности, серым кардиналом? Просто оппозиционером, который хочет, но не может свалить директора? Но почему же директор не может избавиться от своего зама, которого явно не переносит? Отношение сотрудников к Герману было двойственным, «лапочкой» и «дусей» его никто не называл, говорили, что он хитрый и себе на уме, но, тем не менее, все держали его сторону, потому как он, в отличие от чужака директора, свой. Получалось, что в конторе два директора, которые плохо ладят между собой. А где два директора, там и две секретарши. Секретаршу Германа звали Аллой, она была моей ровесницей и тоже блондинкой, но на этом наши схожести кончались. Алла была выше меня на полголовы, с аппетитными округлостями везде, где положено их иметь, и устойчивыми привычками. Некоторые из ее привычек были вполне безобидны, такие, как привычка носить короткие юбки и кофточки с глубоким декольте даже зимой. Но вот ее привычка то и дело повышать и без того звучный голос, так что аж в ушах звенело, мне крайне не нравилась. Бороться с этой напастью можно было только одним способом — не обращать на Аллу внимания, не перекрикивать же ее, тем более что, если бы я даже захотела это сделать, мне понадобился бы мегафон. Пестов узнал о моей новой работе уже через два дня. Он позвонил мне днем, не застал, позвонил еще два раза и убедился, что днем меня дома нет, вот и пришел ко мне в гости вечером, заодно привел Валерика. Он играл с плюшевой собакой, а мы пошли на кухню пить чай. Интриган Пестов попробовал выспросить у меня о взаимоотношениях с Борисом, он всегда нюхом чуял наши размолвки, но я быстренько отбила все его атаки, тогда он стал выпытывать, где это я пропадаю? Скрывать мне было нечего, и я рассказала, как отправилась покупать себе булочку и что из этого вышло. На удивление он воспринял все с юмором, сказал, что по крайней мере мне не будет скучно, а две недели пройдут быстро.

На девятый день моей работы, когда я с головой ушла в компьютер, перед моим столом вдруг возник Герман Александрович, которого я, после первого его появления здесь, видела только мельком в коридоре. Я улыбнулась ему, можно сказать, профессионально и сообщила, что Ильи Андреевича нет и, когда будет, не знаю.

— Плохо, что он не сообщает, куда уехал и когда вернется. Вам, наверно, сложно с ним работать? Тяжелый характер у нашего Ильи Андреевича.

— О своих начальниках я говорю только хорошо или ничего, — перефразировала я известную поговорку.

— Прекрасное качество для секретаря. Да и вся вы ему под стать.

Мои глаза расширились от удивления, и я быстро спросила, пока он не вздумал добавить еще чего-нибудь столь же приторно-сладкого:

— В честь чего такой комплимент? И чем я буду обязана за него?

— Ну-у, Асенька! Неужели вы видите во мне такого корыстного человека, хотя если уж быть до конца откровенным, то кое-что мне от вас нужно.

Он с улыбкой смотрел на меня, видимо ожидая моих расспросов, но я молчала, ведь это ему нужно, а не мне, вот пусть и выкладывает, зачем явился сюда, да еще в отсутствие Ильи. Насладившись моим молчанием, Герман продолжил, но мне показалось, уже не так уверенно:

— Вы всегда такая серьезная, Ася! Время от времени надо позволять себе расслабиться, и именно это я хочу вам предложить. Я собираюсь сегодня вечером в ресторан, не откажетесь ли вы сопровождать меня?

— Сегодня? Хорошо. Где и во сколько мы встретимся?

— Ну вот и умница! О времени и месте я сообщу вам позднее, часа через два, по телефону. Ресторан я еще не выбрал, но можете быть уверены, что он будет хороший и вам понравится.

— Очень надеюсь на это.

Он ушел, а я задумалась, правильно ли поступила, согласившись пойти с ним? Если я в течение короткого разговора едва выношу этого позера, то что же буду делать в ресторане? Хотя, может, там он раскрепостится и скажет что-нибудь такое, что даст возможность яснее понять, что же происходит в фирме, куда меня нечаянно занесла судьба.

Глава 24

СДЕЛКА ВЕКА

После работы я сразу поехала домой, надо было успеть собраться в ресторан. Первым делом я полезла в душ и только успела выйти, в дверь позвонили. О, только бы не Борис! Две недели не показывался, звонил лишь однажды, сказал, что очень занят, и если теперь он решил появиться в столь неподходящий момент, то я просто взвою! Выть не пришлось, потому что это был Пестов. Я забеспокоилась.

— Случилось что-нибудь? Как Нина Федоровна? Как Валерик?

— Нет, не волнуйся, все в порядке. Валера и Нина здоровы и веселы. Просто я несколько дней не видел тебя, а сейчас углядел из окна, как ты выходишь из машины, вот и решил навестить тебя, так сказать, по-соседски. Но теперь вижу, что не угадал с визитом, ты, кажется, куда-то собираешься?

— Вы правы, собираюсь. Я иду в ресторан с Германом Александровичем, заместителем директора.

— Это с тем лощеным красавчиком, о котором ты рассказывала? Да он же тебе не очень-то понравился? Или ты уже изменила о нем свое мнение?

— Если изменила, то в худшую сторону.

— Вот даже как! Так зачем же идешь, от скуки?

— Нет, из стратегических соображений. — И я рассказала ему о противостоянии директоров, о дурацком поведении коллектива и о том, насколько все это меня раздражает и интригует одновременно.

Пестов задумался.

— То, что ты мне сейчас поведала, действительно довольно любопытно, ситуация у вас там неординарная. Я попробую стороной узнать, что за собака там зарыта.