— Ты бы о фонарях вообще помалкивал! Из-за твоей зазнобы пришлось прекрасную ткань на вуаль порезать. Так что лучше восхищайся тем, что получилось!
— А я и говорю — прекрасная защита от насекомых, — восхитился Ряха. — И дышать, опять же, можно. Ты мне по спине ещё раз настойкой пройдись. А потом надо маслом кожу смазать.
Я подкрасила его ореховой настойкой, стараясь, чтобы Ряха выглядел по-настоящему загоревшим. Потом намазала маслом.
Ряха стал похож на ожившую бронзовую статую.
— Теперь ты блестишь, как новенький! — сообщила я. — Что еще делать?
— Отвернуться, — велел Ряха. — Я переоденусь.
Пока он натягивал свои сногсшибательные плавки, я пыталась в щелочку рассмотреть, что делается на улице.
— Похоже, народу сегодня собралось, как никогда, — сообщила я. — Такой толпы я и не упомню.
— Ещё подойдут, — буркнул Ряха. — Всем охота поглядеть, как этот красавец меня свалит.
— Но он же тебя не свалит! — возмущенно возразила я.
— Об этом знаем мы с тобой и это наша тайна, — сказал Ряха.
— Нет, ещё Профессор знает, — сообщила я, — он на твою победу поставил.
— Правда? — удивился Ряха. — Приятно. Он толковый мужик, я его уважаю. Готово.
— Это точно, — согласилась я и повернулась к Ряхе.
Теперь Ряха, почему-то, еще больше походил на статую. Может быть потому, что лицо его окаменело.
— Спасибо за помощь, — сказал он. — Иди. Я перед боем один должен побыть. Подойди к мужику с повязкой — он тебя на хорошее место посадит.
— Угу, — кивнула я, надевая шляпку.
Выбралась из палатки, огляделась в поисках вышеназванного типа с повязкой и увидела всё наше представительство в полном составе, чинно сидящее в первом ряду (включая Копчёного на руках у Льда).
Профессор, завидев меня, призывно помахал рукой.
— Душа моя, мы здесь!
А вот Янтарного нигде не было видно… Похоже, сильно обиделся. И вторая зазноба Ряхи отсутствовала. Как ему удалось их развести, интересно знать? Ведь весь городок о бое судачит?
— Как вам удалось такие хорошие места занять? — полюбопытствовала я. — Тут же с утра народу — не протолкнуться?
— Ну так мы тоже кое-что умеем, — гордо ответил Град. — Не один твой легионер в Отстойнике уважением пользуется. Только мы головой берём, а не мускулами.
— Да-да-да-да-да-да-да… — ехидно согласилась я. — Исключительно головой. А кота зачем приволокли?
— Котик захотел посмотреть, — объяснил Лёд, вчера решительно объявивший себя здоровым. — Да, мой золотой?
Копчёный, сжатый руками Льда, на мир взирал весьма кисло.
— По-моему, он у тебя готов променять это горячащее кровь зрелище на маленькую миску рыбьих потрохов, — сказала я, усаживаясь между Льдом и Рассветом. — Как вам моя вуаль?
— М-м-м-м… — замялся Лёд. — Впечатлительно, я так бы сказал.
— Говори — сногсшибательно, — велел ему Рассвет. — Ты знаешь, сколько она на эту тряпку моих чернил извела? Самых дорогих причем.
— Я вообще не понимаю, за какие грехи меня Медбрат покарал! — возмутилась я. — Сижу в какой-то дыре на краю света, практику прохожу, драя жирные сковородки, общаюсь с людьми, ну совершенно не способными оценить красоту и изящество!