— Иди, иди, че топчешься, попрощайся как следовает.
В калитку просунулось лицо Ирки — дочери Веры. Она была в отутюженной форме, белом передничке. Потупившись, скороговоркой сказала:
— Баба Дарья, до свиданья! — и уткнулась в юбку матери.
— Цветов просит, — сказала Вера. — А лучше твоих, Дарья, не сыскать.
Дарья суетливо кинулась к кусту, вырвала несколько астр, протянула девочке. Растроганная поцеловала в голову, перекрестила. Схватив цветы, Ирка тут же нырнула между взрослыми и помчала на улицу.
— Ирка! Погоди! (За кадром.)
Но Ирка неслась по улице, перегоняя других мальчишек и девчонок, таких же неузнаваемо постриженных, отмытых, в торчащей новой школьной форме, с букетиками, портфелями. За ними едва поспевали взрослые, груженные чемоданами, сумками, увязанной верхней одеждой.
Берег реки у деревни.
Дети неслись вперед, наперегонки, спешили на катер, чтобы не опоздать, занять лучшие места.
И напрасно учительница пыталась установить порядок при посадке.
Дети брали штурмом катер, облепили его сверху донизу, превратив в одну минуту в живой цветник, прыгающий, смеющийся, возбужденный предстоящей новой жизнью и не понимающий…
…отчего утирают слезы мамы и бабушки, что кричат им на прощание…
…устремленные все вперед, туда, куда по воде повезет их разноцветный катер.
И вот подняли мостки.
Под плач и смех удалялся от берега…
…катер-цветник, увозя из Матёры ее детство.
Дорога на покос вела мимо лиственя. На подходе Андрей заметил…
…разбегавшихся от лиственя пожегщиков. Кто-то крикнул в его сторону, другой дернул за руку и Андрей в секунду очутился в канаве, куда попрыгали остальные.
— Вы чего? — огрызнулся Андрей.
— Не видишь?! — возбужденно крикнул бригадир и махнул в сторону лиственя. — Счас рванет — будь здоров! Всю взрывчатку под его заложили! Мощный взрыв потряс выгон. Земля, пламя, дым ударили в небо, скрыв листвень из глаз.
…Первым выглянул бригадир. Чертыхнулся. И с каким-то веселым ожесточением крикнул:
— Стоит!
Листвень, с ободранной листвой и ветками, лишь наклонился чуть-чуть. Из развороченной земли торчали могучие, подранные взрывом корни.
— Такой только бульдозер возьмет, — оценил профессионально Андрей.
— Наш — не возьмет.
— Возьмет.
— А я говорю, не возьмет, — сказал бригадир. — Ниче не возьмет. Природа…
— Хочешь свалю? — сказал Андрей.