— Ни за что, — вскочил я как ошпаренный. — Если ты туда пойдешь — ты мне больше тогда не друг!
— Аристарх, не будь занудой, — взмолился Комар.
— Ты ополоумел. Ты обещал мне забыть дорогу в Санта-Барбару, — закричал я. — Думаешь, Кузя будет в восторге, если узнает правду?
— Она не узнает! — буркнул Комар.
— А если узнает? — продолжал давить я. — Что она подумает о тебе?! О Кузе подумай!!!
— Если ты такой умный, — вскипел Комар, — то придумай что-то. Она согласилась, понимаешь, — Комар посмотрел на меня, и я понял, насколько ему тяжело. — А я не могу достать ей платье, потому что я шляпа.
— Я достану тебе деньги. Завтра до обеда у тебя будут деньги.
Комар вытаращил на меня глаза, остолбенел, наверное, подумал, что у меня снова бред и температура.
— Аристарх, не чуди. — Где ты возьмешь такие деньги: сам, что ли, вместо меня пойдешь в Санта-Барбару?
— Я тебе все сказал, — тихо, но уверенно повторил я. — Деньги у нас завтра будут!
— Хорошо, если завтра их не будет… — Валерка со значением взглянул на меня. — Не держи меня тогда, харе?! Кузя должна быть в самом лучшем платье.
Я кивнул головой. Сразу после разговора с Валеркой я направился в воспитательскую. Мне нужен был Большой Лелик. Он был на месте, играл в поддавки с Тоси-Боси.
— Леолид Иванович, — обратился я, залившись проклятой краснотой. — Мне надо с вами переговорить один на один.
По моей интонации Лелик понял, что это серьезно.
— Паша, — обратился он к Тоси-Боси, — доиграем через минут пятнадцать. — И Большой Лелик посмотрел на меня, словно спрашивал: столько времени хватит? Тоси-Боси без обид оставил нас одних в воспитательской.
— Леолид Иванович, — кинулся я в бой. — Одолжите деньги. Кузе необходимо на вечер купить платье.
— Почему ты просишь деньги, а не Комаров?
Я не ответил на этот вопрос.
— Он же тебе никогда не вернет этих денег, — Большой Лелик продолжал с интересом наблюдать за мной.
— Никто и не заставляет его это делать.
— Однако, — изумился Большой Лелик, вскинув брови.
— Я верну вам деньги. Заберите мою пенсию, которую я получаю по инвалидности.
Лелик уставился на меня.
— Не надо, Аристарх, мне твоей пенсии. Поедем завтра всей толпой покупать Калугиной платье.
— Леолид Иванович, вы… Вы… самый классный.
— Правда, что ли? Мне этого здесь еще никто не говорил, — добродушно засмеялся Большой Лелик.
Проблема Кузи была решена. На следующий день платье было куплено, к нему Айседора прибавила свою чешскую бижутерию. Когда Кузя оделась во все это богатство, перед нами стояла Королева.
Праздник начался ровно в семь вечера. В спортзале специально вырубили свет. В темноту зала под музыку стали заходить пары со свечами в руках. Ими зажигали факелы, закрепленные на стенах спортивного зала. Мы с Ленкой Ивановой, как ведущие, зажгли главный факел. Сто пятьдесят свечей и пятнадцать факелов по бокам оживили зал. Это была задумка Айседоры. Когда гости увидели пацанов в строгих темных костюмах с бабочкой, девчонок в платьях, с прическами, с веерами в руках, то выпали в осадок. Даже Папа от удивления издал какой-то восторженный звук. Все пары стояли по периметру спортзала, не было только Кузи с Валеркой. Айседора придумала для них в последний миг специальный выход. Музыка резко остановилась. Затрубил горн, потом послышалась частая барабанная дробь. Четыре пацана внесли задрапированный тканью ящик из-под мусора. Иваныч, трудовик, из него придумал классные закрытые носилки. Все напряглись, никто же не знал, что в носилках. В центр вышел Комар. Николай Иванович, муж Айседоры, и отдал ему свой белый костюм, заботливо подогнанный Айседорой под фигуру Валерки. Выглядел он в белом костюме супер-класс. Валерка плавным движением руки откинул ткань с носилок, и все увидели сидящую на табуретке Кузю в нежно-голубом платье. Какая она была в нем красивая! Как она держалась, какая на ней была прическа! Не все сразу поверили, что это Кузя. Они с Валеркой были первой парой, которая открыла Праздник Вальса. Большой Лелик потом сказал мне, что Кузя в своем платье была похожа на Наташу Ростову.
Последними выступили Айседора с Николаем Ивановичем. Такого проникновенного танца, такой легкости в движениях, воздушности в руках я ни у кого еще не видел.
Праздник всем понравился. Кузя была избрана Королевой вальса, ей на голову закрепили золотистую корону из фольги.