Краткая история Ближнего Востока. Мост трех континентов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

При римлянах Сирия из находящегося в состоянии упадка региона, пребывавшего в запустении после крушения династии Селевкидов, превратилась в зажиточную, процветающую провинцию. Численность ее населения в эти годы достигала около шести миллионов человек. Остатки крепостных стен и акведуков отмечают местоположение ее древних городов на берегах Оронта, к востоку от Алеппо и Хомса, а также вдоль границы Сирийской пустыни. Сирийские купцы проникали в Европу, доходя до Галлии и Испании. В то время слово «сириец» означало любого говорившего на сирийском (арамейском) языке и применялось по отношению к жителям Ливана, Палестины и Месопотамии. Их активная торговая деятельность помогала сближению Востока и Запада. В этом смысле сирийские торговцы — продолжатели дела финикийских и предшественники генуэзских и венецианских купцов.

При римлянах более других возвысились четыре сирийских города: Антиохия, Баальбек, Бейрут и Иерусалим, — и каждый из них интересен по-своему.

По своей славе, великолепию и роскоши столица провинции, Антиохия, уступала только Риму. По численности населения она конкурировала с Александрией за звание второго города империи. По всей видимости, в ней насчитывалось около полумиллиона жителей. Дафна, ее цветущий пригород и священная роща, привлекала тысячи паломников и искателей удовольствий как из ближних стран, так и издалека. Юлий Цезарь построил в Антиохии театр, император Каракалла повысил город в статусе до колонии. Вдоль дороги протяженностью четыре мили, соединявшей Антиохию с Дафной, раскинулись сады, в тени которых таились загородные дома и били струи фонтанов. Все это служило прекрасными декорациями для веселых праздничных процессий, которые время от времени двигались по дороге между двумя городами. Дафна с ее тенистыми садами, журчащими струями фонтанов, высокими кипарисами и благородными лаврами была поистине райским местом. Посвященные Аполлону лавры охранялись от вырубки законом. Кроме того, здесь находился знаменитый оракул, с которым советовались даже императоры. Здесь же проходили знаменитые праздники, во время которых царили веселье, музыка и танцы и сексуальная раскрепощенность. По случаю торжества в Дафне также устраивались театральные представления, гонки колесниц и гладиаторские бои.

Баальбек, судя по его названию, был первоначально посвящен главному семитскому божеству Ваалу, который охранял плодородную равнину, разделяющую северный и южный Ливан. Селевкиды, которые отождествляли Ваал с солнцем, переименовали город в Гелиополь. Римляне сохранили греческое название города, зато романизировали имя божества. Так Ваал стал называться Юпитером Гелиополитанусом. Октавиан Август пожаловал городу статус колонии. Однако Гелиополь оставался менее греческим, нежели Антиохия, менее римским, чем Бейрут, зато более семитским, нежели те, вместе взятые.

При императоре Каракалле (211—217) и его преемниках из сиро-ливанской династии был построен, а затем расширен храм гигантских размеров с богатой внешней и внутренней отделкой. Мать Каракаллы, Юлия Домна, была талантливой и красивой дочерью верховного жреца в Хомсе (Эмеса). Она познакомилась со своим будущим мужем и императором Септимием Севером (193—211), когда тот командовал легионом в Сирии. Сирийская царевна с гордостью носила титул супруги императора, помогая своему венценосному мужу в государственных делах. Не утратила она свою власть и после его смерти. В качестве советника она пригласила знаменитого в Бейруте юриста Папиниана, который также приходился ей родственником. В Риме его место занял знаток законов Ульпиан, как и его предшественник, уроженец Бейрута. Ульпиан служил при Александре Севере, последнем и самом талантливом представителе династии. Родиной императора был город Арка, расположенный на севере Ливана. О том, какой вклад внесли в римское право эти два императорских советника, будет сказано ниже.

Площадь Гелиопольского храмового комплекса составляла примерно 300 на 200 метров, что гораздо больше площади любого из средневековых христианских соборов. В этом отношении храм уступает лишь собору Святого Петра в Риме и нескольким современным сооружениям. На его территории находятся развалины древнего и большего по размерам храма, посвященного Ваалу-Юпитеру, и второго, меньших размеров, однако более изысканного, посвященного его супруге Атаргатис (Астарте). Храм Атаргатис обычно приписывают Вакху. Из колонн храма Юпитера лишь шесть продолжают горделиво стоять, бросая вызов землетрясениям и разрушительному действию времени. Высокие и стройные, они видны путнику издалека. Каждая колонна состоит из трех блоков; ее высота составляет 21 метр, а диаметр — около 2 метров. Массивные каменные блоки, из которых сложены колонны и стены, просторные внутренние дворы, богатство убранства и тонкая резьба на фризе — все это привлекает в Баальбек туристов со всего мира. Таких грандиозных сооружений не было даже в самом Риме.

Если Баальбек был культовым центром, то Бейрут (Барут) был известен интеллектуальными достижениями своих жителей. В этом отношении город занимал ведущие позиции на Ближнем Востоке, как когда-то, во времена финикийцев, в торговле. Он возвысился рано, еще при Юлии Цезаре, когда тот возвел его в ранг колонии и в честь дочери дал имя Колония Юлия Августа Феликс. Однако истинную славу Бейруту принесла школа римского права. Основанная императором Септимием Севером (ум. 211), эта школа процветала до середины VI в. В римских провинциях равной ей была, пожалуй, лишь школа в Афинах. По этой причине ливанский город притягивал к себе лучшие умы с соседних территорий точно так же, как сегодня это делают ведущие американские университеты.

На этом академическом небосклоне ярче других выделяются имена Папиниана и Ульпиана. Первый был уроженцем Хомса, второй — Тира. Из юридических трудов Папиниана 595 позднее вошли в «Дигесты» Юстиниана, не менее трети которых составляют также труды Ульпиана. В знак признания заслуг великих юристов император Юстиниан (ум. 565), чье имя носит этот кодекс, назвал Бейрут «матерью и кормилицей права». Римские законы по праву можно назвать самым внушительным и долговечным наследием Римской империи.

Иерусалим был столицей римской Палестины, которую сами жители называли Иудеей. При Ироде Великом иудейское царство существенно расширило свои границы. Ирод сменил на троне своего отца, марионеточного правителя, по происхождению идумея, назначенного Помпеем. Идумеи были перешедшими в иудаизм арабами. Ирод заново обнес Иерусалим стенами, а также отстроил во всем его великолепии иерусалимский храм. Он оказывал поддержку земледельцам и ремесленникам. Именно в его храм пришел во время пасхальных праздников Иисус. На побережье царь отстроил порт, который позднее вошел в состав римской Палестины, и дал ему название Кесария в честь своего покровителя Августа. Этим и другими своими действиями он настроил против себя местное население. Иудеи подняли восстание, обвинив Ирода в том, что он отдает предпочтение эллинизму и в ущерб местным традициям насаждает римские. Из всех ближневосточных народов евреи упорнее всего сопротивлялись римскому владычеству. Считая себя «избранным народом» и «Авраамовым семенем», они оказывали сопротивление любым попыткам интеграции и ассимиляции, отстаивая свое право на национальную уникальность. Их культура носила замкнутый характер. Эхом репрессивных мер, предпринятых Иродом, является так называемое «избиение младенцев», о котором мы читаем в Евангелии от Матфея (2: 13—16). Ирод умер в 4 г. до н. э., проведя на иудейском троне тридцать три года, то есть через два года после рождения Христа, который, согласно уточненным расчетам ученых, родился в 6 г. до н. э.

Два города Римской империи, стоявшие на караванных путях, заслуживают отдельного упоминания. Это Петра и Пальмира.

Петра, столица Набатейского царства, служила перевалочной базой для караванов, следовавших из Хиджаза в Палестину. Судя по оставленным ими надписям, северные арабские племена, набатеи, первоначально говорили на арамейском диалекте. В Петре усталых купцов ждали свежая вода и вырубленные в скалах комнаты, в которых можно было укрыться от набегов диких бедуинов. Здесь они могли сменить усталых верблюдов на свежих и возобновить свое путешествие из богатой специями Южной Аравии в средиземноморские порты или города внутри материка. Оттуда они возвращались, нагруженные тканями, зерном, посудой и другими товарами, производимыми на севере. В течение двух последних веков до нашей эры и I в. н. э. Петра процветала благодаря своему удачному расположению на оживленном торговом пути. Границы ее владений включали в себя Северную Аравию, Палестину и Юго-Восточную Сирию. Это были владения набатейского царя по имени Харетат IV (Аретас, 97 до н. э. — 42 н. э.), того самого, который пытался арестовать в Дамаске апостола Павла (Кор., 11: 32). Его царство находилось в вассальной зависимости от Рима, хотя когда-то жители Набатеи сумели отбить наступление Помпея. Однако со временем они поддались соблазнам эллинизма, безраздельно господствовавшего тогда в регионе, и в конечном итоге оказались в зависимости от Римской империи.

Их столица с ее театрами и храмами в греко-римском стиле имела все признаки эллинизированного города, хотя формально набатейские цари обладали полунезависимым статусом. Впрочем, в конце концов этот неопределенный статус начал вызывать неудовольствие римлян, особенно когда те столкнулись со своим последним независимым соперником на Ближнем Востоке — Персией. В соответствии с приказом Траяна римский легат в Сирии в 106 г. захватил Петру и подверг ее разрушению. Прекрасный, богатый «розовый город, почти такой же старый, как и само время» был предан забвению. Его местное название, Вади-Мусса (долина Моисея), служит напоминанием о событиях, произошедших в древности.

Корона Петры перешла к Пальмире. Как и ее предшественница, Пальмира была обязана своим возвышением обильному источнику не очень чистой, но тем не менее пригодной для питья воды и местоположению на караванном пути через пустыню с запада на восток. Как и набатеи, жители Пальмиры происходили из арабского племени, перенявшего арамейский язык и культуру эллинизма. Траян сделал этот город частью провинции Аравия, которую создал после разрушения Петры. Под покровительством Рима Пальмира переживала экономический и политический расцвет. В 260 г. ее правитель Одайнат (Оденат) удостоился почетного титула, к которому прилагались полномочия представителя императора в восточной части империи. Это был знак благодарности Рима за верность империи: правитель Пальмиры возглавлял сирийско-аравийскую армию, которая спасла императора Валериана. (После сражения на севере Сирии глава Римской империи попал в позорный плен к своему персидскому врагу.)

После смерти Одената (ок. 266) от имени их малолетнего сына бразды правления Пальмирой взяла в свои руки его вдова Зенобия. Умная и решительная женщина, она устроила свой двор по персидскому образцу, однако в качестве советника пригласила эллинского философа, который учил ее греческому языку. Воспользовавшись ослаблением Рима, она распространила свою власть на Сирию, Аравию и Египет, где в Александрии держала гарнизон, и на Анатолию, где ее армия дошла до Анкары. К 272 г. Рим, однако, оправился от позорного поражения, нанесенного ему персами, а также от набегов своих западных соседей. Аврелиан лично возглавил победное шествие своей армии по Анатолии, Северной Сирии и, наконец, подошел к Пальмире. Увы, обещанной помощи от персов несчастная царица так и не получила. Ночью она пыталась бежать из города на верблюде. Однако посланные ей вдогонку всадники настигли ее еще до того, как она успела переправиться на другую сторону Евфрата. В 274 г. гордую восточную царицу, увешанную драгоценностями и закованную в золотые цепи, провели во время триумфального шествия по улицам Рима. Пальмира подверглась разрушению, а ее обитатели были вырезаны. Из всех роскошных построек города сохранился лишь храм Ваада. На его месте впоследствии выросла бедная мусульманская деревня Тадмур, в названии которой сохранилось древнее семитское имя.

С внешней стороны храма тянется длинная колоннада, высятся изящные арки и заметны другие яркие, но, увы, немые свидетельства существования на этом месте некогда процветавшего города. Сегодня колоннада длиной 370 метров состоит из 375 колонн, каждая высотой около 17 метров. Материал, из которого они изготовлены, гранит, по всей видимости, был привезен из Египта. Некогда венчавшие колонны статуи выдающихся жителей Пальмиры сегодня можно увидеть в музеях Америки и Европы.

К концу III в. н. э. римский орел распростер свои крылья далеко на восток, вплоть до самого Евфрата, по другую сторону от которого лежала гордившаяся своей независимостью и военной мощью Персия, готовая в любую минуту бросить Риму вызов. Эти же силы в свое время стали барьером на пути проникновения сюда эллинизма, который легко распространился по всему Ближнему Востоку. Культурный разрыв между Персией и ее западными соседями обозначился еще резче, когда основной религией в них стало христианство.

Глава 9.

ПОБЕДНОЕ ШЕСТВИЕ ХРИСТИАНСТВА

Христианство является семитской религией, возникшей на Ближнем Востоке, однако впитавшей в себя идеи греко-римского мира. Из эллинизированного востока оно совершило победный марш на запад и достигло пика своего триумфа в Европе. Правда, для этого ему пришлось слегка измениться, чтобы стать приемлемым для жителей других частей Римской империи. Таким образом, эта религия сбросила оковы своего ближневосточного происхождения и переместилась выше, на международный уровень. Этот процесс, весьма эффективно начатый эллинизированным евреем, апостолом Павлом, продолжили так называемые Отцы Церкви, писавшие по-гречески или на латыни и работавшие в Александрии, а также других крупных городах Малой Азии и Северной Африки.

Поначалу процесс шел мучительно медленно, а положение новой религии было довольно шатким. В течение I в. н. э. христианство мало чем отличалось от других ближневосточных сект, которые в то время множились как грибы после дождя. Другие верования оно начало теснить лишь во II в. Последователи многобожия были в силу особенностей своих религиозных представлений довольно терпимы к чужим богам и потому не проявляли враждебности по отношению к новому культу и его адептам. В отличие от них уверовавшие в одного истинного бога были совсем иными. Они демонстративно не желали принимать участие в многочисленных религиозных праздниках, приносить жертвы другим богам и склонять головы перед божественным цезарем. Охваченные миссионерским рвением, они горели желанием обратить в свою веру весь мир. Политика сосуществования религиозных учений была не для них. Любой, кто был не с ними, был против них. Столкновение с официальной религией было неизбежно.

Преследование христиан при Нероне, которое началось в 64 г., не имело под собой религиозных мотивов. Из христиан сделали козлов отпущения, взвалив на них вину за случайный пожар, который уничтожил всю центральную часть Рима. Павел, умерший в Риме в 67 г., наверное, также стал жертвой указа Нерона. Куда более серьезные последствия имел эдикт Траяна, изданный в 122 г. Согласно этому указу, христиане, отказывавшиеся воздавать почести государственным богам, объявлялись изменниками и предателями империи. Этот приказ развязывал руки наместникам провинций, которые тотчас ухватились за него для сведения счетов со своими подданными-христианами. Валериан (257 г.) пошел еще дальше, запретив любые собрания христиан. Список мучеников, «чья кровь стала семенем церкви», заметно увеличился при Диоклетиане в 303 г. Под давлением со стороны языческих жрецов, отлично понимая, какую опасность несет в себе христианство для других религий империи, этот император, чья жена и дочь, возможно, тоже исповедовали христианство, издал жестокий эдикт, предписывавший сожжение христианских церквей и книг, а также лишение гражданских и военных постов любых приверженцев этой религии. Правительственные чиновники также наверняка чувствовали угрозу со стороны христиан и оказывали давление на императора. В течение десяти лет продолжались жестокие преследования христиан на Ближнем Востоке. Репрессии докатились до самых удаленных уголков империи, где наместники в очередной раз воспользовались императорским указом в своекорыстных целях. Были изобретены новые пытки. По свидетельствам историков церкви, в Северной Сирии мужчин пытали раскаленным железом. Женщины же, чтобы не подвергнуться насилию, часто были вынуждены идти на самоубийство. Палестинских мучеников бросали на растерзание диким животным. В Аравии христиан рубили топором. Один малоазийский епископ по имени Николай был замучен до смерти. Впоследствии он был причислен к лику святых и превратился в Санта-Клауса. Обычай дарить подарки в день его подвига позднее был перенесен на Рождество. Согласно легенде, он берет свое начало в добрых делах епископа Мир Ликийских — святой Николай якобы тайком дал приданое трем дочерям одного бедного прихожанина, который, будучи не в силах вынести своего позора, собирался наложить на себя руки. В Риме соорудили специальную триумфальную колонну, на которой борцы с «христианским суеверием» похвалялись своими подвигами.

Но как часто бывает, жестокость себя не оправдала. Даже язычники были потрясены этими зверствами. Еще до того, как вакханалия расправ над христианами прекратилась, их религия уже была близка к тому, чтобы стать господствующим вероучением. Таким развитием событий мы обязаны императору Константину Великому (306—337), с ведома которого христианство сделалось официальной религией Римской империи.

Хотя первые три века нашей эры отмечены гонениями власти на христиан, христианская философия развивалась в тесной связи с традиционной греко-римской античной философией. Для того чтобы римляне перешли в христианство, его следовало романизировать. Такие философские учения, как стоицизм и неоплатонизм, представляли собой синкретические системы западной и восточной мысли. Их основателями и ведущими представителями были эллинизированные жители Ближнего Востока. Как уже говорилось выше, основы стоицизма заложил финикиец Зенон. Другой выходец из Финикии, Порфирий (ум. ок. 305), стал основателем неоплатонизма. Его семитское имя было Мелик (то есть царь). У Порфирия имелись учитель, выходец из Египта, и ученик-сириец, и оба они внесли свой вклад в разработку и дальнейшую пропаганду новой системы философских взглядов. Процесс примирения христианства и стоицизма предполагал взаимные уступки и компромиссы. Положения, характерные для стоицизма, были включены в послания апостола Павла в виде тезиса о человеческой природе. К их числу, в частности, относятся постулаты о том, что человеческое тело имеет как земную (материальную), так и небесную (духовную) природу.

Неоплатонизм представляет собой попытку примирить Платона и Аристотеля и семитские взгляды на мир.

Неоплатоники выдвинули дуалистическую теорию идеи и материи, превратив тем самым видимый физический мир в эманацию имманентной божественности, от которой ведет свое начало и человеческая душа. Это различие между преходящим, изменчивым, чувственным физическим миром вещей и вечным, неизменным миром идей стало одной из основополагающих доктрин христианской философии. Неоплатонизм отделял материю от пространства, тело от души. По мнению средневековых христиан, мир являлся «долиной слез», ведущей на тот свет. Из еврейских философов доктрину о двойственной природе человека разделял Филон Александрийский (ок. 20 до н. э. — 40 н. э.). В соответствии с такими воззрениями тело воспринималось как узилище души, из которого та стремится вырваться, чтобы воссоединиться с Богом. От христиан и евреев эти взгляды перекочевали в ислам, в частности к суфиям.

Христианская философия не только обогатилась за счет включения в нее положений стоицизма и неоплатонизма, но и благодаря им смогла привлечь на свою сторону самые блестящие эллинистические умы того времени. К началу III в. интеллектуальный центр империи переместился из Рима и Афин в Александрию. Залогом такого первенства послужили труды эллинизированных выходцев из Анатолии, Египта, Сирии. Основоположником александрийской теологической школы был Климент, в прошлом язычник, изучавший греческую философию. В Александрии Климент с 190 по 203 г. возглавлял разработку христианского катехизиса, стремясь при этом привести христианское вероучение в гармонию со всем лучшим, что имелось в античной культуре. Его более прославленный ученик и последователь, Ориген (ум. ок. 253), родился в Египте в семье язычников. Он нередко прибегал к аллегорической интерпретации Библии. Другим Отцом Церкви египетского происхождения был Афанасий (ум. 336), ярый борец с язычеством и ересями. Афанасий вошел в историю как отец «истинной веры» главным образом благодаря своей борьбе с арианством. Арий (ум. 336) был греческим богословом. Он учил, что Христос был сотворен Богом, но сам не являлся таковым в полном смысле. Взгляды Ария подверглись суровому осуждению на Никейском соборе (325), где Афанасий отстаивал свою версию Символа веры, в которой упоминается Троица. Учение о Троице может считаться результатом размышлений представителей александрийской богословской школы. Сегодняшние унитарии — духовные наследники арианского вероучения.

В одном труде, авторство которого приписывается Афанасию, рассказывается о жизни египетского отшельника по имени Антоний. Антоний провел в пустыне двадцать лет, собрав за это время вокруг себя группу учеников, которые затем основали первую колонию отшельников-аскетов. Такие колонии вскоре превратились в монастыри, которые из Египта распространились в Палестину, а оттуда — по всему христианскому миру.

Пока отцы греческой церкви в Александрии обогащали своими трудами христианское вероучение, отцы латинской церкви в Северной Африке занимались привнесением в ее внутренний порядок и управление идей и положений римского права. Первым среди них был Тертуллиан (ум. ок. 230), карфагенский юрист, который в возрасте тридцати лет принял христианство. Его учеником и коллегой являлся другой уроженец Карфагена, Кипри-ан, также бывший язычник (р. ок. 200). Киприан занимал в родном городе епископскую кафедру. Позднее он стал жертвой гонений на христиан при императоре Валериане и был обезглавлен.

Однако настоящим гигантом христианской мысли, затмевающим собой другие крупные фигуры того времени, безусловно, является Августин. Родился он в 354 г. в Северной Африке, к западу от Карфагена, и до тридцати трех лет был ярым адептом манихейства, персидской религии, основанной на идее дуализма света и тьмы. Богом света был Митра, чей праздник отмечался 25 декабря. Именно в этот зимний день свет одерживал победу над тьмой и светлая часть суток снова начинала увеличивать свою продолжительность. Позднее этот день был объявлен христианским Рождеством. С 394 по 430 г., до самой своей смерти, Августин был епископом Гиппона. Как и Карфаген, этот город был бывшей финикийской колонией. Проповеди и письма Августина продолжают оказывать влияние на христианскую мысль и по сей день. Из его трудов самыми знаменитыми являются автобиографический этюд «Исповедь» и трактат «О граде Божьем», в котором Августин называет церковь новой империей, что вырастает на развалинах старого Рима. Однако, согласно взглядам Августина, она существовала с самого начала времен. Все эти ранние Отцы Церкви прославились не только благодаря своей учености, но и святости, и, как правило, их именам предшествуют эпитеты «святой» или «блаженный».

В Средние века церковь хранила как духовное наследие евреев и христиан Иерусалима, так и (через сочинения александрийских богословов) духовное наследие Афин, а благодаря трудам христианских авторов из Карфагена и Гиппона — наследие Рима. Не будет преувеличением сказать, что она превратилась в настоящее хранилище знаний христианского мира. Из римских источников средневековое общество черпало принципы социального устройства, основанного на порядке и дисциплине. Наше каноническое право позаимствовало принципы римского. В известном смысле средневековая христианская церковь примерила на себя одежды Римской империи, а папская тиара стала напоминать императорский венец.

Глава 10.

ВИЗАНТИЙСКАЯ ЭПОХА