Корнелия. Открытка от Тельмы Петерсон из Мейо.
Грейс. О-о, ну и как она там?
Корнелия. Пишет, дела «хорошо прогрессируют», а что это значит…
Г р е й с. У нее что-то изменилось?
Корнелия. По-моему, да. Кое-что.
Г р е й с. А вот и двухнедельный «Обзор текущих писем»!
Корнелия. К глубокому моему удивлению. Думала, в этом году его больше не выписываю.
Г р е й с. Да ну?
Корнелия. Когда вышла эта статья — да вы же помните! — с грубыми нападками на мою кузину Сесил Татуайлер Бейтс, я тут же подписку и аннулировала. Единственная достойная романистка у нас на юге со времен Томаса Нелсона Пейджа!
Г р е й с. А, помню. Вы еще написали редактору гневное письмо с протестом и получили от его помощницы — по имени Кэролайн такой-то — очень даже примирительный ответ. И сразу же успокоились и подписались снова.
Корнелия. Такие ответы меня никогда не успокаивали — даже вот настолько. Я написала главному редактору, а ответ пришел от его помощницы — разве можно на эту наглость реагировать спокойно?
Грейс (меняя тему). А вот и новый каталог из атлантского магазина пластинок!
Корнелия (поддерживая эту перемену темы). Да-да.
Грейс. Вижу, вы уже кое-что там отметили.
Корнелия. По-моему, нам надо создать коллекцию немецких исполнителей.
Грейс. Вы отметили Сибелиуса, который у нас уже есть.
Корнелия. Пластинка стала поскрипывать. (Делает глубокий вдох и выдох, ее взгляд прикован к молчащему телефону.) Взгляните, я еще и в опере кое-что отметила.
Грейс (взволнованно). Где, что — не вижу!
Корнелия. Дорогая, а почему этот каталог вас так взволновал?
Грейс. Обожаю пластинки!
Корнелия. Желательно, чтобы, обожая пластинки, вы не забывали при этом класть их в конверты.
Г р е й с. О, да вот же Вивальди, которого мы хотели!
Корнелия. Не «мы», а вы, дорогая.
Г р е й с. А вы разве нет?
Корнелия. По-моему, Вивальди — очень бледная тень Баха.
Грейс. Странно, а у меня сложилось впечатление, что вы… (Звонит телефон.) Снять?
Корнелия. Будьте так любезны.
Грейс (снимая трубку). Резиденция мисс Скотт! (Эта реплика произносится таким торжественным тоном, будто речь идет о резиденции Его преосвященства.) О нет, это Грейс, но Корнелия рядом. (Передавая трубку.) Эсмеральда Хокинс.
Корнелия (мрачно). Я ждала ее звонка. (В трубку.) Привет, Эсмеральда, моя дорогая, я ждала вашего звонка. А вы откуда звоните? Конечно, знаю, что с собрания, cа va sans dire, ma petite![8] Ха-ха! Но с какого телефона? Ведь в доме их два, вы же знаете, один — внизу, в холле, другой — в будуаре хозяйки, там, наверное, сейчас раздеваются. Так вы внизу, да? Ну, к этому времени уже, я полагаю, практически все в сборе. Вы поднимитесь наверх и позвоните мне оттуда, чтобы нас никто не подслушал, дорогая, потому что прежде чем начнут, я хочу вам все объяснить. Спасибо, дорогая. (Кладет трубку. Мрачно смотрит в пространство.)
Грейс. «Дочери конфедерации»?
[8] Само собой разумеется, моя милая! (фр.)