Он запихивает еду в рот и с удовольствием жует. Даниелю кажется, что Вернер похож на мусороуборочную машину.
— Бросать всегда легче. Когда становится ясно, что это необходимо, то и совсем не трудно.
И картофелина тети Ракель тоже разваливается.
Вернер смеется.
Когда я был маленький, одноклассники однажды спросили меня:
— Юнас, ты за какую команду? «Гнагет», «Юргорн» или «Байен»?
Я понял, что надо что-то отвечать, и сказал:
— «Отвидаберг»[44].
В «Отвидаберге» играли Ральф Эдстрём, Роланд Сандберг и Бенно Магнуссон. «Отвидаберг» шли первыми с большим отрывом.
Мне всегда нравились победители.
И в том же году Ральф Эдстрём, Роланд Сандберг и Бенно Магнуссон были проданы за границу.
«Отвидаберг» закончил восьмым.
Я даже не знал, где этот Отвидаберг находится.
Что мне было делать? Сказать, что я вдруг передумал, что теперь я за клуб «Мальме»?
Пришлось и дальше быть за «Отвидаберг».
Теперь они играют в классе «Б».
Некоторые всегда проигрывают.
Утро. Ракель контролирует время варки каши сигаретами. Когда сигарета выкурена, каша готова.
Человечество можно разделить на две каше-группы.
Одни аккуратно отмеряют полстакана крупы, добавляют стакан воды плюс четверть стакана на кастрюлю, а затем варят ровно три или пять минут.
Другие сыплют крупу в воду на глазок и смотрят, что получится.
Ракель относится ко вторым.
— Ой, сегодня у нас каша-размазня! — удивленно восклицает она и плюхает варево по тарелкам племянников, которых уже мутит. — Ну-ну, нечего сердиться. Этот день все равно уже пропал, потому что сегодня мы должны выпалывать сорняки. Не сделаем этого сегодня — не сделаем никогда, такое дождливое лето. Понимаете, Вернер сам, то есть мы с Вернером сами выращиваем овощи. Вернер мечтал стать фермером, это одна из причин, по которым он переехал сюда. В Хультсбрук. У него, к сожалению, нет времени на огород, поэтому большей частью вожусь с ним я, так уж получилось, у меня ведь есть время, да-да, время у меня есть.
Ракель зарабатывает переводами с испанского. Она подумывала раздобыть себе письменный стол, но ведь, с другой стороны, и обеденный вполне годится.
— Ты любишь полоть сорняки? — с недоверием спрашивает Шарлотта, когда они с Даниелем появляются на огороде — через полчаса после Ракель.
Ракель поднимается с четверенек и утирает пот ладонью, перемазанной в земле; волосы растрепались.
— Все можно полюбить, — медленно отвечает она и морщится, разгибая спину.
— Ни одному человеку это не может нравиться! — ворчит Шарлотта, передвигаясь ползком с плеером на всю громкость и упрямо выдергивая всю зелень, которая попадается ей на пути.
Внезапно она видит молоденькую морковку, и ей становится жалко.
Это же почти убийство, думает Шарлотта, она же сладкая.
[44] Населенный пункт в провинции Эстергётланд.