Детство комика. Хочу домой!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Да, они боги, беспечные.

Но ветер и дождь разгонят их по домам, где мамы уже ждут с готовой едой, от которой они вырастут и станут сильными.

Как и мы росли и становились сильными, Томас.

Телевизор ждет, и уроки ждут, и футбольная тренировка ждет, и все то, о чем они еще не знают, ждет, и минута прибавляется к минуте, осень к осени, и однажды все сгорит или сгниет.

Сэвбюхольм поблекнет, сгниют его сады. Увядшая листва покроет все забвением.

Мама Томаса готовится к празднику. Она занята этим уже не первую неделю. Там, откуда она родом, перед гостями в грязь лицом не принято ударять. Там не скупятся.

Наконец наступает назначенный день. Еле удерживаясь на стремянке, она украшает потолок гирляндами. Они с Томасом полдня надували воздушные шарики. Красные, зеленые и голубые.

Она радостно напевает Бетховена.

«К Элизе».

Бегает между кухней и гостиной. Там, откуда она родом, на празднике все должно быть идеально.

На плите кипит вода. Она опускает в нее кучу сосисок. Вода бурлит. Сосиски крутятся. У мамы Томаса предчувствие счастливого дня.

— Aber Thomas, Liebling, — распекает она Томаса, когда тот заходит к ней на кухню, — ты даже совсем не надел костюм! Я же все ж таки шила его всю ночь, чтобы поспеть вовремя, nicht wahr!

— Ну мама… — пытается возразить Томас.

— Никаких «ну мама»! — решительно отрезает она. — Марш! Raus! Augenblicklich![36]

Томас вздыхает и уходит. Он слышит, как мать снова принимается напевать в кухне.

«К Элизе».

Она капает зеленого карамельного красителя в пюре и перемешивает. Смеется, как ребенок.

Переливчатый смех, и он знает, что в это головокружительное мгновение ее чувства — это чувства ребенка, и мысли у нее детские.

Ему хочется, чтобы она всегда радовалась.

Любимая мама.

Это он виноват, что она так часто расстраивается.

Томас заходит в свою комнату. Она положила костюм на кровать.

Костюм ядовито-зеленый. Милая мамочка устроила такой прекрасный праздник.

Томас закрывает дверь в комнату, свет не зажигает. Шторы опущены. В комнате тихо и темно. Дневной свет просачивается сквозь маленькую щель, между шторами.

Он мог бы остаться здесь. Лежать в темноте под кроватью и дышать. Уткнувшись носом в доски кровати. В запахе пыли и линолеума.

Это было бы печально, но так лучше всего.

Есть ли под кроватью чудище? Нет, там только Томас.

Мать могла бы приносить ему еду на подносе пару раз в день. Он видел бы ее ноги и башмаки, а может, иногда и подол ее плиссированной юбки. После ее ухода он выбирался бы поесть. Но только после.

Может быть, она иногда наклонялась бы, протягивала руку и гладила его по щеке, а он бы ей улыбался в темноте.

Главное, что они не говорили бы друг с другом. Никто бы ничего не говорил. Томас хотел бы всю жизнь прожить в темноте под кроватью.

[36] Вон! Немедленно! (нем.).