Детство комика. Хочу домой!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В супермаркете «Консум» падает пожилая женщина. Вслед за ней сыплются банки с консервированными помидорами.

Целые и разбитые.

Помидоры «Эльдорадо». Дешевые.

Это инфаркт, ей нечем дышать. Тело дергается в конвульсиях, она кричит от страха. В глотке что-то булькает. Изо рта сочится слюна и кровь.

Семья Линдстрём совершает покупки. Бенгт везет в прогулочной коляске Марианну, Ритва катит тележку для продуктов. Юха идет рядом.

Эта маленькая счастливая семья приближается к больной. На них тень смерти не падает. На тележке нет вмятин, на ней нет следов крови.

— Что происходит? — спрашивает Юха, увидев тетеньку.

— Что это с тетенькой? — спрашивает Марианна.

— Ей немножко дурно, но скоро ей снова станет лучше, вот увидите! — объясняет Бенгт.

Ритва пытается пройти вместе с тележкой мимо умирающей.

— Извините! — говорит она как можно вежливее. — Извините, мне надо пройти, но мне мешает ваша рука…

Увидев, что женщина не двигается, Ритва бормочет, что это бесстыдство, затем отодвигает руку женщины левой ногой и проходит дальше.

После она с облегчением восклицает:

— Слушайте, кто хочет лимонный сыр на десерт?

Никто ни с чем не опоздал, потому что ничего не произошло, и на тележке нет вмятин, и крови на ней нет, и семья Линдстрём счастлива, как всегда.

Хороший выдался день. День лимонного сыра.

В школе их учат, что есть И-страны и Р-страны, но если положить денежку в копилку, то Р-странам не придется слишком долго оставаться Р-странами.

«Р» означает «развивающиеся». Все в это верят. Все дети, все мамы и папы.

И вот, когда Юхе было девять лет, наступил нефтяной кризис. Он проделал щель в сэвбюхольмской стене, и через эту щель внутрь стал просачиваться мир — темный, зловещий, совсем не такой, как рассказывали мама с папой.

Нефтяной кризис оказался обвалом. После него жизнь потекла дальше — правда, в слегка искаженном виде. Все должны были вносить свою лепту и убавлять в доме тепло и внимательно следить за тем, чтобы везде был погашен свет.

Такие вот ерундовые мелочи.

Не полоскать посуду в проточной воде, надевать лишнюю кофту и убавлять мощность нагревателя, принимать душ вместо ванны.

Чтобы достойно встретить мировой кризис, приходилось принимать душ.

Всем этим навалившимся неприятностям можно было дать отпор, стоило всем дружно пообещать аккуратно гасить за собой свет.

Все снова должно было стать хорошо. Никто ни с чем не опоздал, потому что ничего не случилось.

Но когда сэвбюхольмцы спали, по комнатам разъезжал призрак тележки для продуктов со страшными вмятинами и оставлял за собой длинные кровавые следы.

И тележка вторгалась в их сны, точно крик.

Видишь эту увядшую листву? Осень, и уже поздно думать о том, что так и не свершилось, о том, что не сбылось. Ветер носит листву по загнивающим садам Сэвбюхольма, по его только что заасфальтированным дорогам. Увядшие листья разлагаются в канавах, в садах их сгребают в кучи и жгут. Деревья стоят холодные, с неба моросит дождь.

Скоро наступит зима. Мимо сэвбюхольмской станции, не останавливаясь, проносится поезд, и на рельсы, кружась, опускаются листья.

У автозаправки болтается кучка мальчишек с велосипедами, как мы болтались когда-то. Двенадцать, тринадцать, четырнадцать лет этим богам, этим непобедимым. Они встряхивают волосами и надувают пузыри из «Хубба-буббы».