А перед моими глазами всплыло системное сообщение.
Обнаружено ядро локации.
Размер локации: средняя.
Тип локации: ресурсная, растительная.
Враждебные существа: не идентифицированы.
Хозяин локации: не обнаружен.
Желаете присоединить локацию к системе вашего Домена? Да / Нет.
Я стоял и смотрел на шар. На ядро. На то, зачем мы сюда шли.
И всё? Вот так вот просто? Я не мог поверить в такую удачу. Я хотел было уже сделать шаг из-за спин Скарлингов, как вдруг...
Откуда-то сверху, из темноты, прямо на висящий в воздухе шар рухнула клякса. Чёрная, густая, как дёготь. Она облепила ядро, обвила его со всех сторон, и его свет померк. Шар задрожал, запульсировал, будто пытаясь сбросить с себя эту мерзость, но тщетно. А клякса начала расти. Раздуваться. Пузыриться. Из неё полезли конечности — тонкие, кривые, похожие на паучьи лапы, — и тут же втянулись обратно. Потом выросли снова, но уже другие — толстые, покрытые чешуёй, как у ящера. И снова исчезли. Жижа бурлила, металась, принимала формы и тут же их теряла. Как будто что-то пыталось собрать себя из этого хаоса, выбрать, кем стать.
— Что это за хрень?! — выдохнул один из Скарлингов.
— Назад! — рявкнул Катур. — Все назад! К стене!
Но было поздно.
Клякса наконец застыла. Собралась. И перед нами предстало существо. Если это можно было назвать существом. Тело — бесформенное, бугристое, покрытое слоями какой-то слизи, которая стекала вниз, капала на пол и тут же испарялась. Из тела торчали конечности — десятки конечностей, разных размеров и форм. Где-то руки, где-то лапы, где-то щупальца. Они шевелились, тянулись в разные стороны, хватали воздух. Головы не было. Вместо неё — нарост, бугристый, покрытый глазами. Десятки глаз, разбросанных по всей поверхности. Они моргали, вращались, смотрели во все стороны одновременно. И все — разного цвета. Жёлтые, зелёные, красные, синие. Как те, что я видел в темноте, когда мы только вошли в локацию.
От монстра шёл запах. Гнилостный, тяжёлый, с примесью чего-то химического. От него слезились глаза, и першило в горле.
— Это оно, — прошептал я, вытаскивая нож. — Это то, что охраняло ядро.
— Охраняло? — Катур усмехнулся, но в голосе не было веселья. — По-моему, оно его сожрало.
Монстр замер. Глаза его — все сразу — уставились на нас. Потом существо издало звук. Не рык, не вопль. Что-то среднее между бульканьем и свистом. Отвратительное, влажное.
— Братья! — рявкнул Катур. — Окружай! Не подпускай к владетелю!
Скарлинги двинулись. Медленно, слаженно, как единый организм. Они рассыпались по залу, окружая монстра полукольцом. Топоры, копья, дубинки — всё пошло в ход. Я остался в центре, за их спинами. С ножом в руке. Бесполезным, наверное. Но я не собирался стоять и смотреть.
Монстр атаковал первым. Одна из конечностей — длинная, тонкая, как хлыст, — метнулась к ближайшему Скарлингу. Тот успел уклониться, и хлыст рассёк воздух там, где он только что стоял. Второй Скарлинг рубанул по конечности топором. Раздался влажный, чавкающий звук. Отрубленная часть упала на пол и тут же растворилась, впиталась в камень. А из обрубка выросла новая. Ещё толще.
— Отрастают! — крикнул Скарлинг.
— Вижу! — отозвался Катур. — Тогда бейте в тело! В центр!
Он рванулся вперёд, размахивая топориком — тем самым, что взял у Друма. Удар. Ещё удар. Лезвие вгрызалось в бугристую плоть, разбрызгивая слизь. Монстр завизжал — пронзительно, на одной ноте. Глаза его заметались, завращались. Несколько конечностей метнулись к Катуру одновременно. Он отбил одну, уклонился от второй, но третья достала — чиркнула по плечу, оставив рваную рану. Катур зарычал, но не отступил. Продолжил рубить.
Я бросился вперёд. Нож в руке, регенерация наготове. Один из Скарлингов упал — конечность монстра сбила его с ног. Я подскочил, рубанул по щупальцу, которое тянулось к нему. Лезвие вошло в слизь, прошло насквозь. Щупальце дёрнулось, отпрянуло. Скарлинг поднялся, кивнул мне, и снова бросился в бой.
Монстр бился. Яростно, отчаянно. Он не отступал, не защищался — просто нападал. Со всех сторон сразу. Конечности хлестали, хватали, тянулись. Скарлинги рубили их, отсекали, но на месте отрубленных вырастали новые. Я видел, как двое медведей уже лежат на полу — живые, но израненные. Третий едва держался на ногах. Катур продолжал рубить, но было видно: он устал. Кровь текла по его плечу, по боку, капала на пол.
И тут я услышал голос.
Женский. Мягкий, тёплый, будто из детства. Хотя воспоминаний о родителях у меня почти не осталось — только смутные образы, размытые, как старые фотографии. Но этот голос был именно таким. Материнским. Он прозвучал не в ушах — в голове. Прямо в сознании, ясно и чётко, перекрывая шум боя.
— Используй Свет Амары.
Я замер. Нож в руке, перед глазами — монстр, вокруг — Скарлинги, бой, кровь. А голос звучит так спокойно, будто мы сидим на кухне и пьём чай.