— Плавили, — повторил Волин. — Чем?
— Неизвестно, товарищ генерал-майор.
— А человек? Тот, что вошёл в разлом. Его нашли?
— Никак нет. Среди мёртвых тел его не обнаружили. Приборы не зафиксировали его присутствия на той стороне.
— Вы уверены? — Волин шагнул ближе. — Вы точно всё проверили?
— Так точно. До проникновения на территорию, он пару раз попал под объективы камер. Запись изучена. Внешность объекта зафиксирована. В разломе его не было.
Волин сжал кулаки. Медленно, с хрустом. Потом разжал. Посмотрел на здание. На разлом, который виднелся в глубине, за стеклом.
— Да что за хрень тут творится, — проговорил он тихо, почти про себя. — Вы хоть что-то выяснили, о нашем домушнике?
— Не могу знать, товарищ генерал-майор, — ответил лейтенант. — Мы работаем над этим.
— Работаете, — Волин усмехнулся. Криво, без веселья. — Бестолочи. Ладно. — Он отвернулся, снова уставился на здание. — Продолжайте наблюдение. И свяжитесь с аналитическим отделом. Мне нужны все данные по этому объекту. Внешность, рост, особые приметы. Всё. И если он снова появится — я хочу знать об этом раньше, чем он успеет сделать шаг.
— Так точно.
Лейтенант козырнул и ушёл. Волин остался стоять, глядя на разлом. Где-то там, за гранью реальности, был кто-то, кого он не мог достать. Пока не мог.
Столица империи, Бакарун-Гадар, раскинулась на десятки километров. Огромные каменные здания поднимались к небу, их шпили терялись в низких облаках. Улицы были широкими, вымощенными гладким чёрным камнем, и по ним сновали тысячи существ: торговцы, ремесленники, чиновники, солдаты. Воздух дрожал от гула голосов, топота, звона инструментов. Город жил, дышал, работал — как единый организм, подчинённый одной воле.
В самом центре столицы возвышался Императорский дворец. Не просто здание — крепость, цитадель, символ власти, которой не было равных. Чёрные стены, увитые золотыми жилами, поднимались на сотню метров. Ворота были такими огромными, что через них мог пройти строй легиона в полном составе. А над всем этим, на самой вершине центральной башни, горел вечный огонь — знак, императорской воли.
В зале совещаний было тихо. Длинный стол из чёрного дерева, инкрустированный серебром, тянулся через всё помещение. За ним сидели советники, военачальники, министры. Все — в тёмных одеждах, с каменными лицами. Никто не разговаривал. Никто не двигался. Трон во главе стола пустовал, и это пустое место давило на всех сильнее любого присутствия.
Двери распахнулись без стука. И в зал вошёл он.
Инирман. Последний из титанов. Четыре метра роста, широкие плечи, мощная фигура, закутанная в тёмно-багровые одежды. Его лицо было будто высечено из камня — резкие скулы, тяжёлый подбородок, глаза, в которых зияла чёрная бездна. Ни морщины, ни седины. Только сила. Древняя, как сам мир. Когда он шёл, пол дрожал. Медленно, ритмично, будто сама земля прогибалась под его весом. Стальные мышцы перекатывались под одеждой, и даже ткань не могла скрыть их мощи.
Он дошёл до трона. Сел. Медленно, тяжело. Трон скрипнул, но выдержал. Инирман обвёл взглядом собравшихся.
— Начинайте, — проговорил он. Голос был громоподобным, низким, раскатистым. Казалось, он исходил не из горла, а из самой груди, из глубины этого могучего тела.
Советники переглянулись. Потом один поднялся.
— Ваше величество. Налоги собраны в полном объёме. Наблюдается рост на двенадцать процентов по сравнению с прошлым кварталом.
Инирман кивнул. Не выказав ни радости, ни недовольства. Просто принял к сведению.
Следующий.
— Ваше величество. Возведение статуи в вашу честь в столице завершено. Освящение назначено на следующей неделе.
Кивок.
— Ваше величество. Теократия Милан. Наши войска на границе понесли тяжёлые потери в последних стычках. Противник продолжает использовать неизвестную нам магию. Рекомендую отвести войска и перегруппироваться.
Инирман помолчал. Потом посмотрел на говорившего.
— Отвести? — переспросил он. — Или удержать?
Военачальник сглотнул.
— Удержать, ваше величество. Любой ценой.