Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Марина не спешила заходить во двор, цеплялась за Дена взглядом, пока он не исчез из вида.

— Видишь, как он рад! А ты боялась, — проговорила я.

— Рад, не спорю. Но похоже, он еще до конца не понял масштаба проблемы, — вздохнула Марина.

Чтобы семейный совет прошел спокойно, я решила предупредить соседку о включаемой плите. С каждым днем все лучше понимаю, почему ее не любит папа. Вот сейчас решаю ничтожную бытовую проблему, стучусь к хозяйке, а ощущение, что я — хранитель красной кнопки, докладывающий президенту, что Вашингтона больше нет. Людмила Григорьевна открыла быстро и просверлила меня ненавидящим взглядом:

— Что стряслось?

— Ничего, не переживайте. Просто мы сейчас на пять минут включим чайник. Если что-то будет не так, скажите, и мы все выключим.

Хозяйка угукнула и закрыла дверь.

На кухне суетился папа — расставлял найденные в шкафчике чашки с блюдцами, Марина протирала полотенцем чайные ложки. Чайник уже почти закипел.

Ден вошел, не стучась в калитку. Наверное, Марина рассказала ему о характере хозяйки, и он решил лишний раз не нарываться.

— Здравствуйте, — обратился он к отцу. — Это к чаю.

Он протянул торт и замер у порога, смущенно оглядывая наш подвал.

— Проходи, Денис, присаживайся. Если ты думаешь, что я не волнуюсь, ты ошибаешься, — попытался разрядить атмосферу папа. — Теперь ты полноправный член нашей семьи, пусть еще и не официально.

Как деликатно папа намекнул на необходимость росписи! Парень все понял и оправдал его ожидания:

— Понимаю, просить руку вашей дочери нужно немного в других условиях, но как уж вышло. Отдадите за меня Марину?

Папа встал, обнял его и похлопал по спине, потом вернулся на место.

— Безусловно.

— Я хочу, чтоб вы знали: я Марину не брошу никогда и убью любого, кто причинит вред ей и нашему малышу.

Первая мысль была о маме. В таком случае он уже кандидат на скамью подсудимых. Папа поднял руку.

— Спокойно, никто никому не вредит. Я тебе верю. И поверил еще тогда — в походе. Потому и спокоен за Марину. Я никого ни к чему не принуждаю, но я считаю, что ребенок должен рождаться в законном браке, возможно я старомоден, но…

Марина, до этого тихонько разливающая чай, психанула.

— Папа! Ну я же тебя просила! Перестань, пожалуйста.

— Дочь, дай нам спокойно поговорить, — не успокаивался отец. — Я еще раз повторюсь, это мое мнение, и я считаю, что к нему, как минимум, можно прислушаться.

— Я с вами полностью согласен и поддерживаю вас, как отца, — сказал Ден. — Потому я обещаю, что сделаю все, как положено. У нас будет самая незабываемая свадьба.

Марина фыркнула и надула губки. А я распереживалась, где брать деньги, их понадобится очень много.

Папа продолжил:

— Очень много вопросов, которые нужно решить. Первое: где вам жить? Второе: как Марине учиться? Да ты и сам студент, еще и выпускной курс.

— Я устроюсь на вторую работу, — парень оставался невозмутим. — Моя семья никогда ни в чем не будет нуждаться…

Он неожиданно смолк и опустил взгляд, потом продолжил тихо и осторожно, словно стесняясь своих слов.

— Я не знаю, рассказала Марина о моих родителях или нет, но… Все равно вы узнаете рано или поздно. Сколько я себя помню, столько мои родители пили… — он сделал паузу и посмотрел на отца — папа был спокоен, тогда парень продолжил: — Не просто пили, как часто бывает, а бухали. Запоями. Когда я был маленьким, часто приходилось попрошайничать у соседей — мне постоянно хотелось есть. Когда я подрос, начал зарабатывать: на стройке, на пляже, где угодно. Сдавал бутылки, чтоб купить хлеба. Иногда они упивались настолько, что мне приходилось вызывать скорую. Позже на наш адрес даже выезжать не хотели. К чему это я… Просто однажды я себе поклялся, что никогда не стану таким, как они, и у меня будет образцовая семья, а я стану примером для своих детей. Если вы скажете, что я не пара для вашей дочери, я пойму. Но от нее не откажусь никогда, как и она не отказалась от меня, узнав правду. Родителей я своих не могу бросить, мне совесть не позволяет. Да, они не дали мне ничего хорошего, кроме жизни, но были моменты, когда я чувствовал, что мама меня любит. Надо отдать им должное, меня никогда не били и не гнобили…

Ден смолк и посмотрел на Марину, она, забыв, что должна расставлять чашки, украдкой смахивала слезы. У меня глаза тоже зачесались, я проморгалась и взялась помочь Марине накрыть на стол.