Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Папуль, я могу сейчас с Деном встретиться?

Папа устало улыбнулся.

— Иди. Мама не узнает, — добавил он, не дожидаясь просьбы.

Марина упорхнула из комнаты и почти бесшумно выскользнула из квартиры.

— Хорошая они пара, — проговорил папа, глядя ей вслед. — Так сложно сейчас найти порядочного парня! Хочется, чтоб они остались вместе.

— И мне, — согласилась я, — но мама…

Мы одновременно вздохнули, я взяла его руку, и прижала к своей щеке. До сих пор до конца не верится, что я могу вот так сидеть с ним рядом, говорить, обнимать. Что он — жив, и все будет хорошо. Посидев так пару минут, папа променял меня на телевизор, а я подумала, что хорошо бы проведать подругу, надеюсь, мама сегодня не изменит привычке сбегать налево.

Оставшись в комнате одна, я решила, что будет полезным записывать значения карт, которые я уже смогла прочитать. Найдя в ящике стола пустой блокнотик, я каждую страничку поделила пополам и написала название карты. Рядом оставила место для характеристики. Потом поняла, что блокнота будет мало — со временем добавятся комбинации. Нашла общую тетрадь и решила сделать иначе: разделю карты на положительные, нейтральные и негативные, ориентироваться буду по картинкам и ощущениям. Есть те, о которых даже задумываться не нужно, например, карты смерти и любви, а есть, например, карта крест. Она может нести в себе и положительное, и отрицательное.

В руки мне попалась карта заключенного. Как ее можно прочитать? Если дословно — проблемы с законом, если глубже — безвыходная ситуация, когда ты в западне и исправить ничего не можешь. Если представить, что она выпала рядом с картой любви, то можно прочитать ее как сердце в неволе… Любишь, но любовь держит тебя в клетке… Ох, сложно. У меня эта карта ассоциируется с нашим домом, где все — заключенные, а мать — надзиратель.

Я записала то, с чем уже столкнулась, получилось совсем немного, ведь в колоде их пятьдесят две. Сколько ж еще мне предстоит узнать?

Бабушка говорила, чтобы я училась чувствовать: каждое утро нужно доставать по карте, спрашивая, что сегодня мне готовит день. Попробую.

Я закрыла глаза, сдвинула колоду на себя и мысленно спросила, что сегодня меня ждет. Не открывая глаз, достала карту и положила перед собой. Почтальон вручает письмо. Хм, возможно, какие-то новости, что-то я узнаю. А вдруг это мои письма дошли до адресатов? Быстро записала свои предположения. В конце дня определим, насколько верно подсказали карты.

В коридоре послышались шаги — все-таки мама удирает, как ей, бедной, нелегко находиться с нами под одной крышей. Подождав, когда дверь захлопнется, я выглянула в окно. Вскоре она вышла из подъезда и гордо зашагала в сторону остановки.

Интересно, а возможно ли сделать что-то такое, чтобы она изменилась? Она ведь человек, в ней наверняка есть что-то хорошее. Наверное, ей самой нужно переродиться, сохранив память прошлого, и то не факт, что поможет.

Надо ловить момент и бежать к Тане, проверить, в каком она состоянии. Заодно рассказать ей то, что мне Марина поведала про ММК.

Причесавшись и заплетя две косички, я сняла свой «любимый» халат, надев топик и шорты. Заглянула к папе, он уснул сидя, прямо так, как смотрел телевизор. Иногда мне кажется, что многие мужчины в прошлой жизни были котами: поели, поспали, пузико подставили, чтобы почесали. Папа у нас был замечательный, но абсолютно не приспособленный к жизни, одним словом — творческий человек. В детстве его залюбила бабушка, рос он без отца. Подсознательно его потянуло к сильной женщине, но он немного прогадал. Вернее, совершил глобальную ошибку. Мама оказалась не просто сильной, а деспотичной, еще и жила с ним не по любви.

Подойдя к нему, я слегка коснулась его плеча, он вздрогнул и открыл глаза.

— Папуль, я к Тане сбегаю и вернусь, хорошо?

Он кивнул, откинулся на подушку и продолжил спать.

Не знаю, запомнит ли, но мое дело предупредить. Выключив телевизор, я обулась и поспешила из дома.

Спустившись по лестнице, остановилась у почтового ящика. Надо проверить, не пришло ли письмо из Лунино.

Пришлось вернуться за ключом. Открыв дверцу, я засунула руку в ящик и нащупала конверт. Достала и посмотрела, для кого письмо. Это мне! От Ани и Никиты! Губы невольно расплылись в улыбке.

Выйдя во двор, я села на любимую лавочку за лавровишней и вскрыла конверт. Письмо было написано двумя разными почерками.

Привет, Алена!

Будем писать тебе вдвоем, где подчерк корявее — то Никита. Как ты там? Как доехала?

Мы поздравляем тебя с днем рождения! Пусть все мечты твои исполнятся! Например, тебе купят велик. И у тебя будет много денег и друзей!

До сих пор было написано каллиграфическим почерком, это точно Корефанка. Другой почерк слишком заваливался вправо, то взлетал над строкой, то прилипал к ней, словно засмущавшись, и нажим ослабевал.

А я тебе желаю счастья и поскорее вернуться сюда. Чтоб мы снова встретились. Потому что мы уже очень соскучились, особенно я.

У нас все как обычно: велики, рыбалка, сейчас уже за грибами начнем ходить. Если хочешь, насушим и тебе пришлем.

У бабушки твоей тоже все хорошо, только дерево у дома совсем засыхает.