Глеб посмотрел на него. Высокий и худой, брюнет с тонким бледным лицом. Лет, может, двадцати пяти или тридцати. Причёска, уложенная волосок к волоску, костюм, сшитый точно по фигуре, и идеально завязанный узел красного галстука выдавали в нём то ли модника, то ли максимально педантичного человека.
– Первый, – кивнул Глеб, отпивая виски.
– Разрешите представиться, – сказал незнакомец. – Рубченко, Константин Сергеевич. К вашим услугам.
– Буянов, Глеб Яковлевич.
Рубченко чуть склонил голову.
– Не видел вас в городе раньше. Вы здесь проездом?
– Недавно приехал, – коротко ответил Глеб.
– По рабочим вопросам или исключительно туристический интерес?
– Не думал даже, что в Парогорске что-то может заинтересовать туристов.
Рубченко очаровательно рассмеялся. В нём было что-то располагающее, как в той редкой породе людей, которых знаешь от силы пять минут, но будто дружишь уже целую жизнь.
– Я здесь по работе, – сказал Глеб, допивая виски и отодвигая стакан.
– Любопытно. Дайте угадаю. Вы… Художник? Или журналист? Мне кажется, вы человек творческой профессии.
– Можно и так сказать, – ответил польщённый Глеб. – Я сыщик.
– О-о-о, – уважительно протянул Рубченко. – Тогда следующий бокал за мой счёт. В знак уважения к тем, кто оберегает покой нас, простых граждан.
Глеб, хоть и не показал ещё себя сыщиком и в малой доле, тем не менее почувствовал что-то, что можно было бы описать как «профессиональную гордость».
– Благодарю, Константин Сергеевич. Ваше здоровье, – сказал он, отпивая новую порцию виски.
– Польщён видеть в «Авроре» сотрудников полиции, – снова склонил голову Рубченко. – Всегда был бы рад видеть их здесь, как можно чаще.
Он снова дружелюбно улыбнулся и спросил:
– А вы сами как, играете?
– Играю, – гордо ответил Глеб, – и весьма неплохо.
– Прекрасно, – кивнул Рубченко, – что предпочитаете? Рулетка? Штосс? Бостон?
– Предпочитаю покер.
Он снисходительно ухмыльнулся, что такое, дескать, ваш штосс, когда есть покер. Константин Сергеевич уважительно покачал головой.
– Игра американских ковбоев? Как же, как же, наслышан. Жаль, у нас в России пока что особо не прижился. Но, надеюсь, с годами любителей этой игры будет всё больше. Как знать, возможно, именно вы и сумеете заразить парогорское общество покером.
– Это вряд ли. Я в последнее время мало играю, – покривившись, ответил Глеб.
– Очень жаль это слышать, – в голосе Рубченко прозвучало не наигранное разочарование. – Понимаю, конечно, оклады в полиции не так высоки, как хотелось бы, а всем нам надо думать о своих семьях. Пожалуйста, примите этот маленький подарок в знак уважения.
Он положил на барную стойку золотистую фишку с чёрной цифрой «100» в середине.
– Можете разменять её на сто рублей, – пояснил Рубченко. – И сыграть на эту сумму. Либо просто потратить её на виски. Как вам будет угодно.
Глеб мысленно присвистнул. Насколько он успел понять, в здешнем мире сто рублей это его оклад за целый месяц.
– Я не могу принять такой подарок, – сказал он, с трудом оторвав взгляд от фишки и стараясь не прислушиваться к ходу карточной игры у себя за спиной.