– А это просто соус. Видишь, я в напитки и десерты его не добавляю.
– Но если на кухне всё проверяют и студенты применяют всякие средства, и так далее, – я на всякий случай поводила руками над едой, проверяя, вдруг что-то пропущено, – то как тогда происходит любовное помешательство?
– Ты о нём что-то знаешь? – удивилась Ярри. – Я думала, ты здесь первый день.
– Красотули рассказывали, – вывернулась я.
– Слушай, на вашем факультете так не говори, – посоветовала Ярри. – Красотулями их зовут только бытовички и мусорщицы.
– Запомню. Так что ты знаешь о причинах любовного помешательства?
– Никто ничего не знает, – ответила моя новая знакомая. – Но всю прошлую неделю то и дело вспыхивало.
– Только в учебных помещениях?
– Повсюду в кампусе, возможно, кроме спален – хотя кто поручится? – рассудительно ответила Ярри.
– А почему грешите на еду или питьё? Воздух проверяли?
– Воздух не заколдуешь, – пожала плечами мусорщица. – А если просто развеять чары, то они долго не удержатся – слишком сильная циркуляция. Ну а если и удержатся, то подействуют на всех, а не только на девушек, в особенности красотуль.
– А разве только красотули подвержены этой заразе? – уточнила я. – Я слышала, что все представительницы женского пола…
– Ну ты завернула – «представительницы», – усмехнулась Ярри. – Сказала бы просто – все девушки.
– То есть не все представительницы, а только молодые и только с факультета красоты?
– По большей части, – авторитетно заявила Ярри. – Просто преподавательницы, видимо, все обвешаны защитами от воздействий. Потому что среди них попались далеко не все.
– Но молодые?
– Да как сказать, – пожала плечами девушка. – К примеру, с кафедры магресурсов профессорша – ей же лет сорок! Но выглядит, конечно, не хуже любой красотули, только чуть постарше. Если не приглядываться. Что до красотуль, то среди них всегда помешавшихся больше. А среди бытовичек есть те, кто вообще ни разу не впадали в безумие.
– Вот оно как, – я задумчиво дожевала пирожок новой знакомой, – и… насколько всё плохо? Что занятия срываются – это я уже поняла. А в целом-то? Разве так уж серьёзна эта любовная суматоха?
– Во-первых, – сказала Ярри, – это не просто срывает занятия. Это тревога по всему Чарлеману. Это целый день насмарку. Во-вторых, кто попал под действие – те потом дурные ещё как минимум сутки. Прям-таки изнывают, истекают соками и кидаются на мужчин и юношей. Выглядит, может, и забавно. Но я один раз тоже под это попала – не понравилось. Целый день потом хочется.
Мне почему-то вспомнилась моя собственная реакция на появление в стенах школы Айрена Кроссемира. Нет, он, конечно, мужчина хоть куда, кто бы спорил. Когда не бесит – он и вовсе сошёл бы на роль всеобщего кумира. Но не настолько же, чтобы «соками истекать» при одном только виде такого завидного экземпляра! Пусть даже за стёклами очков у него прекрасные и чуть грустные серые глаза в обрамлении густых длинных ресниц, и губы так соблазнительно очерчены…
Нет, что-то здесь нечисто.
– И не пытались выяснить, в чём дело? – спросила я.
– Ну конечно пытались, – фыркнула Ярри. – Все зелья, все ингредиенты проверили, все артефакты пересмотрели. На магию такие ограничения стоят, что вне занятий даже пальцем просто так не пошевелишь. И говорят, –девушка понизила голос, – даже следователя хотели пригласить.
– А что ж не пригласили? – спросила я тоже негромко.
– Может, и пригласили, да мы не знаем, – сказала Ярри. – Хотя я тут чужих не видела. Разве что вот ты новенькая да преподаватель какой-то – опять же к красотулям пришёл, как будто другим ничего не надо.
– Видимо, ректор-то больше всего именно этот факультет и любит, – предположила я.
– Естественно, – сказала Ярри. – Как-никак, это его главное детище. Остальные факультеты больше для денег, а этот для любви. Если увидишь его жену и любовницу, то поймёшь.
Жёны и любовницы меня не слишком интересовали. Скорее – те, кто был устойчив к зельям или заклинаниям. Почему среди красотуль таких меньше? Неужели внешность настолько имеет значение?
– А я, значит, не могу быть тем тайным следователем? – нагло спросила я. – Или новый преподаватель, как его там?
– Ой, ну понятно же, что среди красоток настоящему детективу не выжить. У него же мозги вытекут от их глупости. Думаю, следователя внедрят в среду, где он будет незаметен. Может, среди поваров или уборщиков кто-то и затесался.