Ну, или яблоками торговать!
– Это чисто деловые отношения, – улыбнулся Айрен, ловко вытащил у меня из кармана конфетку и удрал.
– А вас я попрошу остаться! – прямо передо мной встала, уперев одну руку в бок, коренастая дамочка лет так сорока или чуть побольше. – Как вы объясните ваши слова?
– Какие слова? – спросила я с фальшивым спокойствием. – Дайте уже пройти, очень вас прошу.
Очень хотелось догнать Кроссемира. Не ради поцелуев, конечно. Но вдруг в его конфете была ещё одна порция любовного зелья? В моей вот попалась…
– Про попробовать и про губы? – не отставала дамочка, тыкая в меня своей тетрадкой.
– Про губы я пошутила. А попробовать… Хотите конфетку?
Проверяющая отшатнулась, будто я предложила ей выпить яду.
– Подкуп! Взятка! – завопила она своим балаганно-яблочным голосом.
И побежала по коридору, размахивая тетрадью, словно уличный мальчишка-газетчик свежей прессой. После неё в воздухе остался свежий аромат с фруктовыми нотками. Он лужицей распространялся вокруг, и хотелось чихнуть.
Честно, я ей немного позавидовала. Бегает тут и даже не скрывается, не то что я, вынужденная принять правила игры и поддерживать легенду, причём без подручных материалов. А это должностное лицо наслаждается в открытую! Проверяет что хочет, наскакивает, кричит, ухмыляется…
Странно, что я не заметила её раньше.
Глава 12. Сладости и гадости
Меня немного отпустило после вспышки любовного безумия. И теперь подозрение падало на конфеты. Мало ли? Вдруг ректор ими всех, кого ни попадя, потчевал? У него в кабинете небось так всё и забито коробками шоколадных конфет… и карамелек для тех, кто случайно не любит шоколад. У меня оставался ещё пяток экземпляров из ректорского кабинета, и я как раз была рядом с лабораториями. Поэтому неудивительно, что мою бедовую голову посетила идея сделать анализ содержимого конфеток.
Я нашла дежурного по этажу, который поделился со мной правилами частного пользования лабораториями, особенно по работе с ядами – а тут были и такие. Хм, написать заявление и подать заместителю декана факультета чистюль? Звучит несложно, хоть и отдаёт неумолимой бюрократией. Хотя, признаюсь, такая дисциплина мне импонировала!
Но пока пришлось поскорее бежать на следующую пару. Это была нуднейшая пара в моей жизни. Два часа были прожиты напрасно в попытках вникнуть в длинную и скучную лекцию по истории магической моды, и чем она отличается от обычной моды, и как сделать немодный наряд модным, и какие ошибки превращают модный наряд в немодный, и…
Пффф! Я знаю, что всегда модно. Униформа. Если в ней что-то меняется и тебе достаётся форма нового образца, надо как следует похаять обновления и носить то, что приказано, не забыв ещё как минимум месяц выделять определённое время на критику новой формы и похвалу старой. Затем постепенно начинать выявлять положительные качества униформы обновлённого образца, но о них или помалкивать, или заявлять как бы невзначай, не принижая достоинств прежней форменной одежды. И только потоооом, через годик-другой, получив новую новую униформу, начать расхваливать то, что ругал.
Так всегда делал мой обожаемый дед, и так всегда говорил отец, и по их стопам пошли старшие братья, которые получали полицейскую униформу установленного образца с обновлениями уже во второй или в третий раз.
А не это вот всё про моду на рюшечки, моду на полное обезрюшивание, кружавчики и отсутствие кружавчиков, вот тут попышнее теперь носим, а тут поуже, а тут пошире. А теперь всё это отменили, фу, зачем мы только этот ужас носили, мы же модные и таскаем балахоны и радуемся. После чего, не успев перетаскать все тряпки из бездонных закромов, срочно переносимся в элегантные платья с юбочками-плиссе. И нет этой веренице показов конца.
Тьфу.
Едва выдержав пытку модой и стилем, я пулей рванула из аудитории. А в голове, как назло, остались проклятые тряпочки с кружавчиками и без. Главное, что я усвоила: карманы ни в коем случае не должны украшать узкую юбку, это полнит наши бёдра, а в этом сезоне они обязаны выглядеть как можно более строй…
– Ярри, – выпалила я, отловив мусорщицу на просторном крыльце второго учебного корпуса. – Срочно скажи мне, как уборщицы борются с запахами. С летучими веществами, точнее. С ароматом духов, если с ними переборщили.
– Да что с ними особо бороться-то? Они летучие. Выветрятся, – сказала Ярри.
– А если вы хотите, чтобы после уборки пахло только свежестью? Чтобы вот эти ваши уборщицкие штучки, чем вы там намываете и начищаете, не пахли?
– Нуу… они в общем-то приятно пахнут. Особенно полироль для мебели, – протянула Ярри. – Но если заказчику не нравится, просто делаем вытяжку. Это просто!
Она пробормотала что-то невыразимо и неповторимо сложное и скрутила пальцы обеих рук в какие-то жуткие дули. А затем распустила эти фигуры и подула на пальцы, отчего вокруг стало действительно свежо и хорошо. Никакой вам духоты, запаха прелой листвы и далёких костров, которые осенью обычно берутся как будто ниоткуда.
– И никаких артефактов не применяете? – уточнила я в полной безысходности.
– Нет. Это не имеет смысла, – сказала Ярри. – Вентиляция, вытяжка или просто подождать, пока развеется само.
Эх, такая версия стухла!
– Жаль. Ну, всё равно. Готовимся внедряться на факультет артефакторов. Когда у вас практическое занятие по уборке мусора?