Золушка в стиле вамп: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вампир отшатнулся, взвыл от боли — символ урожая и жизни обжег его не хуже серебра. Сухая тыквенная корка, подаренная Феей, теперь была оружием, пропитанным солнцем, силой роста, напором зерна, пробивающего камень ради света.

Принц выл и рвал лицо когтями, но светящаяся жидкость прожигала его плоть насквозь, до кости.

Золушка не стала добивать его. Она опустила фонарь и посмотрела в налитые кровью, ослепшие глаза Принца. И впервые за восемнадцать лет улыбнулась. Это была страшная, холодная улыбка человека, которому больше нечего терять.

— Знаешь, я всю жизнь боялась, но теперь мне все равно. Ты ничего не получишь! — прошептала она воющему, скребущему лицо вампиру. — Ты мертв и никуда не можешь войти без приглашения. И я догадываюсь, что в эту башню тебя пригласила моя мачеха, потому ты смог войти. Но я живая. У меня можно отнять свободу, но не волю. Я буду входить и выходить, куда захочу, а ты вынужден лгать и соблазнять, чтобы получить приглашение. Я могу увидеть солнце, а ты нет, даже если вернешь себе зрение. И когда-нибудь я вернусь сюда без приглашения, с серебряным мечом в руках, но не одна. Я больше никогда не буду одна.

— Ты моя! Ты не сможешь уйти. Не найдешь врата! — упрямо провыл Принц, на мгновение забыв о боли, потому что оказалось, что есть худшая боль — потерять ту, кого нашел впервые за сотни лет. Кто не подчинился его мороку, не купился за власть и его золото. Кому не нужна его хищная мертвая вечность.

— Смогу! — сказала Золушка. — Врата не где-то в твоем дворце, иначе ты бы привел меня к ним. В тебе столько гордыни, что ты не мог бы не показать их мне. Нет, я поняла главное: врата между миром живых и мертвых — только в живом сердце. Именно потому ты можешь войти в них только по приглашению. Я — не приглашаю.

Золушка развернулась и ушла, не оглядываясь на своего преследователя, едва не ставшего ее убийцей, захлопнула дверь. И просунула тыковку в дверную скобу.

— Спасибо, Фея. Не выпускай его до рассвета, пожалуйста.

Она спустилась по винтовой лестнице в трапезную, сдернула с окна штору и завернулась в нее, как в тогу.

В зале она прошла мимо мачехи-упыря и своих нерожденных, но существующих в мире мертвых сестер, только что вернувшихся с бала.

Значит, скоро рассвет...

— Ты куда это? — догнал ее скрипучий голос мачехи. — Так-то ты встречаешь свою хозяйку? И в каком ты виде? Не помытая, не одетая, в какой-то желтой гадости! Немедленно подойди!

Она и две её бледные дочери ждали, что Золушка упадёт им в ноги, моля о пощаде. Они ждали привычного цикла: унижение, работа, страх, голод. Они ждали, что договор снова удержит живую девчонку в клетке, к которой они уже подобрали ключ.

Золушка развернулась и подошла к ним. Медленно, нарочито-спокойно, не сводя с них взгляда. Полуобнаженная, пахнущая кровью, вкусная. В её руках не было оружия — только маленький отцовский узелок из рогожи, — но мачеха-упыриха вдруг попятилась, потому что увидела во взгляде падчерицы то, чего не видела там восемнадцать лет: отсутствие страха. А без страха в этом городе человек либо умирает первым, либо делается страшнее мёртвых.

Золушка обвела взглядом зал, увидела забытую в углу метлу и совок. Подошла и бросила опостылевшие орудия на каменный пол перед мачехой. Металл совка запел по мрамору, как колокол, возвещающий конец церковной службы.

— С этого момента, — сказала Золушка ровным голосом, — вы сами будете скоблить свои плиты и молоть костяную муку. Я больше не служу мёртвым.

— Ты не можешь уйти! — взвизгнула средняя сестра Грета, и зубы её клацнули, как капкан. — Договор! Тебя отдали нам!

— Договор был подписан с моим отцом, — ответила Золушка, и голос её налился холодом, которого в нём не было никогда. — Пункт о том, что вы не можете меня тронуть, — бессрочный. А вот пункт о том, что я обязана вам служить, считается исполненным в день моего совершеннолетия и далее зависит от моего желания. Этот день уже наступил, но вы, как всегда, забыли меня поздравить. И служить вам я более не желаю.

Она наклонилась к перекошенному лицу мачехи так близко, что та отшатнулась, как от чеснока.

— И помни, упырица: по этому же договору вы обязаны меня беречь от всякого зла. Вечно. Даже если я сама приколочу вас гвоздями к этим мерзким плитам, которые вы теперь сами будете мыть. Попробуй тронуть меня — и договор сожжёт тебя заживо. Я бы пожелала тебе захлебнуться в своей собственной злобе. Но я же добрая Золушка. Потому даю вам совет, как окончательный расчет за кров. Там, в моей каморке, заперт Прекрасный Принц. Не упустите свое загробное счастье, девочки.

Она вышла из особняка, забрала свои стоптанные башмаки из-под крыльца. А выйдя за ворота, запрокинула голову, глядя на небо.

Ледяной осенний дождь обрушился на неё, как благословение. Он смывал с неё грязь, кровь, прикосновения вампира, липкий страх, годами въедавшийся в кожу. Девушка подставила лицо небу и стояла, задыхаясь, чувствуя, как капли колют израненные щёки, и впервые дышала так свободно, полной грудью, наслаждаясь самим процессом.

И свободой. Дышать, не ожидая окрика, удара, издевки...

Она жива. Она выбралась. И теперь ей осталось покинуть город мертвых.

Она ступала босыми, изрезанными обсидианом ногами по холодной земле и камням, и каждый шаг оставлял за ней кровавый след, к которому жадно принюхивались скользившие за спиной тени. Защита работала — она не смели напасть.

А теперь еще защита Принца. «Она моя!» — заявил он, и город внял его воле.

Золушка не замечала боли, потому что впервые её вело не отчаяние и страх, а ее собственное решение и ее собственная воля.

Врата этой ночью открыты. Ее сердце - ключ к вратам. Но, чтобы попасть в мир живых, нужно выйти за пределы себя, своего мертвого мира… Ей нужно только дойти до леса, где власть Города Мертвых и его хозяина не так сильна…

Глава 8. Возрожденная

Принц остался в башне до заката. Он выгнал и мачеху Золушки, и ее сестер. Отверг помощь. Прогнал и примчавшуюся по его следам свиту.