Манчжурский хват 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Он говорит: торг был, — перевёл Павел. — Ночью вы дали бы вдвое, и он это знал. Он назвал утреннюю цену.

Возразить на это было нечего. В той жизни так со мной разговаривала бухгалтерия, когда я приносил ей счёт за сверхурочные бригады: всё уже посчитано, и посчитано в твою пользу, распишись и не мешай работать.

— Таких денег у меня нет.

— Когда? — спросил Купец через Павла.

— Когда возьму.

Купец повернул кольцо на пальце раз, другой. Под навесом у себя на эти самые слова он ответил мне, что слово без серебра — ветер. Сейчас он ответил коротко и снова отвернулся к полю.

— Он ждёт, — сказал Павел. — В прошлый раз вы сказали так же. И взяли.

— Деревни — как сказано. Мои у них ничего не возьмут. За армию не отвечаю.

Купец поднялся с оглобли, и один из его людей тотчас подвёл коня. В седло Купец не сел. Он стоял, положив руку на луку, и говорил Павлу дольше, чем за весь разговор, а Павел слушал, опустив глаза, и помолчал, прежде чем перевести, как молчал всегда перед грубостью.

— Он говорит: фотограф сидит у русских под замком. Его друзья — нет. У фотографа по всей дороге остались друзья. Одного вы застрелили ночью. Он был не последний.

— Японцы?

— Он говорит: японцы у фотографа — солдаты, а не друзья. Друзья — русские и китайцы.

— Кто именно?

— Он говорит: он торгует тем, что знает. Это он знает. Остального — нет.

— Зачем он мне это говорит?

Павел перевёл. Купец сел в седло тяжело, в два приёма, разобрал поводья и только тогда ответил.

— Он говорит это не вам, — сказал Павел. — Он говорит это своим деньгам.

Купец тронул коня и поехал шагом через поле, к тополям, не оглянувшись, а двое его людей пристроились следом. Через месяц под Ляояном будет большое сражение, и армия, которая сейчас тянулась мимо меня на север обозами, снова пойдёт на север, только уже от Ляояна. Это я знал наверное, как расписание поезда, который давно прошёл: в той жизни это было в любом учебнике, и Кира, спроси я её, сквозь зубы сказала бы, что это скучно.

Базу на Ляоянском направлении мне велели устроить там, откуда через месяц всё придётся вывозить. Значит, и устраивать её надо было с того, как вывозить: где второй выход, где запасной путь, кто уходит последним. А в вагоне конвоя под замком сидел человек, который знал про меня одно — что я не прежний Ладыгин, с которым он три года играл по воскресеньям. Он обещал молчать — пока. Его друзья по всей дороге мне ничего не обещали.

Белов шёл ко мне по шпалам крайнего пути, придерживая здоровой рукой локоть обожжённой. Велосипеда при нём не было: Гусев, видно, ещё не вернулся. Повязка у Белова была уже не такая белая, как утром. Он остановился рядом и посмотрел через поле на всадников у тополей.

— Это кто поехал?

— Купец.

— Которому мы должны?

— Которому я должен.

Белов перевёл глаза с меня на тополя за полем и спорить не стал.

— Михаил Викторович. Говорят, бумагу вам дали. Мне знать надо, ей что готовить: воды сколько, дров сколько и в какую сторону. На север, говорят, на каждой колонке по три состава, и все хотят напиться раньше нас.

Я достал из сумки лист Корнеева, положил его на сумку, сумку на колено и расписался карандашом в получении: «Поручик Ладыгин». На фамилии рука не споткнулась. Белов смотрел на лист сверху и пытался прочесть его вверх ногами.

— На Ляоян, Савелий, — сказал я. — Готовь её.

Спасибо за чтение!

Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.