— Простите, связь пропадает… Кхш-ш-ш… Кхш-ш-ш… — зашипел я в микрофон. — Помехи… Кхш-ш-ш… Я вас не слы…
Я повесил трубку, воровато огляделся, незаметно протёр платком свои отпечатки с телефонного аппарата и двинулся к служебному автомобилю…
Да, как ни странно, милиция этого времени охотнее отреагирует на фотографии голых заграничных актрис и левые доходы граждан, чем на сигнал о возможном серийном убийце. На дворе восьмидесятый год, страна готовится к Олимпиаде, моральный облик советского гражданина берегут очень ревностно, а сигнал о порнографии и спекуляции просто не могут оставить без внимания.
Ну а то, что они не найдут в тайнике фото голых актрис, а найдут документы и фото пропавших девушек, это уже другая история… Если найдут, конечно. Осталось только дождаться и посмотреть, так ли хорошо работает советская милиция, как я о ней думаю…
Я сел в машину и, наконец, выдохнул. Улыбнулся перебегавшей дорогу Светке, предупредительно открыл ей дверь из салона и впустил девушку внутрь.
— Ну как я? — выпалила она, не успев отдышаться и успокоить наверняка бешено колотящееся сердце в груди. — Жуть как страшно было! Нет, ну ты видел? Как я его заболтала, а? Он мне про фотографии, про свет, про ракурс, про то, что у меня лицо выразительное, а я ему про медучилище, про тётку и про документы… Этот хмырь так заливал, что я почти поверила, какая я самая красивая и исключительная. Он меня сегодня вечером после восьми даже посниматься позвал. Не, ну ты видел?
— Видел, видел, — кивнул я. — Ты молодец.
— Правда?
— Правда, — искренне признал я.
Светка на секунду замерла, смешно хлопая своими большими глазами и через мгновение кинулась мне на шею, крепко обняла, поцеловала в губы и тут же сама и смутилась, отпрянув обратно на сиденье.
— Ой… Это я так… от радости, — несвязно забормотала она. — Ты хоть нашёл, что искал? Не зря всё?
— Нашёл, — коротко ответил я. — Не зря.
— И что дальше? Нужно же его арестовать или как? — удивлённо посмотрела она на меня.
— Дальше мы просто ждём.
— Чего ждём?
— Я уже вызвал людей.
— Из секретного отдела? — шёпотом спросила Светка и округлила глаза.
— Угу, — подтвердил я и уставился в окно. — Всё, Свет. Давай сейчас просто понаблюдаем…
— Как скажешь, напарник, — хмыкнула сбоку от меня Светка, поправив слегка задравшееся на коленках платье, стрельнув в мою сторону глазками и молча уставившись в окно…
Примерно через полчаса, когда я уже стал заметно сомневаться в своём плане, к фотоателье подкатила чёрная «Волга» и невзрачный «Бобик». Из автомобилей вышли два человека в гражданском, участковый в форме и милиционер с капитанскими погонами с папкой под мышкой. Мужчины пожали друг другу руки, перекинулись несколькими фразами и уверенным шагом двинулись внутрь ателье, а справа от меня восхищённо выдохнула Светка…
Прошло ещё минут десять или пятнадцать. Из дверей фотоателье вышел хмурый участковый, за ним двое в гражданском вывели Колесника в полусогнутом состоянии, с перекошенным от страха и злости лицом и заведёнными за спину руками. Капитан вышел последним, бережно неся в руках коробку, накрытую газетой. Он аккуратно поставил коробку в багажник «Волги», помог усадить задержанного на заднее сиденье, проводил взглядом отъезжающий автомобиль, закрыл дверь фотоателье на ключ, сел в машину к участковому и через несколько секунд они покатили следом за своими коллегами…
— Его арестовали, Андрюш! — радостно прошептала Светка, схватив меня за рукав. — Сработало! Мы молодцы!
— Угу, — буркнул я.
Мы молодцы. Теперь как минимум у нескольких десятков студенток и комсомолок, которых этот ублюдок уже не успеет убить, появится новая жизнь. Обычная, скучная, с учёбой, мужьями, детьми, разводами, очередями, зарплатами, глупыми ошибками и всеми теми радостями, которые обычно начинают ценить только тогда, когда их у тебя отняли.
Минус два. Из Орловской дюжины осталось десять.
— Теперь куда?
— Поехали за Маринкой, заберём её с работы, — я глянул на часы, вздохнул, завёл двигатель и осторожно тронулся от тротуара…
Глава 11
«ВЕЧЕР»
— Как же у вас тут в городе всё… опасно, — не переставала тараторить Светка, восторженно глядя то на меня, то на проносящиеся мимо дома, деревья и людей. — И захватывающе. Прям как в кино. Маньяки, убийцы, секретный отдел… У меня аж дыхание перехватывает и руки трясутся, — продемонстрировала она мне свои слегка подрагивающие ладошки.
— Вижу, — хмыкнул я. — Глаза горят, щёки красные, голова, небось, кружится, сердце стучит, дыхание перехватывает. Ты сейчас под действием мощного коктейля из адреналина и эндорфинов.