Нехороший дом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вздрагиваю.

В нагретой за день комнате по-прежнему стоит запах мяты, а Мих мертв уже почти шестнадцать лет.

Позже, лежа в кровати, я слежу за тем, как отсвет уличного фонаря отражается на потолке – свет, который мы в детстве принимали за призрака в саду.

В шкафу что-то начинает шуршать, и я зажмуриваюсь, прогоняя мысли об острых зубах маленьких насекомообразных существ.

Мне снится берег реки. Запах тины, панцири улиток в песке, крылья сонных стрекоз над водой переливаются радугой.

Мы с Михом играем здесь, когда удается сбежать из-под надзора взрослых. Потом нам влетит, конечно. Я верю, что в воде живут водяные, готовые любого утащить на дно, поэтому мы всегда ходим на реку только вдвоем. Бабку почему-то это все равно не устраивает.

Но Мих водяных не боится.

– Я знаю, что не утону, – беспечно смеется он, когда я со слезами на глазах прошу не ходить к воде одному.

Я каждый раз замирал, глядя в его глаза, синие-синие рядом с синей рекой и синим небом.

Никто не умеет смеяться так, как Мих.

– Откуда ты знаешь? – Я упрямо дергаю его за руку.

Мих опять смеется, заливая синим смехом синий берег:

– Просто знаю. Но если умру, ты меня обратно зови. Для тебя всегда вернусь.

Я просыпаюсь и смотрю в потолок. Сон яркий, не выходит из головы, и слова друга все еще ясно звучат в памяти.

Мих не утонул в реке.

Однажды утром он исчез, не пришел, словно не было его никогда. Весь день взрослые со всего поселка искали его, но нашли только под вечер, на окраине леса.

Я так никогда и не узнал, от чего он умер. Не помню, сказал ли мне кто-то вообще о его смерти. Я просто откуда-то знал, что мой друг больше не придет.

На следующий день мать приехала из города, они с бабкой долго кричали друг на друга на кухне. Я забрался под одеяло в своей комнате и думал, что одному под ним гораздо темнее.

На следующий день в жаркий, тягучий полдень я стою на берегу речки – воздух пахнет гарью, вода мутная, сам берег засыпан битым стеклом и пакетами из-под чипсов, стрекоз больше не видно.

Я долго вглядываюсь в течение, и в какой-то момент мне мерещится движение среди ила.

Но я трясу головой, и вода вновь становится просто водой.

Возвращаюсь в дом – через поселок и до окраины, Андреевка всего-то на три улицы, но за это время все равно успеваю задуматься настолько, что при виде человека у дома спотыкаюсь от неожиданности. У калитки, в тени от старой липы, стоит Татьяна, в руках тарелка, накрытая полотенцем. Я неловко улыбаюсь – из головы выпало ее вчерашнее обещание.

При виде меня ее лицо будто подсвечивается изнутри, глаза – теплая карамель и скорлупа каштана – ласково мне улыбаются.

– На речку ходили? Что ж вы без панамки-то! Жарко же, солнце печет, голову берегите.

Она продолжает причитать, пока я отпираю калитку, проходит со мной на участок и останавливается у крыльца. Мне неловко, я переступаю с ноги на ногу и пытаюсь подобрать слова для разговора, но Татьяна, кажется, этого не замечает, только улыбается все так же светло.

– А вы давно тут живете? – выдавливаю я из себя наконец какое-то подобие социально приемлемой речи.

– Ой давно, лет семнадцать уже как. – Татьяна кивает, сует мне тарелку в руки и тяжело опускается на ступеньки крыльца. – Уф, ну и жара. Да как прошлая хозяйка, Светлана Игоревна, съехала, мы почти сразу дом купили. Я беременная первым сыном была еще, говорю мужу: хочу дом, и все тут, хоть убейся.

Я пропускаю мимо ушей почти все, что она говорит, – тень от веранды до меня не достает, но мне отчего-то вдруг становится холодно. Закрываю глаза, со стороны слышу, как голос, не мой, как будто чужой, спрашивает:

– А почему прошлая хозяйка дом продала, не знаете?

Татьяна охотно отвечает, голос – мерный стук молоточков по вискам: