Осень в Российской империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Грибы Анонимус всегда собирал сам. На то было множество причин, и все достаточно веские: поручать это тонкое дело обычным людям, рассеянным и невнимательным, никак не годилось. Во-первых, в лесу, окружавшем Коркинское озеро, в большом количестве росли не только красивые крепкие подберезовики, но и их неотличимые внешне братья — желчные грибы. Ядовитыми они не были, но даже один такой был способен полностью испортить блюдо, сделав его горьким и несъедобным. Также человек запросто мог пропустить и не заметить крошечную дырочку в шляпке, и тогда на обед семейству подадут, о ужас, суп с червяками! Такого позора Анонимус никак допустить не мог. К тому же грибы для супа должны быть небольшими и аккуратными. Иначе расползутся в кашу, как такое варево можно подавать хозяевам?

А еще фамильяру просто нравилось гулять по утреннему лесу, наблюдая, как первые лучи восходящего солнца просвечивают через листву и хвою деревьев, большинство которых он помнил еще маленькими беспомощными ростками.

Коркинский лес Анонимус знал как свои пять пальцев. За время существования поместья лес почти не менялся, лишь одни деревья, вырастая, сменяли другие, постаревшие, их Анонимус всегда помечал, чтобы по весне срубить на дрова. Но дров теперь нужно мало, в эпоху газа и электричества камины стали лишь развлечением, а котельная топилась углем, который давал намного больше жара.

А вот эта просека появилась не просто так. Здесь под землей еще в начале века проложили электрический кабель, чтобы присоединить поместье к общей электрической сети.

Сначала Анонимус отнесся к этому скептически, как к новой человеческой игрушке, впрочем, как и до этого к газу, но вскоре привык и оценил новшество.

Но кабеля этого он опасался еще долго. Ощущал, как вибрирует текущая под землей энергия, и боялся, что она может вредить грибам, растущим вокруг. А на просеке их, как назло, росло особенно много, да все как на подбор, с толстенькими ножками, мясистыми шляпками и без следа червей или слизняков.

Узнав об этом страхе, Аркадий Филиппович смеялся до слез. И было над чем, ведь именно электричество служило Анонимусу оружием. А потом построил странную машину, велел направить в нее весь сконцентрированный дивом разряд и при помощи проводов и эбонитовой ручки перенаправил молнию в сад, в старый, почти сухой дуб. Бахнуло знатно. Дерево разнесло на куски, да с таким треском и грохотом, что через две минуты в лабораторию ворвалась разъяренная Елена Ивановна. И им, и хозяину, и фамильяру, досталось по первое число. А про грибы Аркадий Филиппович объяснил, что электричество в изолированном проводе не причиняет никому вреда, а грибы так хорошо растут, потому что кабель изнутри немного прогревает почву. И плюс к этому создается влажный, но открытый участок из-за того, что деревьев поблизости мало. Солнце, тепло и сырость, что еще нужно грибам?

С тех пор ходить на просеку Анонимус полюбил еще больше. Не только ради грибов, но и ради воспоминаний о том, как они с хозяином гуляли тут вдоль сосен и елей до самого озера, и граф, периодически тыкая тростью в найденный гриб, закатывал глаза в шутливом страхе и кричал: «Анонимус! Этот монстр сейчас на меня нападет!»

Фамильяр остановился. Ну надо же, именно в этом месте, как и в тот далекий теперь день, торчал такой же «монстр» — крепкий, солидный подосиновик с круглой оранжевой шляпкой и налипшими на нее хвоинками.

Сентябрь выдался особенно урожайным на грибы. Местные мальчишки уже с ночи запасались корзинами и ведрами и спешили в лес с первыми лучами солнца. Анонимус никогда не прогонял из леса грибников, он знал, как важны крестьянам эти запасы, а для нужд поместья с лихвой хватает того, что успевает собрать фамильяр.

Но при всем изобилии подосиновики в этих местах были редкостью. Див даже пытался сам их разводить, привозя из Карелии перезревшие шляпки и засевая подходящие, по его мнению, участки. Но то ли земля здесь была другая, песчаная, то ли просто слишком сыро, но оранжевые красавцы вырастали в окрестностях Коркина крайне редко.

— Повезло, — едва слышно проговорил Анонимус и, присев на корточки, бережно срезал гриб и уложил в корзину, к остальной добыче.

Ближе к озеру он наткнулся на полянку отличных мелких белых: то, что нужно для супа, точнее, для завершающего штриха, который придаст блюду нужный вид и аромат. Кухарки даже не будут их резать, просто обжарят с луком и бросят в суп целиком.

Полностью довольный и умиротворенный, Анонимус вернулся в поместье. И сразу передал корзину на кухню: самое время было начинать приготовление обеда. Тем более что ожидались Любава с супругом, молодым, но очень перспективным и надежным, на взгляд Анонимуса, колдуном, и конечно, самый дорогой гость — Гермес Аркадьевич.

С тех пор как брат хозяина начал появляться в поместье намного чаще, чем раньше, Анонимус готовился к его визитам как к небольшим праздникам. Ему хотелось создать в доме такую атмосферу, чтобы замотанный делами колдун именно в поместье ощущал — это его семья, дом, и здесь всегда его ждут с нетерпением. Поэтому обед, хоть и без особых изысков, должен был подчеркнуть тепло и уют, что особенно важно сейчас, когда небо почти постоянно затянуто тучами, а низкое солнце не согревает и навевает тоску и сонливость даже на дива.

Поэтому продукты на обед Анонимус выбрал максимально яркие и осенние: кроме грибного супа, ожидалось еще пюре из печеной тыквы, щучьи котлеты и глинтвейн двух видов: обычный, из мерло и яблок со специями и медом, и безалкогольный, из черники, вишни и сушеных груш, для детей, дорогого гостя и его несносного дива, который обязательно везде сунет свой длинный полосатый нос.

К взбалмошному юному диву Анонимус относился покровительственно. Ничуть не умаляя его заслуг перед семьей Авериных, фамильяр тем не менее считал, что Кузьме нужно научиться еще огромному количеству важных вещей. Не только ведению хозяйства, хотя эту науку любой порядочный фамильяр должен знать назубок, но и таким тонкостям, как, например, тихая и незаметная охрана семьи.

Люди не любят, когда кто-то вмешивается в их дела без спросу, а особенно если это делают дивы. Колдуны же такого на дух не переносят. Но именно они и делают чаще всего самые глупые ошибки, подчас стоящие им здоровья, а то и жизни.

Особенно в юности. Вот, к примеру, юный граф. Сколько раз Анонимус уже ловил его на попытках сбежать в Пустошь? Коридор открывается и закрывается постоянно, и фамильяру пришлось даже один раз вытаскивать Михаила Вазилисовича из контейнера с грузом, уже готовящегося к отправке. А о двух случаях, когда маленький колдун намеревался заманить к открытому коридору самого Анонимуса и на нем же торжественно въехать в это царство ужаса и льда, пришлось рассказать даже Вазилису Аркадьевичу.

Но разве могут остановить мальчишку увещевания и даже наказания?

Приходилось прибегать к хитрости. Анонимус заверил маленького хозяина, что до ужаса боится Пустоши. И это, разумеется, было чистой правдой, обманывать колдуна, даже совсем юного, див попросту не мог. Но постарался изобразить и голосом, и лицом максимальную степень страха, на которую был способен. При разговоре он специально вспоминал и даже рассказал тихо и доверительно мальчику о самых страшных моментах, которые ему довелось там пережить. И похоже, юного хозяина удалось впечатлить. По крайней мере попыток побега не было уже почти три месяца.

…А может, дело было в обещании Гермеса Аркадьевича научить племянника водить снегоход. Но для этого надо дождаться зимы.

Гермес Аркадьевич… Надо подготовить его любимое кресло. Он любит сидеть у окна, подальше от камина, но так, чтобы хорошо видеть потрескивающие в нем дрова. Именно в это место нужно поставить высокое кресло с изогнутой спинкой из бархата и красного дерева. А вот диван стоит подвинуть ближе к камину, барышни очень любят тепло. И еще одно кресло рядом, Сергею Дмитриевичу захочется сидеть рядом с супругой.

Больше интерьер гостиной Анонимус решил не трогать. Остальные члены семьи просто займут свои обычные места.

Все эти тонкости он тоже пытался объяснить будущему фамильяру Кузьме: уют и комфорт в доме — одно из важнейших условий порядка и спокойствия семьи. Но ветреный юнец только отмахивался от «надоевших нравоучений» и мог вообще усесться на подоконник. И черт бы с ним, что взять с кота, но за ним начал повторять Михаил Вазилисович! Вчера, например, забрался на ель и не смог слезть с нее самостоятельно. Когда мальчика сняли, он принялся уверять, что тренировал ловкость и смелость, чтобы стать «как дядя Гера». Но Анонимус лично слышал, как перед этим Кузьма в красках и лицах рассказывал ребенку о встрече колдуна с дивом под личиной галки в саду у Перовых.

Надо подбросить в камин немного можжевеловых веток. Для аромата и потрескивания.

Дверные проемы Анонимус украсил небольшими гирляндами из осенних листьев, которые вчера старательно собирали дети.

А на столе и в столовой будут хризантемы. Но не букетами, у этих цветов слишком резкий и душный запах. Фамильяр не проникся модной сейчас китайской культурой, ему всегда нравился старый добрый античный стиль с его изысканной белизной и сдержанностью, но идея хризантем, плавающих в изящных вазочках в воде, пришлась ему по вкусу. Вполне пристойно и эстетично. Несколько бутонов дадут едва заметный приятный аромат.

Нельзя забыть и про барышню Веру. Сначала она сядет на диван с сестрой, чтобы поболтать и расспросить о новостях, но потом захочет перебраться поближе к Гермесу Аркадьевичу. Она сейчас активно готовится к поступлению в Академию: императрица в прошлый свой визит намекнула, что вскоре примут соответствующий указ, и если не будет препятствий, юную колдунью зачислят даже в середине года. Но для этого все экзамены надо сдать блестяще. «Ведь на вас, Верочка, будет смотреть весь мир».

Но весь мир Анонимуса интересовал гораздо меньше, чем мнение старой графини, которая отнеслась к идее с изрядным скепсисом.