В комнату вдруг пролился совсем другой свет — не лунный, который белый, а золотистый — как бывает от свечи.
Под потолком был воздуховод — несколько камней из кладки вытащили, оставив небольшое отверстие — только змее пролезть. Меня не должно было волновать, что там делают слуга и колдун, но я не утерпела. Подставила стул к стене, забралась на него, потом встала на спинку, и отверстие под потолком оказалось как раз перед моими глазами.
Теперь мне, действительно, была видна комната колдуна, и я слышала, как слуга и хозяин разговаривают, но не видела их. Зато видела камин и пару серебряных поленьев на полу, на каминной полке стояла горящая свеча в серебряном подсвечнике. Ага, значит, кровать находится как раз у моей стены, и колдун со слугой, скорее всего, находятся там же. Я прислушалась.
— …она дикая, — как раз заканчивал фразу Килби. — На кой вам дикая баба?
— Она будет жить здесь, — ответил колдун спокойно, — так что хватит причитать. Крепко привязал?
— Проверьте, — буркнул слуга.
Кого они там привязывают? Может, тут есть пленники? Не удивлюсь… Совсем не удивлюсь…
— Я дверь запер, как вы приказали, — недовольно отозвался слуга, а потом я увидела его — он прошёл к камину. — Ключ кладу на полку. А вообще, лучше бы её запереть. Не доверяю я этой… рыжей. Зачем она вам, господин?
— Не твоё дело, — отозвался колдун, но совсем не тем тоном, каким хозяева одёргивают зарвавшихся слуг. — А девушку запирать не смей, — он помолчал и добавил: — Не хочу, чтобы она чувствовала себя пленницей.
Ага, не хочет, чтобы пленницей, но дом приказал запереть! Вот ведь лгун! Я напрягла слух, чтобы не упустить ни единого словечка. Может, скажут ещё что-то для меня интересное.
— Пленница? — хмыкнул Килби. — Скорее — разбойница. Как бы она нам глотки ночью не перерезала!
Ах ты!.. Я чуть не свалилась со стула, возмущённая таким обвинением. Каждый судит по себе, между прочим. Наверное, этот дед из таких, кто нападает со спины, вот и про других думает…
— Нет, она так не сделает, — сказал колдун негромко. — Она добрая. Добрая и благородная. Заруби себе это на носу, Килби. И относись к ней уважительно. Всё, доброй ночи.
— Доброй, доброй, — почти с отвращением произнёс старик и добавил: — Уважительно? Ха! Пусть сначала заслужит уважение. По мне, так обычная замарашка… — он взял свечу, ушёл вправо, и в комнате колдуна стало темно, только луна бросала косой луч через зарешёченное окошко.
Я осторожно спустилась на пол, старясь не шуметь. Теперь понятно, что комнаты колдуна не миновать — если старикан оставил там ключ. Но колдун ведь спит когда-то?
Глава 5. Планы меняются
Конечно, и колдуны спят. Хотя бы иногда. А этот должен спать тем более. Он ведь ел? Значит, должен и спать, как все люди.
И значит, я должна подождать, пока он заснёт.
Может, пока мне надо поискать пленника?
Нет, это неразумно. Искать кого-то ночью, в чужом доме? Только сама попадусь. Лучше… лучше потом подам жалобу королю. Расскажу, что тут происходит. Уж король сможет приструнит колдунов, какими бы могущественными они ни были. А с меня какой спрос?
Успокаивая таким образом совесть, я снова присела на кровать, напряжённо прислушиваясь к тишине дома.
Сколько надо колдуну, чтобы крепко уснуть? Наверное, как и остальным людям — час или два. Придётся подождать…
Спать я не собиралась, и только на мгновение прикрыла глаза, потому что очень глупо сидеть неподвижно и таращиться в темноту. Глаза прикрыла на мгновение, а когда открыла, то обнаружила, что лежу щекой на матрасе.
Уснула!..
Вскочив, как ошпаренная, я выглянула в окно.
Слава Богу, проспала недолго. Луна ещё не успела скрыться, но уже переползла на ту сторону леса и почти задевала верхушки деревьев.
Настороженно прислушавшись, я убедилась, что в доме было тихо.
Можно идти…
Наверное…
Отодвинув щеколду, я вышла в тёмный коридор.