“Надо найти ещё.”
Меня переодели в тёплую ночную сорочку, больше похожую на целомудренное платье, но я всё равно закуталась в тёплую шаль, висевшую на спинке стула, и вышла в коридор.
На этаже царила звенящая тишина. Ночь была в самом разгаре, но оглядевшись по сторонам, я увидела, как из-под двери кабинета Строганова пробивается узкая полоска света.
Не спит?
В такое время?
Ноги сами понесли меня туда.
Только постучав я подумала о том, что я ему скажу? Что жажда замучила?
Так он мне не поверит, хотя это чистая правда.
– Войдите, – раздалось усталое из-за двери, и я осторожно приоткрыла створку.
Дмитрий Александрович Строганов сидел за столом – мрачный, с серыми тенями под глазами, но всё такой же притягательный. Длинные пальцы сжимали стакан с янтарной жидкостью, подозрительно похожей на коньяк.
Он смотрел в одну точку перед собой, но когда поднял глаза и увидел меня, то замер. Тёмные глаза заблестели облегчением и радостью.
Его превосходительство стремительно поднялся с места и обогнул стол, шагнув ко мне:
– Как вы себя чувствуете, Ольга Георгиевна? – он слегка хрипел, как будто сорвал голос. – Вам нехорошо? Позвать Марью Фёдоровну или сразу послать за доктором?
– Всё в порядке, Дмитрий Александрович, – забывшись, я мотнула головой и тут же поморщилась. – Честно говоря, я хотела найти немного воды. Пить очень хочется.
Строганов тут же повернулся к столу, и быстрыми, отточенными движениями наполнил стакан водой из графина. Подойдя к нему, я приняла воду, сжимая холодное стекло двумя руками и жадно осушила его до дна.
Глотать было немного больно, но жажда, к счастью, отступила.
– Спасибо, – улыбнулась я, и не удержалась от вопроса. – Ваше превосходительство, как папенька? С ним всё в порядке? Не пострадал?
– Жив-здоров, – кивнул Строганов, возвращаясь на своё место. Пальцы снова обхватили стакан и сжали с такой силой, что мне показалось, что стекло треснет в его руках. – Перенервничал, но это пройдёт.
– А Безродный... – я запнулась. – Он… точно?
Черты лица его превосходительства заострились, а верхняя губа с неприязненно дёрнулась.
– Мёртв, – холодно отчеканил он. – Это точно, Ольга Георгиевна.
– Мёртв, – машинально повторила я ним, чувствуя, как на глазах выступают слёзы.
Кошмар закончился, и Даша может спать спокойно.
Впрочем, я тоже.
– Спасибо, – прошептала, торопливо отворачиваясь и вытирая влагу безымянными пальцами. – Извините, что побеспокоила в такой час. Я пойду…
Я повернулась к двери, но на пороге замерла.
– А вы сами как? – спросила, не оборачиваясь.
Я услышала короткий смешок, от которого неприятно ёкнуло сердце.
– А вы как думаете, Ольга Георгиевна?
Дура, нашла что спрашивать.