Византийский мир : Византийская цивилизация. Том 3 (1950): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Юстиниан восстановил город, от которого остались лишь стены, но пришлось сократить ограду и оставить снаружи остров на Оронте и дома, построенные в изгибах реки, для которой прорыли новое, более прямое русло. Прокопий с удовольствием перечисляет большие постройки Юстиниана, но, как заметил Жан Лассю, это здания общественного назначения, и нет речи о церквях или дворцах. Юстиниан приказал устроить цистерны, каналы, стены, но он не стремился украсить новый город. Она была слишком затронута, чтобы быть полностью восстановленной за такое короткое время. Час упадка пробил для нее [607].

Древняя в Сирии, Месопотамии и Палестине, городская жизнь распространилась даже на арабские провинции с первых времен Римской империи. Далеко не исчезнув в VI веке, города стали более многочисленными и процветающими. Знаменательный факт: ипподромы были построены в центрах, которые никогда их не имели [608].

Источники. – Синекдем Иерокла насчитывает 145 городов в гражданском диоцезе Восток [609], а для менее обширной территории в своем «Описании римского мира» Георгий Кипрский называет 197 городов, не считая кастра и климатов, основанных Юстинианом [610].

Города Сирии. – Антиохия была разрушена персами так глубоко, что никогда не смогла вернуть свое прежнее процветание. По разительному контрасту, другие города Востока, пощаженные нашествием, никогда не были столь богаты, городская жизнь никогда не была столь блестящей, как во второй половине VI века. Именно тогда города украсились роскошными зданиями, в строительстве которых доминировали забота о богатстве и об изяществе: в базиликах, в монументальных гробницах, в монастырях, в частных домах муниципальной аристократии царит то же великолепие [611].

Мы уже описали многолюдные города базальтового региона Хаурана, чьи дома, прочно построенные и хорошо обустроенные, были оставлены в один день при приближении арабов и находятся сегодня в полной пустыне, где их нашли под песками почти нетронутыми [612]. Другие города известны нам по их руинам, вскрытым раскопками.

Таковой была Апамея на Оронте, основанная, как и Антиохия, Селевком Никатором, тщательно исследованная бельгийской археологической миссией под руководством Ф. Маянса. Город, занимавший 20 гектаров, пересекала главная улица, обстроенная портиками, шириной 23,50 м, на протяжении 2 километров. Мощения мозаиками на мифологические темы украшали тротуары под портиками. Самая красивая – та, что украшала дом, в зале, который имел 130 квадратных метров. В великолепной рамке из зелени выделяются, на светлом фоне, бестиарии и животные в натуральную величину и поразительной правдивости. Дата эры Селевкидов, начертанная на этом великолепном произведении, соответствует 539 году христианской эры [613].

В этих богатых городах те же вкусы к удовольствиям и спорту проявлялись с той же страстью, что и в Антиохии. Маршрут одного западного, посетившего Сирию, перечисляет особые таланты, мы сказали бы звезд, которые производит каждый из ее городов. Лаодикея славится своими возничими, Тир и Берит – своими мимами, Кесария – своими пантомимами, Гелиополь – своими флейтистами, Газа – своими боксерами (игроками в панкратий), Аскалон – своими борцами [614]. Берит (Бейрут) должен был своим престижем главным образом своей Школой Права, которая соперничала с константинопольской [615].

Палестина и Аравия. – Одновременно с Иерусалимом, Святым Городом, который в средние века считался центром мира, омфалосом, к которому обращались с молитвой [616], другие города Палестины сохраняли престиж от того, что были театром земной жизни Христа. Святилища были построены на самых местах, где произошли решающие события, о которых сообщают Евангелия: базилика Рождества в Вифлееме, три церкви на Фаворе, на самом месте, где Петр хотел поставить три шатра [617]. Чтобы лучше оживить эти воспоминания, художники и скульпторы создали новую иконографию, воспроизведенную на маленьких предметах, которые паломники увозили в свою страну.

Городская жизнь распространялась тогда за Иордан и в провинцию Аравию, как свидетельствует мозаика Мадабы (обнаруженная в 1897 году), которая представляла с большой точностью города Палестины, от дельты Нила, предположительно, судя по ее размерам, до Антиохии. Страна развертывается там с запада на восток, с ее горами, долинами, реками. Горы Иудеи черные, с каменистыми слоями, отмеченными мелкими черточками. Долина Гхор и пустыня Синая матово-белые. Мертвое море оттенено зеленым, с черными полосами. В Иордане резвятся маленькие желтые и черные рыбки. Города производят впечатление реальности: например, стены Иерихона с тремя большими башнями неравной высоты, разделенные воротами с фронтоном, улица с портиками в Газа, ведущая к базилике, три обелиска в Аскалоне, commemorating египетских мучеников, наконец, настоящий план Иерусалима с его улицами, обстроенными портиками, и, посредине, монументальная башня Гроба Господня. Узнают на севере ворота Святого Стефана, фланкированные двумя башнями, перед ними эспланада, украшенная колонной, далее большая продольная улица, в северо-западном углу многочисленные дома и на западе Яффские ворота. Надпись в апсиде церкви, кажется, датирует ее эпохой Юстиниана [618].

В Заиорданье мозаичное покрытие церкви в Наиме, местности, до сих пор не идентифицированной, представляло бестиарий, который, согласно надписи, был заменен около 729-730 годов геометрическими узорами [619], но что добавляет интереса к его открытию, так это его топографическая кайма, напоминающая кайму мозаики из Якто. Здесь памятники и церкви Палестины, с их названиями, разделены деревьями. Осталось лишь двенадцать маленьких картин, то есть половина первоначальной каймы [620].

В Бостре, метрополии провинции Аравия, удалось исследовать руины кафедрального собора, построенного в 512 году по круговому плану. Его купол того же плана имел 37 метров в диаметре и опирался на барабан, поддерживаемый восемью столбами, оставляя место кольцевому деамбулаторию, вписанному в квадрат, с четырьмя экседрами по углам. Балдахин, укрывавший алтарь, возвышался в центре, поддерживаемый колоннадой в виде четырехлистника [621].

В той же провинции Гераса (Джераш) находился важный город, очень процветавший в римскую эпоху. Его укрепления были перестроены в V веке, а при Юстиниане комит Флавий Элий частично восстановил главную улицу с колоннадами, которая выходила на Форум. Исследование руин выявило существование одиннадцати христианских памятников, среди которых компактная группа зданий, составляющих единое целое; они выходят фасадом в 30 метров на эту улицу, к которой их ось перпендикулярна. Это, во-первых, кафедральный собор, базиликального плана (конец IV века), за ним следует двор с портиками, с чудотворным фонтаном в центре, затем вторая базилика, мартирий Святого Феодора, возведённый священником Энеем в 496 году. Это здание сообщалось с баптистерием и прямоугольным атрием [622]. Аналогичная группа, менее сложная и расположенная по ширине, включала ротонду Святого Иоанна Крестителя, вписанную в квадрат и фланкированную по сторонам двумя базиликами, посвящёнными одна святому Георгию, другая святым Косме и Дамиану. Этот ансамбль датировался примерно 529-533 годами [623]. Последняя церковь, построенная в Герасе, была, вероятно, церковью епископа Генесия в 610 году, за двадцать два года до арабского нашествия [624]. Этот большой город, где греческий был господствующим языком, пострадавший от землетрясения 746 года, сохранялся, однако, вплоть до падения Омейядов (750), но исчез после переноса халифата в Багдад.

Этот ансамбль грандиозных произведений подразумевает значительные ресурсы, обусловленные большим экономическим процветанием, которое не исчезло с арабской оккупацией. В Сирии, впрочем, завоеватели приобщились к городской цивилизации.

Месопотамия. – В Месопотамии город-крепость Дары, построенный Анастасием в 505 году напротив персидского города Нисибина, был образцом градостроительства [625].

Эдесса, столица Осроены с римской эпохи, была населена сирийцами, но под властью Селевкидов эллинизм проник туда и распространил своё искусство и литературу. Эдесса от этого не перестала быть восточным городом, и это отличает её от больших сирийских городов. Вассальная эллинистических царей, она жила, с конца второго века до христианской эры, под династией Абгаров, которым был пожалован царский титул, но сирийский всегда оставался официальным языком, как свидетельствуют надписи [626] [627].

Город был расположен у подножия скального массива, в плодородной и хорошо орошаемой равнине. В самом городе пруд, питаемый подземными водами юго-западного плато, дал Эдессе имя Каллироя, «город прекрасных вод», согласно Плинию Старшему. На его берегах возвышались летние дворцы царей и знати, а также древнейшая церковь. Контрфорсы горы образовывали естественную защиту, к чему добавлялись двойная ограда и цитадель, внутри которой был построен зимний дворец. Двадцать пять ручьёв пересекали город и шли пополнять Скирт [627], водоток с нерегулярным течением, приток Евфрата. При Юстиниане одно из его наводнений вызвало разрушительное наводнение, которое разрушило часть города: император восстановил Эдессу, приказал выправить русло Скирта и прорыть туннель в скале, чтобы отвести его течение при выходе из города [628].

Эдесса была построена регулярно, и её улицы выходили к шести укреплённым воротам. Она была украшена красивыми площадями, как Форум, окружённый портиками, на берегу Скирта, и многочисленными памятниками: термы, театр, ипподром, большой госпиталь и многочисленные церкви [629].

Христианство было действительно очень древним в Эдессе, и, хотя дата его введения плохо известна, несомненно, что оно предшествовало 200 году, ибо обращение Абгара VIII после путешествия в Рим в 207 году – исторический факт. Эдесса, таким образом, одно из первых государств, сделавших христианство официальной религией [630].

Нам не приходится здесь заниматься ни развитием Эдесской Церкви, ни её мощной богословской школой, называемой Школой Персов, потому что её первые учителя пришли из Нисибина. Отметим лишь, что богословская литература Эдессы – на сирийском языке, как и так называемая Пешитта [631]. Сирийский и восточный характер города проявлялся в её религиозной архитектуре. Сирийский гимн в честь кафедрального собора Эдессы, перестроенного Юстинианом после наводнения 524 года, недавно переизданный и переведённый на французский, позволил Андре Грабарю восстановить его в основных чертах и проникнуть в его символический смысл [632]. Он был посвящён Божественной Премудрости (Святой Софии). Построенный полностью из камня, кубического облика, он был покрыт глухим куполом на угловых тромпах [633], окружён парадными дворами, украшенными тремя портиками с колоннами. Внутри стены были облицованы белым мрамором, «сияющим, как святое Лик Эдессы». Купол изображал звёздное небо и был окружён мозаиками на золотом фоне: образ вселенной, несмотря на свою малость.

Эдесса, впрочем, была знаменита в христианском мире и входила в число Святых мест, посещаемых паломниками. Она обладала двумя знаменитыми реликвиями: письмо, которое Христос написал бы царю Абгару, и которое было показано Сильвии Этерии в конце IV века, и чудесный портрет Христа, отпечатанный на ткани (мандилион). О нём будет речь далее [634].

Кроме массивов центра, региона земледелия и скотоводства в византийскую эпоху, большие монументальные и населённые города, восходящие большей частью с эллинистических времён, возвышались, многочисленные, главным образом вблизи побережий и на островах. Атталидская династия и римские императоры оставили там свой след. Иерокл перечисляет 372 города для Анатолии, из которых 43 для одной только провинции Азия [635].

Во всех этих городах, где говорили только по-гречески, античные памятники были ещё неповрежденны, и с IV века многочисленные христианские памятники увеличили их великолепие. Несколько этих зданий, в Эфесе, в Никее, в Анкире, вызывали воспоминания о великих соборах.

Эфес. – Метрополия провинции Азия, Эфес оставался важным речным портом на Каистре, в 5 километрах от моря, в месте слияния четырёх долин [636]. Как в античности, торговый город, расположенный у порта, был увенчан акрополем. Именно там в византийскую эпоху находились главные христианские святилища, почти все перестроенные Юстинианом. Важнейшим было святилище Святого Иоанна Евангелиста, простой киворий под открытым небом в III веке, здание в форме свободного креста в V веке, с гробницей святого в геометрическом центре, наконец, то, что воздвиг Юстиниан по тому же плану, но с пятью куполами, по образцу Святых Апостолов в Константинополе [637]. С его престольным праздником 27 декабря совпадала ярмарка, которая привлекала в Эфес такое значительное число торговцев, что таможенные пошлины достигали в этот день 100 литр золота [638].

Напротив этого собора находился мартирий Семи Спящих, объект ревностного культа. Он включал пещеру, в которой семь братьев, бежавшие от гонения Деция в 250 году, укрылись бы и уснули, чтобы проснуться при Феодосии, и над ней обширное святилище, включавшее церковь и погребальные залы, где хоронили усопших [639]. Другие мартирии, восходящие к очень древней эпохе, находились в ограде под открытым небом [640]. В нижнем городе, на Форуме, немецкие раскопки вскрыли двойную церковь, посвящённую Богородице, состоящую из двух базилик с узкими проходами, общими для обоих зданий, построенных на одной оси. Именно там состоялся третий вселенский собор в 431 году [641] [642].

Вифиния. – Азиатская провинция, наиболее близкая к Константинополю, Вифиния, ставшая в VIII веке фемой Опсикий, имела два больших города: Никея, метрополия, театр самых значительных событий в истории Византии, от первого вселенского собора до переноса в её стены императорского правительства и двора на время существования Латинской империи. Другой большой город – Никомидия, порт, расположенный в глубине подлинного фьорда, узкого и врезанного в сушу.

Никея была основана в 316 году до христианской эры на берегах озера Аскания, на равнине у подножия Олимпа Вифинского. Созданная с нуля, она получила регулярный план шахматной доски, с четырьмя большими центральными улицами, пересекающимися под прямым углом и выходящими к четырём укреплённым воротам, которые можно было видеть с центрального перекрёстка [642]. Этот план сохранился в византийскую эпоху, в то время как сегодня от славного города осталась лишь деревня посреди обширной ограды, почти пустынной, которая имела 1200 метров в ширину на километр в длину [643]. Ограда, проложенная в виде неправильного многоугольника, была переделана римлянами, византийцами и сельджуками; она состояла из стены, фланкированной полукруглыми башнями, второго вала с такими же башнями и рва, в который можно было спускать воду из озера Аскания. Эта ограда, построенная из кирпича, в значительной части сохранилась. В её стены встроены четыре ворот, украшенные скульптурами, обусловленные щедростью римских императоров. Восточные ворота были прекрасной триумфальной аркой, которую почётная надпись приписывает Адриану [644].

В византийскую эпоху Юстиниан блестяще восстановил дворец, отремонтировал акведук, снабжавший город водой, общественные термы рядом с гостиницей курьеров, а также щедро одарил Никею церквями и монастырями [645]. Из всех этих чудес сегодня остались лишь руины церкви Святой Софии, построенной по базиликальному плану. Её исследование привело Брунова к признанию четырёх периодов строительства с V века до Палеологов [646], и, ещё довольно хорошо сохранившаяся сегодня, крошечная церковь с куполом на многогранном барабане, возвышающаяся из квадратного массива, со следами архаизма; посвящённая Успению Богородицы, она датируется, вероятно, первой половиной IX века [647].

Фригия и различные провинции. – Анкира (ныне Анкара) была с римской античности метрополией Фригии, знаменитой храмом Августа и надписью, в которой он вспоминал свою политическую карьеру. Построенная на плато, укрытая высокими горами от морских влияний, Анкира никогда не должна была быть большим центром. Её континентальный климат состоит из контрастов и всегда сухой (26 см дождя в год). В византийскую эпоху единственным богатством страны было скотоводство в степях, которые господствуют ещё и сегодня, и настоящим парадоксом является то, что турки сделали из этого «сурового города в своём круге мрачных высот» столицу своей республики [648]. От византийской эпохи остались мощная цитадель, построенная на горе, господствующей над городом, руины церкви Святого Климента, базилики с куполом, довольно похожей на церковь Успения в Никее, и многочисленные обломки скульптур, в частности капители с орлами [649]. Это значит, что почти ничего не известно о жизни жителей Анкиры, кроме того, что они страдали от войн между багдадским халифатом и Империей и что их город, взятый и опустошённый аль-Мутасимом в 838 году, был отвоёван и восстановлен в 859 году Михаилом III и спафарокандидатом Василием [650]. В храме Августа, превращённом в церковь, длинная погребальная надпись – на имя Евстафия, турмарха фемы Букеллариев, столицей которой была Анкира [651].

Мы почти не имеем сведений о жизни жителей городов внутренних областей, помимо епископских списков и исследований церквей. В Каппадокии хеттские традиции сохранились в архитектуре. В регионе Ургупа отец де Жерфаньон отметил, что, не говоря о монастырях, большинство частных жилищ частично подземные. Так обстоит дело в Ургупе, где дома взбираются по бесплодному утёсу и кажутся прилепленными к скале, у подножия которой простирается хорошо орошаемая и плодородная равнина [652]. Византийские авторы называют жителей Каппадокии троглодитами и рассказывают, что они живут под землёй [653].

Порты и приморские города. – Берега Анатолии, так богато изрезанные, окружённые островами, архипелагами, полуостровами, были благоприятны для устройства портов и стоянок, обустроенных с глубокой древности и всегда процветавших в византийскую эпоху. Часто идёт речь в источниках о маяках, построенных или отреставрированных, в Кесарии Палестинской [654], в Смирне в 671 году высоким сановником, Амвросием Миласеем, анфипатом [655]. В Памфилии большим портом, эллинистического происхождения, была Атталия, главный город морской фемы Кивирреоты. Раскопки в Турканбее вскрыли руины византийского города, который должен был быть великолепным [656].