Ненужная княгиня 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Лишние мили, — нахмурился капитан. — И время.

— Это единственный выход, — отрезал Мещерский. — Мы купили время, а не безопасность. Наверняка на старом маршруте нас ждёт засада.

Капитан на секунду задумался, кивнул и направился к мостику. Вскоре я услышала, как он отдаёт приказы штурману.

А Станислав провёл рукой по лицу, будто стирая усталость, скользнул взглядом по палубе и наконец-то заметил меня.

А может, и не заметил...

В его глазах была пустая отстранённость. Пару секунд он просто смотрел, будто силясь вспомнить, кто перед ним. Затем кивнул коротко, деловито — и, ни слова не говоря, скрылся в каюте.

Я осталась на палубе под набирающим силу ветром, с холодной тревогой, растущей где-то под рёбрами.

К Афинам мы подошли на рассвете, спустя пару дней. Слишком медленно для военного брига, но достаточно быстро для тех, кто вынужден остерегаться каждой тени.

Когда я проснулась, на палубе уже было шумно. Раздавались свистки боцманской дудки и короткие приказы офицеров. Именно они и разбудили меня.

Зевнув, я выбралась из надоёвшей узкой койки. Убедилась, что Мещерского уже нет, и сама занялась утренним туалетом.

Признаться, все эти переодевания по триста раз на день порядком утомляли. Тем более в таких стеснённых условиях. А то, что многое из одежды невозможно было надеть без помощи служанки — и вовсе раздражало.

Да, я всё ещё не привыкла. Всё ещё тосковала по простоте и комфорту своей прошлой жизни. И чем дольше длилось наше путешествие, тем чаще мне хотелось всё бросить, сойти в ближайшем порту и забыть этот деревянный гроб как ночной кошмар.

В такие моменты я пряталась тут, в каюте, от внимательного взгляда Станислава и ненужной суеты Груни. Вот и сегодня решила всё сделать сама, не тревожа служанку. Тем более звуки за стенкой подсказывали, что она всё ещё спит.

Умывание, облачение в один из купеческих нарядов — самое простое платье из синего жаккарда с белоснежной шелковой сорочкой в греческом стиле — меня даже повеселило. Чтобы поддержать образ, я собрала волосы в «греческий узел» на затылке, старательно утыкала его шпильками и для надёжности подвязала шарфиком.

Груня продолжала безмятежно посапывать в своей каморке, когда я осторожно выбралась на палубу.

Воздух был прозрачным и прохладным, а небо — ясное, без единого облачка. Лёгкий зефир гнал нас на северо-запад, в сторону сизой дымки, растянувшейся вдоль горизонта. На палубе царила деловитая суета: матросы на марсах вглядывались в воду, выискивая рифы, а на баке готовили лот, чтобы вовремя ощутить под килем опасное мелководье.

Прижавшись к стенке каюты, я засмотрелась на восходящий солнечный шар и вдруг осознала — а зима-то прошла! Когда мы бежали из Неаполя, была середина февраля, а сейчас… сейчас уже март!

Потрясённая этим открытием, я заметила ещё одну вещь, прежде ускользавшую от моего внимания. Сквозь утреннюю дымку по правому борту начал проступать величественный силуэт. Не зубчатые контуры одинокого Пароса, а низкая, мощная каменная громада.

Поначалу это была просто тёмная полоса. А потом я увидела, как слева, у самого края земли, засверкала на солнце крошечная точка.

— Мыс Сунион.

Голос прозвучал так внезапно, что я даже вздрогнула. Глянула раздражённо на возникшего рядом Мещерского и получила в ответ виноватую улыбку:

— Простите, пани, не думал вас напугать.

После встречи с турецким патрулём между нами повисла некая недосказанность, нарушить которую я не осмеливалась, а он — не спешил. Может быть, потому что в тот день я увидела ещё одну его сторону. Ту, которую он не хотел мне показывать: не просто облечённого властью чиновника, но и человека, способного идти к своей цели по головам.

Я не знала, какого Мещерского стоит больше бояться. Поэтому буркнула с явным намёком:

— Но напугали! Это вас в Третьем отделении научили подкрадываться к дамам? Кстати, что это так сияет?

— Храм Посейдона.

Разумеется, на первый вопрос он не ответил, да я и не ждала. Отвернулась и сделала вид, что увлечена происходящим на море.

А там и правда было на что посмотреть.

Туман редел, земля приближалась. Причём так быстро, что я уже могла рассмотреть скалистый берег, покрытый блёклой зимней зеленью. А вскоре и запахи изменились. Ветер наполнился ароматами сосновой хвои, известняковой пыли и дыма. Мещерский втянул его носом и сообщил:

— Ещё полчаса, не больше.