— И теперь я должна это исправить?
— Ты не должна. Ты можешь. Если захочешь.
Лин Сяо повернулась к нему.
— А что бы сделал ты на моем месте?
Лю Чэнь улыбнулся — первая искренняя улыбка за все время их разговора.
— Тысячу лет назад я бы попытался принять решение за всех. Сто лет назад — устранил бы проблему силой. Теперь же теперь я бы пошел к людям и спросил, чем могу помочь. И если они скажут "ничем" — ушел бы. А если попросят помощи — дал бы им не то, что считаю правильным, а то, о чем они просят.
— Даже если это будет неразумно?
— Особенно если это будет неразумно. Право на глупость — одно из важнейших человеческих прав.
Лин Сяо рассмеялась, и смех прозвучал легко и освобожденно.
— Право на глупость Мне нравится. Значит, и я имею право быть глупой?
— Конечно. В разумных пределах.
— А кто определяет эти пределы?
— Твоя совесть. И готовность нести ответственность за последствия.
Лин Сяо кивнула. Внутренняя буря в её душе утихала. На смену хаосу сомнений приходила ясность понимания.
— Спасибо, — сказала она Лю Чэню. — За то, что выслушал. За то, что не пытался решить за меня.
— Спасибо тебе за то, что не позволила мне принимать решения в одиночку тысячу лет назад, — ответил он. — Если бы тогда рядом был кто-то такой, как ты сейчас.
— История пошла бы по-другому?
— Возможно. Или возможно, я все равно выбрал бы путь тьмы. Кто знает? Важно то, что сейчас мы можем поступать лучше.
Они спустились с горы вместе, каждый погруженный в свои мысли. У подножия их пути разошлись — Лю Чэнь направился к восточным провинциям, где ему сообщили о новых разломах между мирами, а Лин Сяо вернулась в деревню в долине.
Она нашла жителей собравшимися на главной площади. Видимо, они ожидали её возвращения.
— Почтенная Хранитель, — поклонился староста деревни. — Вы решили, как нам помочь?
— Не я решила, — ответила Лин Сяо. — А вы. Я пришла спросить: хотите ли вы моей помощи? И если да, то какой именно?
Лица крестьян выражали удивление. Они явно не ожидали, что их мнение будет важно.
— Мы мы можем выбирать? — неуверенно спросила молодая мать с крылатым младенцем на руках.
— Конечно, — ответила Лин Сяо. — Это ваши жизни, ваши дети, ваша деревня. Никто лучше вас не знает, что вам нужно.
Жители переглянулись, затем начали тихо переговариваться между собой. Наконец, староста снова обратился к Лин Сяо:
— Мы обсудили и решили мы хотели бы понять, как жить в новом мире. Не хотим возвращать старый — там было много боли и несправедливости. Но и с новым справиться не можем.
— Вы хотите, чтобы я научила вас использовать новые возможности?
— Да. И чтобы показала, как защитить детей от их собственных способностей. И как помочь старикам, которые меняются против своей воли.
Лин Сяо кивнула.