Хозяйка разрушенного поместья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Твоё письмо меня потрясло. Не столько тем, что ты написала, сколько тем, что ты вообще смогла его написать. Месяц назад ко мне явился твой муж и с печальным лицом сообщил, что ты не перенесла родов и погибла вместе с новорождённой. Он даже предложил отслужить заупокойную мессу в столичном храме. Я чуть не сошла с ума от горя.

А теперь ты пишешь мне. Живая.

Я не знаю, что происходит, девочка. Но если это правда — знай: я сделаю всё, чтобы защитить тебя и твою дочь. Даже если для этого придётся пойти войной на Вольдемара и весь его род.

Однако прежде я должна убедиться. Мало ли кто мог написать мне от твоего имени. Ответь мне на три вопроса. Только ты, настоящая Фрея, знаешь на них ответы.

Первый: что я подарила тебе на твои двенадцать лет, когда ты сломала палец, упав с лошади?

Второй: как звали нашу старую кухарку, которая тайком кормила тебя сладостями перед сном, и что с ней случилось?

Третий: что ты прошептала мне на ухо, когда я застала тебя в слезах за день до твоего побега с Вольдемаром?

Ответь. И тогда я поверю.

Твоя тётя, Астрид Рунгерд».

Я перечитала письмо три раза. Сначала просто пробежала глазами, потом вчиталась, потом застыла над последними строками.

Ответы у меня были. Не в моей памяти — в памяти Фреи. Они лежали глубоко, на самом дне, куда я старалась не заглядывать, потому что чужая жизнь всё ещё отзывалась болью. Но сейчас пришлось нырнуть.

Двенадцать лет. Сломанный палец. Я зажмурилась, и картинка всплыла сама собой: девочка в синем бархатном платье, с заплаканным лицом, сидит в кресле, а тётя Астрид, высокая, строгая, в тёмном платье с высоким воротником, протягивает ей... что?

Маленькую шкатулку. Серебряную, с гранатами. Внутри лежал засушенный цветок — тот самый, который Фрея сорвала в саду в день смерти матери. Тётя сохранила его и вернула, когда девочка больше всего нуждалась в утешении.

Я открыла глаза. Сердце колотилось ровно, но где-то в груди поселился холодок.

Второй вопрос. Кухарка. Я помнила её имя — тётя Марта. Полная, добрая, с руками, всегда пахнущими тестом и мятой. Она пекла крошечные медовые коврижки и прятала их в кармане фартука, чтобы угощать маленькую Фрею, когда та не могла уснуть. А потом... потом её нашли мёртвой в своей каморке. Просто не проснулась однажды утром. Фрея плакала три дня.

Третий вопрос был самым страшным.

«Я боюсь, что он меня разлюбит, тётя. Я боюсь, что я недостаточно хороша для него. Но я не могу без него жить».

Глупая, наивная девочка, которая променяла родную кровь на красивую улыбку и обещание счастья.

Я сидела за столом, и чужие слёзы жгли глаза. Слезы Фреи. Или уже мои? Я перестала понимать, где кончается она и начинаюсь я.

— Госпожа? — тихо позвала Грета. — Вам плохо?

Я покачала головой. Встала, подошла к окну. Лина возилась на расстеленном одеяле, пытаясь поймать солнечный зайчик. Кот лежал рядом, положив голову на лапы, и лениво жмурился.

Посмотрела на него внимательнее.

Он изменился. Я не замечала этого раньше, потому что видела его каждый день. Но сейчас, в солнечном свете, стало очевидно: шерсть у него больше не была тусклой и взъерошенной. Она лоснилась, переливалась медью и золотом. Глаза, прежде мутноватые, сияли яркой, прозрачной зеленью. Он двигался иначе — легко, упруго, будто сбросил несколько лет.

Он выглядел моложе. Намного моложе, чем полгода назад.

— Странно, — сказала я вслух.

— Что, госпожа? — Грета подняла голову от шитья.

— Кот. Ты не замечала? Он словно помолодел.

Грета посмотрела на рыжего, прищурилась.

— Ну... — протянула она неуверенно. — Сытый просто. И мыши тут жирные.

Я покачала головой. Нет, дело было не в мышах. Но объяснения у меня не было. Отложила эту мысль, как и многое другое, что не вписывалось в привычную картину мира.