– Как вы ни убеждали меня в обратном, – сказал он, – пять лет войны на Донбассе и четыре года мучений с Минскими соглашениями и Нормандским форматом показали, что договариваться с украинскими властями и, более того, с Западом по украинскому вопросу – занятие абсолютно бессмысленное, чреватое стратегическим проигрышем. Подписать что-то, может, и удастся, но ни одна договоренность не будет исполнена украинской стороной, и гаранты так называемого мирного процесса вовсе ничего не гарантируют, а ведут себя как женщины с пониженной социальной ответственностью, которые взяли деньги, и теперь не хотят исполнять номер. Если бы не внезапно возникшие Врата, заблаговременно поднявшие тонус всей нашей стране, такое положение могло бы длиться вплоть до того момента, пока Запад не счел бы себя готовым испытать нас на прочность. И вот тогда, как однажды двадцать второго июня, нам пришлось бы отчаянно отбиваться от внезапно напавшего на нас врага, потому что мы полагались бы на соглашения, которые противная сторона и не собиралась исполнять. Как оказалось, стремление решить все конфликты мирным компромиссом может привести к весьма неприятным последствиям. Впрочем, некоторое время назад мы с вами об этом уже говорили.
– Я все же надеялся, Владимир Владимирович, что все обойдется, – произнес Сергей Лавров. – И вот теперь компромисс невозможен, Третья Мировая война неизбежна, и мы идем к ней гигантскими шагами.
– Война – да не та, которую вы имеете в виду, Сергей Викторович, – вместо Президента ответил Шойгу. – В Пентагоне генералы с ума еще не посходили. Вспомните, на кого американцы нападали в одиночку? Сто двадцать лет назад – на чрезвычайно одряхлевшую Испанию, пятьдесят лет назад – на Северный Вьетнам, да сорок лет назад – на малюсенькую Гренаду. В коалиции, всем составом НАТО, они атаковали Корею, Афганистан, Сирию, Ливию, Сербию и Ирак. Для атаки России американцам пришлось бы собрать под свои знамена весь мир, включая Китай, но такой кунштюк сейчас физически невозможен. Об этом мы с вами в прошлый раз тоже говорили…
– В ситуации, когда оппоненты в принципе недоговороспособны, дипломатия утрачивает свое значение, – веско произнес Президент. – Поглядите внимательно, с кем на коллективном Западе можно было бы вести переговоры и рассчитывать на то, что достигнутые договоренности будут исполнены?
Некоторое время министр иностранных дел напряженно молчал, потом, будто перебарывая себя, выдавил: «Ни с кем!» – и стал вставать со своего места.
– Сидите, Сергей Викторович, – неожиданно мягко произнес Президент. – Кроме коллективного Запада, есть Восток: Ближний, Средний и Дальний, есть Индия и Индокитай, есть Африка и Латинская Америка, где у вас большой авторитет и кредит доверия, и где недееспособность западных партнеров также стала притчей во языцех. Сегодня британцы, янки или французы заключают соглашения, а завтра разрывают их без предупреждения, потому что они, видите ли, передумали. Больше всего достается России, но каждая страна ставит себя на наше место, вспоминает колониальное прошлое, и таким образом выбирает сторону в борьбе. В незападных странах, конечно, тоже есть свои ухари, с которыми ухо надо держать востро, но дипломатия как политический инструмент на этих направлениях вполне дееспособна. Сейчас мы выступили против гегемона, забили ногами почти до смерти его боевую свинку, выстояли под натиском супер-пупер-санкций, чем показали, что коллективный Запад не всесилен – пора переходить в дипломатическое наступление и перевязывать разорванные связи в свою пользу. К сожалению, не каждый наш дипломат готов прямо сейчас променять Париж, Берлин или Вену на Джакарту, Пекин или Куала-Лумпур. Но на эту тему мы с вами поговорим позже и в более узком составе, а сейчас вернемся к чисто военным вопросам…
Начальник генерального штаба мрачно покосился в сторону министра иностранных дел и сказал:
– Перед началом финального наступления было бы неплохо отправить винницкое правительство вслед за киевским, а второе формирование украинского генштаба – вслед за первым. Но есть одна проблема. И правительство пана Авакова, и новое украинское главнокомандование, помня о судьбе своих предшественников, забилось в противоатомные бункера еще советских времен и не показывает оттуда носу. «Калибры» против этой хрени неэффективны, «Искандер» свод такого бункера, может, пробьет, а может, нет. Необходимо применение экспериментальных на данный момент ракет «Кинжал» и «Циркон», которые по ту сторону Врат не так давно прошли испытания по крупным надводным кораблям. Результаты тогда были более чем многообещающими.
– И вы, значит, решили испробовать их на противоатомных бункерах? – хмыкнул Президент. – С другой стороны, все верно. Пора вселять в наших партнеров из НАТО чувство, что все они смертны, и при случае не отсидятся ни в каком убежище. Тем более что гиперзвук как раз американцам не дается, а для нас это дополнительный плюс. Только ликвидацию следует произвести в самый канун наступления, чтобы противник не смог выдвинуть из своих рядов никакого нового начальства. Ну, впрочем, вы и сами это понимаете, а посему текущий разговор пора заканчивать. Нет-нет, Сергей Кужугетович и Сергей Викторович пока остаются. Как я уже говорил, есть еще один разговор для узкого состава участников.
Пять минут спустя, там же.
Присутствуют:
Президент Российской Федерации – Владимир Владимирович Путин;
Министр обороны – генерал армии Сергей Кужугетович Шойгу;
Министр иностранных дел – Сергей Викторович Лавров.
– Должен вам сообщить, – сухо сказал Президент, – что события, начавшиеся три дня назад в китайском Ухане – это не какая-то там вспышка неизвестной болезни, а неудавшаяся попытка биологической диверсии со стороны Соединенных Штатов Америки.
Наступила тишина. Министр обороны молчал понимающе, а министр иностранных дел – недоуменно. Видя это недоумение, президент, обращаясь к Лаврову, пояснил:
– Информация о потенциальных намерениях американцев была получена китайскими товарищами от наших военных, распотрошивших на Украине американские секретные биолаборатории. Точнее, не так. Сергей Кужугетович и Валерий Васильевич доложили о результатах обследования мне, и уже я, как Президент и Верховный Главнокомандующий, принял решение поделиться информацией с коллегами. А вам тогда ничего сообщать не стали, потому что мы подумали, что лучше будет не выметать мусор из-под ковра, а расследовать все обстоятельства дела на месте. Стоило огласить американские намерения на весь свет (а ваши люди на это весьма горазды), и в Вашингтоне начали бы выдумывать еще какую-нибудь пакость. А оно нам надо? Пока все идет тихо, и про захват биолабораторий в прессе нет ни словечка, мы хотя бы знаем, чего следует ждать, и делимся этим знанием с партнерами по круговой обороне. Соответственно, после нашего предупреждения китайская госбезопасность стала гораздо серьезнее поглядывать через Тихий океан. В результате коллегам удалось не только вычислить агента ЦРУ под прикрытием должности дипломатического курьера, перевозившего образцы биологического оружия, но и перехватить смертоносную посылку из посольства в Пекине конечным исполнителям. При этом три капсулы с вирусной суспензией уже переданы для изучения в российские научные учреждения соответствующего профиля для разработки тест-систем и вакцин.
– Так значит, – спросил Сергей Лавров, – вся эта суета в Ухане, когда невозможно узнать, что там творится, на самом деле на поверку оказывается грандиозной мистификацией в чисто китайском стиле, когда в театрализованной массовке участвует население, провинции равное крупной европейской стране вроде Италии? Своего рода карнавал наоборот…
Да, Сергей Викторович, – кивнул Президент, – как уверяет товарищ Си, тревога в Ухане ложная, исключительно для отвода глаз американских империалистов. Лучше театрализованная массовка, чем ожидание подлого удара, который может обрушиться в любом месте и в любое время, в том числе и на Российскую Федерацию. В Пекине полагают, что следующей целью американского вирусного удара станут страны Европы. Как-никак это главный торговый партнер Китая в Старом Свете. Вот тут все будет по-настоящему. Мол, эту заразу туда занесли туристы, бегущие из объятой эпидемией Поднебесной Империи, где они любовались на диковинки самой древней цивилизации на планете. И когда европейская эпидемия будет в разгаре, и, может быть, даже перебросится за океан, китайские товарищи вскроют свои карты и покажут, что «вспышка в Ухане» была грандиозным блефом, необходимым для того, чтобы прояснить намеренья американских воротил. И вот тут, Сергей Викторович, настанет ваше время. Вы вместе с товарищем Ван И, как два дракона, будете парить над толпами взволнованного европлебса и гадить, гадить и гадить ему на головы дипломатическими нотами, заявлениями и просто своими любимыми сентенциями в стиле «дебилы, б-ть».
– Третья мировая война уже идет, – жестко сказал Сергей Шойгу, – только имеются сомнения, с какого года ее следует отсчитывать: с две тысячи четырнадцатого, две тысячи восьмого или сразу с девяносто девятого. Только прежде с западной стороны ее по доверенности вели всякие обормоты, и майдан на Украине тоже в числе подобных явлений. Киевский режим еще пять лет назад сам назначил себя авангардом НАТО и сейчас мы этот авангард уничтожили, ликвидировав вражеский плацдарм у самой нашей столицы, без развертывания против него своих основных сил. Следующая наша задача – добить остатки украинской армии и по всей линии выйти на бывшую госграницу Советского Союза, и, угрожая перевести войну на территорию противника, приготовиться отразить контрудар войск НАТО, если он последует, в чем есть определенные сомнения. То есть сомнения, что в конфликте примет участие НАТО как организационная структура, а не Польша, Литва, Латвия, Эстония, Финляндия и Румыния по отдельности. В любом случае мир таким, каким он был до первого апреля, не будет уже никогда. Как и предупреждал европейцев Бисмарк, русские пришли за своими деньгами и стоят на пороге.
– Да, – подтвердил Путин, – отныне обязанность разговаривать с дебилами возлагается на министерство обороны, а вы, Сергей Викторович, будете общаться только с умными людьми.
Некоторое время после этих слов президента и министра обороны в кабинете стояла тишина. Министр иностранных дел переваривал услышанное.
– Ну хорошо, – сказал он, – пусть будет так, хотя как-то не по себе. Лет пятьдесят в нашем ведомстве отчаянно боролись за мир, и эта деятельность сделалась смыслом нашего существования. «Лишь бы не было войны, мир любой ценой». Всю свою долгую жизнь я видел, как дипломаты искали компромиссы, чтобы избежать самого худшего, и каждый раз этот компромисс хоть чуть-чуть был не в нашу пользу. А иногда и не чуть-чуть, ап о-го-го. Потому и дожили до жизни такой. И к тому же в последнее время появилось такое впечатление, что чем дальше идет время, тем большими идиотами становятся наши партнеры по переговорам, и боюсь, что это еще цветочки. Пройдет еще три-пять лет – и в дипломаты на Западе попрет такая молодая поросль, что рядом с ней покойный Павло Климкин покажется Эйнштейном. Но, как я понимаю, это от безнаказанности. Зачем в дипломатах умные люди, если русские и так всегда уступают. А китайская проблема перед Западом, в первую очередь перед США, во весь рост встала совсем недавно. А теперь, Владимир Владимирович, скажите – вы собираетесь завоевывать Европу или просто обгрызете этот жесткий пирог по краям?
Путин и Шойгу переглянулись, и министр обороны сказал:
– Боюсь, Сергей Викторович, что план Трампа «Сделать Америку снова Великой» не предусматривает выживания Европы ни в каком самостоятельном виде. В лучшем случае уже к осени ее обескровят экономически, и в канун зимы бросят один на один со своими проблемами, в худшем – постараются превратить в поле битвы ограниченной ядерной войны, по принципу «Да не доставайся же ты никому». Тогда все пространство между Уралом и Ламаншем будет выжжено ударами тактического и оперативно-тактического ядерного оружия, города и заводы будут лежать в радиоактивных руинах, остатки населения будут вымирать от холода, холода и лучевой болезни, а мистер Трамп со своими присными за океаном будет подсчитывать барыши. Возможны промежуточные варианты, в которых война будет неядерной и охватит не всю Европу, а только ее восточную часть.
– Ядерная война нам не нужна ни в каком виде, – сказал президент Путин, – поэтому по своим каналам, минуя МИД, мы дали понять господам в Вашингтоне, что, в соответствии с нашей доктрине, ответим фронтальным ответно-встречным ракетно-ядерным ударом на любую ядерную атаку в наш адрес – неважно, кто будет ее автором: Франция, Германия, Великобритания или сами США. Есть сведения, что, получив такую информацию, мистер Трамп резко утратил интерес к самым радикальным способам противостояния. И это к лучшему.
– Но, Сергей Викторович, расслабляться нам ни коем случае не стоит, – добавил Шойгу. – Специалисты в области поведения двуногих приматов, макак, шимпанзе и прочих павианов, говорят, что при виде русских побед некоторых наших соседей охватывает неодолимое чувство фрустрации. Следствием этого чувства стала антироссийская истерия, разгорающаяся сейчас в Европе. В Прибалтике, Польше, Румынии, и даже в Болгарии это буйная, даже безумная русофобия, с низвержением памятников советским солдатам и уничтожением всего русского. А теперь подумайте о том, что случится, когда все русские и советские памятники этими вурдалаками будут низвергнуты, все русские кладбища разрыты, а наши победы и вызванная ими фрустрация никуда не денутся? Разные там шимпанзе в таких случаях быстро переходят к неконтролируемой агрессии. Нормальный такой обезьяний рефлекс, свойственный маленьким и даже мельчайшим людям, коими американцы постарались укомплектовать свои европейские оккупационные администрации после того, как перед второй Иракской компанией Владимир Владимирович, Герхард Шредер и Жак Ширак организовали им совместную акцию неповиновения, которая разом порушила иллюзию единогласной НАТОвской идиллии. Как писал по этому поводу царь Николай Первый: «Умные нам не надобны, надобны верные». Из этой компании выбивается только «мамочка Меркель», которая ради свой Германии вертится как уж на сковороде. Но думаю, что в самое ближайшее время ее каким-либо образом выведут из активной политической игры, заменив на какого-нибудь болвана из числа «зеленых» или свободных демократов, которые за альтернативную энергетику и однополые связи вдребезги разнесут весь мир, а не только Германию…
– Погодите, Сергей Кужугетович, – хмыкнул Сергей Лавров, – если принять вашу теорию целиком и без критики, то тогда понятно, для чего Трампу нужна Меркель. Именно она скажет твердое «нет» солидарной реакции всего НАТО, и тогда каждый из членов этого блока будет помогать своим воинственным собратьям в меру своего разумения и желания. Вот вам и весьма ограниченная, и при этом неядерная война в Европе.
– В таком случае, Сергей Викторович, ответьте мне на вопрос, – сказал Шойгу, – если мы победим, а американское влияние ослабнет, то что помешает той же Меркель привести Германию на нашу сторону и сделать Трампу вместе с его Америкой ручкой? Никаких идеологических барьеров между нашими государствами нет, а экономически скорее Германия зависит от России, чем Россия от Германии.
Министр иностранных дел потер лоб.