Не слушаю.
Читаю пришедшее сообщение. Наконец-то хорошая новость!
Некоторое время переписываюсь.
— Ладно, тихо, — в какой-то момент говорю строго. — Я реферат писать буду. И вы бы тоже хоть что-нибудь на завтра сделали.
Разговор затухает.
До позднего вечера работаю. Действительно пишу реферат.
Утром перед парами меня останавливает Маринка с параллели и страшным шёпотом спрашивает, правда ли, что я две недели не давала прохода Дипломату, как прозвали Самерского, а когда он сказал, что ему не интересно, припёрлась в кафе, где он отдыхал, и вешалась на шею, буквально предлагая себя?
— Элин, я в это не верю, — шепчет Маринка, а сама так и сверкает глазами, — ты же не такая. Я же помню, как Горин за тобой бегал.
Вообще-то за Гориным бегала я… Но в глазах других всё выглядело именно так. До определённого момента. Когда я немного перегнула. Эх, Горин, Горин… Ты против Самерского просто милашка. И где таких мужиков делают?.. Штучный экземпляр.
— Всё было как раз наоборот, — сообщаю, спокойным движением поправляя волосы. — Он меня пригласил. И знаешь, Марин… — закатываю глаза, — не советую. Много понтов из ничего. Как думаешь, почему папаша-дипломат сынишку в наш заштатный вуз отправил?
Перманентные брови девушки вопросительно приподнимаются в ожидании горячей сплетни, а я наклоняюсь вперёд, как бы доверяя секрет, и заканчиваю:
— Непорядок у него. Правда, не знаю, где… Надеюсь, что не там, — кидаю взгляд вниз, указывая на середину композиции.
Маринка хохочет, мои подружайки, облепившие нас со всех сторон, активно поддерживают мою позицию.
Чуть позже договариваюсь с ними аккуратно запустить пару слухов: Самерского я отбрила, потому что он не дотягивал… И многозначительное движение бровями. А там каждый в меру своей распущенности пусть догадывается, где и в чём он не дотягивает.
А Самерский пусть знает: со мной связываться — себе дороже.
После пар возвращаюсь в общагу героем-победителем. Милка с Алесей с последней пары сбежали — у них билеты на поезд, им ехать далеко. За Снежкой заедет отец, а мой автобус ещё через три часа.
Время пока есть, поэтому не спеша идём с ней в общагу.
— Добрый день, Элина.
Первый раз за всё время меня не раздражает ни эта фраза, ни эта фигура, неподвижно сидящая на скамейке.
Машу Снежке, чтобы шла без меня, и быстро подхожу. Глеб молча протягивает телефон.
Беру с замиранием сердца. Даже ладошки потеют. Смотрю на него. Совсем как новенький. Даже не хочется думать, что придётся его выкинуть и взять кредит. Чёртову прорву денег!
Страшно.
— Работает? — спрашиваю охрипшим голосом и включаю.
Секунда… Две…
Экран загорается. Перед глазами возникает привычная заставка. Не верю своему счастью.
Не глядя сажусь на скамейку и веду пальцем по рабочему столу. Быстро листаю.
Мои мессенджеры. Мои контакты. Сообщения.
Унимаю дрожащие руки.
Элина, успокойся!
Захожу на почту… Поднимаю задумчиво-вопросительный взгляд на молча взирающего на меня ботана.