Даррен опустился на корточки возле тяжёлого серого ящика и начал перекладывать содержимое. Я уже знал эту манеру. Он помнил, где что лежит, пока кто-нибудь другой не успевал навести порядок.
На кухне Иса резала хлеб. Не спеша, длинным ножом, придерживая буханку ладонью. Она слышала нас, но вмешиваться не торопилась.
Я съел ещё две ложки.
Даррен достал из ящика гибкий шланг, поморщился, сунул обратно, потом вытащил две металлические скобы разной длины и положил рядом.
— А куда ты?
— На восточный узел. У посадочного поля, — добавил Даррен, увидев, что я не понял.
Я перестал жевать.
Посадочное поле я видел издалека. Плоское тёмное пятно за крайними постройками, дальше по дороге, там, куда Иса обычно не ходила и куда меня одного, разумеется, никто не пускал. Иногда над той стороной посёлка появлялись машины. Обычные атмосферные — небольшие, быстрые, почти бесшумные на высоте. Один раз я видел что-то крупнее: светлое брюхо за облаками, потом долго гудело, но саму посадку закрывали дома.
Слов я к тому времени знал уже много. Что именно стоит за половиной из них, выяснялось куда медленнее.
— Я с тобой.
Даррен снова занялся ящиком.
— Нет. Ты в машине посидишь семь минут, потом полезешь смотреть, что я делаю, а там рабочая зона. И холодно ещё.
Я быстро нашёл в этом две решаемые проблемы из трёх.
— Я оденусь. И могу сидеть.
— Каэл.
Тон означал, что переговоры он считает завершёнными. Я посмотрел на Ису.
Она продолжала резать хлеб, будто вопрос её пока не касался.
— Я не буду мешать.
Иса наконец сказала:
— Ты вчера после обеда уснул на полу возле стола.
— Я не уснул. Я лежал.
Иса сложила два ломтя друг на друга, примерилась к контейнеру и отрезала у одного край.
— С закрытыми глазами лежал. Минут сорок.
— Я думал.
Даррен фыркнул в ящик.
Я повернулся к нему.
— Там можно сидеть.
— Можно, — согласился он. — Только я туда работать еду, а не тебя караулить.
Иса сложила ломти в контейнер, закрыла его и убрала нож. Потом вытерла руки о полотенце и подошла к двери. У них с Дарреном начался разговор, в котором я сначала не участвовал вовсе. Он сказал, что будет на восточном узле, не у самой площадки; она напомнила про прибытие; он ответил, что как раз поэтому и едет сейчас, пока грузовые не начали гонять туда-сюда. Иса спросила, надолго ли. Даррен сказал: если прокладка, то недолго; если вал, то к вечеру. Она спросила, какая прокладка, и по его лицу было видно, что этот вопрос застал его уже на полпути к другой мысли.
— Да не та, — сказал он. — На малом контуре. Там вчера давление опять гуляло. Кор говорит, датчик, а датчик весной меняли. Я хочу глазами посмотреть, пока они не начали всё разбирать.