Он кивнул, будто этого было достаточно.
Дорога пошла вверх.
Первым показался ограждающий вал — низкий, широкий, почти незаметный издалека. Потом за ним возникло само поле.
Оно было гораздо больше, чем тёмное пятно между домами.
Почти плоский овал, врезанный в землю. Покрытие ближе к дороге выглядело как чёрно-серое стекло, только не гладкое: матовое, местами шершавое, с длинными полосами и пятнами другого оттенка. Вокруг тянулись редкие мачты, низкие технические строения, склад и несколько широких дорог. На дальнем краю стояла одна грузовая платформа, возле неё возились трое людей.
Небо над всем этим было пустое.
Я почему-то испытал разочарование.
Даррен свернул к длинному низкому зданию у восточной стороны поля и остановился возле отдельной сервисной площадки.
— Приехали.
Я посмотрел на небо ещё раз.
Пусто.
— Челнок будет?
Даррен уже отстёгивал ремень.
— До полудня обещали. Может через десять минут, может через час. Если не задержали. Вылезай, всё равно ждать его я не собираюсь.
Рабочий узел находился не на самом поле, а за складом, в бетонной нише ниже уровня земли. К нему вела короткая металлическая лестница. Сверху всё выглядело скучно: крышка, две толстые трубы, кабели в защитных коробах, ручной запорный рычаг и табличка, половину обозначений на которой я ещё не умел читать достаточно быстро.
Даррен сначала не пустил меня вниз.
Он открыл крышку, посветил внутрь, наклонился и принюхался, потом спустился сам. Через минуту оттуда донеслось:
— Каэл, стой у края и не наклоняйся.
Я встал у края.
В нише стоял насосный блок: двигатель, корпус насоса, короткие участки труб, два клапана, что-то похожее на небольшой теплообменник и много знакомо-незнакомой обвязки. На дне собралась грязь. Возле одного соединения белел налёт, под трубой темнело старое пятно.
Даррен снял перчатку и провёл пальцами по корпусу.
— Холодный?
Он поднял голову.
— А должен быть тёплый.
Это было сказано не мне. Скорее самому себе.
Он снова полез внутрь, приложил к трубе маленький датчик из кармана, подождал. Потом вызвал Весту через рабочий терминал на запястье, запросил режим за последние сутки и минуту смотрел на цифры, не объясняя их.
Я тоже смотрел, но с моего места видел только цветные линии.
— Подай серый футляр. Верхний ящик.
Я обернулся к машине.
Вот я наконец и пригодился.