"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Прошла?

— Частично.

Я наклонился к окну. Стекло было мутным от дорожной пыли и отражало хуже дешёвого зеркала, но лицо в нём разглядеть удалось. На меня смотрел молодой мужчина. Черты расплывались при каждом вздрагивании кареты, хотя она стояла: лошади переминались, кузов слегка покачивался, свет менялся. Я приблизился к стеклу. Мужчина в отражении сделал то же самое. Я коснулся щеки — он повторил. Повернул голову — он не отстал.

Лет двадцать пять. Может быть, немного больше или меньше. Примерно на пятнадцать лет моложе меня прежнего. Лицо не принадлежало ни одному человеку, которого я знал, и при этом находилось с внутренней стороны моей кожи. Я закрыл глаза и попробовал вспомнить что-нибудь, связанное с ним. Имя, дом, родителей, женщину, дорогу, мужчину на козлах — хоть что-то, что не принадлежало моему прошлому.

Ничего. Память заканчивалась на сцене. До неё шли сорок лет моей жизни: квартиры, машины, выступления, переговоры, лица команды, аэропорты, гостиницы, звонки, цифры продаж. После последней мысли не было ни коридора, ни темноты, ни другого человека. Сразу началась карета. Это новое тело имело прожитые годы, одежду и маршрут. Памяти владельца к нему не прилагалось.

Я сжал руками край сиденья. Пальцы снова задрожали. На этот раз причиной была не дорога. Хотелось открыть дверцу, выйти и потребовать объяснений. Неважно у кого. У мужчины впереди, у первого встречного, у мироустройства. Требование должно было прозвучать громко и уверенно, после чего кто-нибудь обязан был признать ошибку и вернуть всё на прежнее место.

Я уже однажды умел убеждать тысячи человек одновременно. Возможно, поэтому особенно ясно понимал: аудитории для такого требования не существовало. Мужчина на козлах мог сказать, куда идёт дорога и долго ли ехать до следующей станции. Он не отвечал за смену тел, столетий и биографий. Я прижал ладони к коленям и стал ждать, пока дрожь уменьшится.

Вдох. Выдох. Снова вдох. Тело справлялось. Молодое сердце работало исправно. Голова не кружилась, если не считать той части головокружения, которая объяснялась отсутствием собственного лица. Колено болело после удара, затылок — после способа пробуждения. Других повреждений я не нашёл. Это было хорошо. И совершенно недостаточно.

— Далеко ещё? — спросил я.

Мужчина обернулся.

— Не должно быть далеко.

Ответ подходил любой дороге и не раскрывал ничего.

— До города?

— До города.

По его лицу я понял, что уточнять название опасно. Он уже услышал один странный вопрос. Второй мог превратить дорожную дурноту в событие, которое станут пересказывать на станции.

— Едем, — сказал я.

Мужчина взялся за вожжи. Лошади тронулись. Карета качнулась, колёса снова загрохотали, и мир продолжил движение без моего согласия.

Я откинулся на спинку. Нужно было прекратить спрашивать то, что этот человек считал очевидным. Каждый мой вопрос сообщал ему обо мне больше, чем его ответ — мне. В прежней жизни я сам учил людей сначала слушать и только потом говорить. Применить собственный совет пришлось в обстоятельствах, которые заметно превышали стоимость курса.

Я осмотрел карету. На противоположном сиденье лежала дорожная накидка. Под ним стояли сумки и небольшой сундук, закреплённый ремнём. В углу находилась трость или сложенный зонт — из-за тени я не разобрал. Возле моих ног стояла ещё одна сумка. Все вещи располагались так, словно пассажир ехал давно и считал это пространство временно своим.

В кармане сюртука лежал платок. В другом кармане пальцы нащупали тяжёлый округлый предмет. Во внутреннем кармане находилась плотная пачка бумаг. Телефона не было. Я проверил ещё раз. Правый карман. Левый. Жилет. Брюки. Ничего. Отсутствие телефона испугало сильнее, чем должно было после обнаружения чужих рук и лица. Телефон можно было включить, посмотреть время, открыть карту, проверить новости, найти название места по фотографии, позвонить кому-нибудь. Даже без связи он оставался частью моего мира и доказательством, что прежняя жизнь не закончилась полностью.

Никакого доказательства не было. Исчезли часы, графитовый костюм, петличка, кофе, сцена, команда, машина, квартира и помощник, который знал пароль от каждого нужного мне сервиса. Вместо них у меня имелись чужой багаж и мужчина с вожжами, решивший, что барину стало нехорошо от дороги. Я поднял руку к воротнику. Ткань давила на шею. Ослабить его привычным движением не получилось: устройство одежды было другим. Я потянул осторожнее и получил немного воздуха.

Карета снова попала в яму. Молодое тело отозвалось быстрее прежнего. Я выставил ногу, удержался и только после этого заметил движение. Мышцы сработали без отдельного решения. Это тело умело сидеть в карете, носить такую одежду и, вероятно, делать множество вещей, о которых сознание ничего не знало. Польза оставалась ограниченной. Оно могло удержать равновесие, но не сообщало, куда едет. Я снова попробовал восстановить последовательность: сцена, приступ, падение, карета — между третьим и четвёртым пунктами ничего не было.

Я не стал придумывать посмертный коридор, высший замысел или редкую медицинскую теорию. Все три объяснения требовали сведений, которых у меня не имелось. Рабочая гипотеза могла быть только одна: прежняя жизнь закончилась, нынешняя уже началась, а отменить ни первое, ни второе я пока не мог. Слово «пока» возникло по привычке. Я мысленно убрал его. Я не собирался искать обратную дорогу раньше, чем пойму, где нахожусь. Человек, не знающий собственного имени, плохо подготовлен к путешествию между мирами. Ему для начала следует хотя бы не потерять багаж.

За окном тянулась сухая дорога. По краям росли трава и низкий кустарник, дальше виднелись поля. Иногда попадались деревья, деревянные строения и люди (они останавливались, пропуская карету). Ни проводов, ни асфальта, ни дорожных знаков я не увидел. Одежда встречных тоже не оставляла современности много шансов, но окончательный вывод делать по одному окну не стоило. Хорошая декорация всегда убедительнее, если зритель заранее хочет в неё поверить. Я пока не хотел.

На стекле снова появилось молодое лицо. Теперь оно уже не испугало, только раздражало своим молчанием. У человека должны были быть имя, возраст, семья, причина поездки и место назначения. Возможно, мужчина впереди знал часть ответов. Но расспрашивать его несколько раз подряд означало сообщить, что пассажир либо потерял память, либо заменён по дороге другим человеком. Второй вариант был правдивее и заметно хуже звучал вслух.

Оставались вещи. Одежда могла сообщить положение. Деньги — возможности. Багаж — длительность поездки. Документы — имя и маршрут. Бумаги во внутреннем кармане уже были приготовлены для чужой проверки, а значит, вероятно, содержали сведения, которые окружающие считали настоящими.

В прежней жизни я часто говорил, что человек сначала продаёт образ, а потом подтверждает его фактами. Теперь образ мне достался готовым: молодой барин в дорожной карете. Не хватало только фактов, необходимых для исполнения роли.

Карета ехала к городу. Там меня могли ждать люди, знавшие владельца этого лица. До встречи с ними требовалось понять хотя бы то, что было известно любому случайному служителю: как меня зовут, откуда я прибыл и зачем. Я положил ладонь на внутренний карман. Под тканью чувствовались края сложенных бумаг. Документы?

Глава 2

Я расстегнул сюртук и вынул из внутреннего кармана бумаги. Прежний владелец сложил их аккуратно и расположил по степени необходимости: сверху лежало то, что, вероятно, требовалось предъявлять на станциях, ниже — письма и листы с иностранными печатями. Такой порядок немного успокаивал. Человек, способный правильно разложить документы, имел хотя бы одну полезную привычку. Карета тряхнула. Бумаги выскользнули из пальцев и разъехались по сиденью. Полезная привычка прежнего владельца не распространилась на нового. Я собрал листы, прижал их коленом и начал с самого плотного документа.