Зацепив носком ботинка, Марк сдвинул крышку в сторону. Туго перетянутые цветные свёртки, едва посыпанные песком, беспорядочной кучей проступили на фоне яркого света звёзд. Казалось, ночные светила нарочно старались поярче осветить этот сундук с сокровищами — блестящие защитные полоски так и искрились на новеньких купюрах.
— Тут же целое состояние! — воскликнул мой отчим, в глазах его сверкнули было, но тут же потухли искры.
Он строго посмотрел сыну в глаза. Ростом он был чуть ниже Марка, стоявшего к тому же на возвышении, но сейчас Марк казался маленьким и жалким, а его отец — большим и суровым великаном.
— Где вы их взяли? — хрипло вопросил он.
— Заработали.
— Что это за работа? Неужели за честную работу могут столько платить? Что вы делаете? Это взяточничество? Воровство? Отвечай, сын! — потребовал дядя Алехандро. — Я должен знать!
Марк молча отвернулся лицом к полю и взялся руками за голову — то ли не находил правильных слов, то ли не мог позволить себе сказать правду. Дядя Алехандро вопросительно повернулся ко мне. Я не стала врать и увиливать и просто сказала:
— Мы убиваем людей.
Несколько секунд он смотрел на меня — и его глаза, всегда такие добрые, теперь были полны тьмы, будто он увидел не меня, а какое-то страшное чудовище, притаившееся в моей тени. В его коротком взгляде пронеслись ужас, отвращение, разочарование, безнадёжная тоска… и что-то ещё. Капитуляция. Покачав головой, он выключил фонарь и произнёс совершенно потухшим, бесцветным голосом:
— Моё сердце разрывается, и мне стыдно. Мне больше некого винить, кроме себя.
— Папа, да почему?! — воскликнул Марк. — Мы уже взрослые люди и сами отвечаем за свои решения! Мы же, по сути, очищаем этот мир от злодеев! Если бы ты хоть одного из них узнал получше…
— Некого, — будто не слыша Марка, продолжал дядя Алехандро. — Это я не смог дать вам всё, что должен был. И я чувствую вину за то, во что вы, мои дети, превратились…
Я нервно теребила подол платья, не зная, куда деться. От страшной правды мой отчим буквально старел на глазах.
— Не переживайте, я не сдам вас в полицию, — тускло произнёс он, — ведь полиция уже здесь. Вот она, передо мной…
Он мимолётно взглянул на Марка, развернулся и понуро заковылял в сторону дома.
— Папа! — воскликнул Марк. — Всё не так, как ты думаешь! Мы делаем этот мир лучше!
Его силуэт становился всё меньше и меньше, и порыв ветра донёс до нас тихое, едва различимое:
— А эти грязные деньги, пахнущие смертью… Они не принесут счастья…
Глава XVII. Снежная битва
… Лучи пополуденного солнца серебрились в заснеженных шапках, укрывавших острые горные пики. Лёгкие утренние перья облаков растворились без следа, небо было чистым и ясным, и я наслаждалась полётом, вдыхая полной грудью морозный воздух через фильтр шлема. Терморецепторы протезов кричали о холоде в минус тридцать пять, в котором живые руки замёрзли бы за минуты… но мои руки не были живыми — и я была благодарна им за это.
В одиночестве, в движении я чувствовала себя неуязвимой на этой высоте.
Далеко внизу показался едва различимый, присыпанный снегом силуэт «Виатора». Он сливался с местностью и отсюда был похож на занесённую лесную поляну необычной формы — одну из многих сотен таких же полян, скрытых меж горных хребтов, у кристальных озёр и вдоль юрких речушек…
Спустившись вниз, я аккуратно закатила гравицикл в открытый шлюз и погасила двигатели. Насвистывая одну из тех бравурных «советских» мелодий, которые любил дед, вытащила из багажника пакет с покупками и прошагала в кают-компанию. Дядя Ваня, профессор и Марк сидели за столом. На одной ноге я сделала изящный оборот вокруг своей оси и поинтересовалась:
— Как вам обновка? Пуховичок отличный, в нём не холодно и не жарко, а ровно так, как нужно!
Мою беззаботность встретила гробовая тишина.
— Лиза, мы как раз ждали тебя, — проигнорировав мою реплику, прожужжал Ваня. — Присаживайся, нам нужно кое-что обсудить.
Я швырнула пакет на диван, устроилась на одном из свободных мест, стукнула об стол пару смартфонов и восхищённо ткнула в них пальцем.
— Видали? Вон чего нашла — вернулась старинная мода на сенсорные телефоны. Тут, в горах, ловит спутник, а эти номера — предоплаченные и анонимные, так что нужно изрядно постараться, чтобы вычислить нас.
Дядя Ваня, не обратив никакого внимания на телефоны, сообщил:
— Мы получили послание от заказчика. Вот посмотри и скажи нам, что ты об этом думаешь.