Я аккуратно поводила пальцами по металлу, но ничего не произошло. Коснулась поверхности. Подержалась за неё с полминуты — ничего. Ну что ж, видимо, эта загадка так и останется неразгаданной… Нужно было найти для артефакта безопасное место — и на этом всё. Пусть об остальном голова болит у заказчика — а мне нужно просто получить гонорар. Даже если поделим его на четверых — мне хватит с лихвой…
Я вернулась в свою каюту, открыла гардероб, сдвинула фальшпанель оружейного отсека и аккуратно положила туда сумку. Пора было собираться на разведку. Я оделась, как следует утеплившись, вытянула из дальнего угла гардероба мотоциклетные перчатки и мотошлем устрашающего вида. Вывалила на кровать платёжные карты на чужие имена.
— Куда-то собралась? — раздался голос Марка с порога каюты.
Привалившись к двери, он лениво почёсывал пузо сквозь бинты.
— Да, надо проветриться, — ответила я, рассеянно оглядывая разложенный на койке хлам. — Не могу больше сидеть взаперти.
— Это правильно. Если будешь пробегать мимо магазина, захвати мне пива и чипсов, а? Я так соскучился по какой-нибудь жирной, холестериновой гадости — сил нет…
Я направилась на выход, намереваясь отпихнуть Марка с дороги, но тот вновь ловко увернулся. Бросила вполоборота:
— На дворе утро стоит, какое тебе нафиг пиво? Иди-ка лучше зарядку сделай…
Я не успела добраться до ангара, как меня перехватил дядя Ваня и, выкатываясь в коридор, с ехидцей поинтересовался:
— А ты, Лизонька, знаешь, какой сегодня день?
— Нет, дед, — вздохнула я. — Поведай же мне скорее, я просто сгораю от нетерпения…
— Сегодня на Земле тридцать первое декабря, а это значит, что близится новогодняя ночь. Какая новогодняя ночь без шампанского и фейерверков? — Он оглядел меня с ног до головы и продолжил: — А поскольку ты, очевидно, собираешься на прогулку — привези-ка бутылочку игристого! И ещё что-нибудь, чтобы создать праздник. Ты справишься, я в тебя верю.
— Лети не знаю — куда, принеси не знаю — что… Нашли, блин, курьера, — проворчала я, исподлобья оглядев обступивших меня Марка и Ваню. — Ладно, что-нибудь поищу. И, кстати, деда, проверь почту, а то я забыла…
Обогнув дядю Ваню, я проследовала в ангар. Здесь, в самом тёмном углу под покрывалом затаился зверь. Он ждал меня последние несколько дней, и вот наконец дождался.
Я отстегнула крепёжные тросы и откинула тяжёлое покрывало. Гравицикл «Хускварна» блестел воронёно-чёрным, по боку плыли тусклые блики от желтоватого света ламп. Массивный радиатор ощетинился под вилкой, два мощных прожектора и обтекатель блестели отполированным пластиком, в котором можно было разглядеть собственное отражение.
Я взобралась на чудовище, включила зажигание и, убедившись, что аккумулятор полностью заряжен, запустила двигатели. Машина слегка подпрыгнула и повисла в десятке сантиметров над полом. Я подвигала рулём — вперёд, назад, влево, вправо, на себя, от себя… Четыре круглых астат-водородника, способные вращаться в трёх плоскостях, поворачивались в такт движениям штурвала и со свистом выплёвывали из себя горячие, синеватые потоки заряженных частиц.
Всё в порядке, можно лететь. Впорхнув в переходный шлюз, я скомандовала:
— Надюша, выпускай меня!
Шлюз жалобно лязгнул и стал медленно поворачиваться, открывая передо мной искрящийся заснеженный склон. Внутрь «Виатора» тут же понесло позёмку, задул холодный ветер, ощупывая и облизывая новое для себя место. Я аккуратно потянула акселератор, и гравицикл медленно выплыл наружу.
Убедившись, что шлюз закрылся, я направила машину вниз, к озеру. Гравицикл понёсся над самой поверхностью, шумно разбрасывая в стороны каскады весёлых брызг. На другой стороне озерца у самого берега я дёрнула штурвал на себя, и «Хускварна» взмыла в ясное безоблачное небо.
Вокруг задорно засвистел ветер, наивно полагая, что завладел мною и моей жизнью. Я неслась на высоте птичьего полёта и разглядывала горные цепи, беспредельно простиравшиеся к горизонту далеко внизу. Им не было конца, тут и там между ними в небо подскакивали острые пики и пологие навершия; робко прятались рытвины и расщелины.
Перья облаков стали ближе, до них уже можно было дотянуться рукой. Ветер подхватывал и отпускал машину в тщетных попытках унести меня вслед кучёвкам, плывущим в неведомые края. Мне же, как в самый первый раз, хотелось кричать от восторга, от ни с чем не сравнимого ощущения свободного полёта, от нахлынувшего чувства свободы…
Через несколько минут внизу показался посёлок, зажатый в ущелье меж двух заснеженных склонов. Я сделала пару кругов над тремя десятками современных термопластовых жилых домиков быстрой сборки, что кучковались вдоль речушки, бегущей по ущелью и скрывавшейся за боком крутого горного склона. Отсюда, сверху было видно снегоходы и внедорожники, вразнобой припаркованные возле домиков.
В самом центре посёлка, словно новогодний алтарь, возвышалась царская ель с гигантской алой звездой на макушке, увешанная блестящими разноцветными шарами. Рядом два домика портили идиллию кричащими неоновыми вывесками: «ГОСТИНИЦА» и «МАГАЗИН».
На торце магазина вдоль стены под узким продолговатым навесом, ни к чему не пристёгнутые и не привязанные, стояли лыжи — десятки пар самых разнообразных размеров. Палки располагались тут же, и я мельком удивилась — неужели это настолько глухое место, что можно вот так оставлять на улице лыжи, не опасаясь за их сохранность? Тут же, рядом на стене висела табличка: «Ботинки внутри». Теперь вроде бы становилось понятно — без ботинок от лыж не было проку. Впрочем, когда подобные мелочи останавливали человека с хорошо развитым хватательным рефлексом?
Это место излучало беззаботность, я сочла его вполне безопасным, поэтому взяла курс на снижение. Оставив гравицикл у торца магазина, прямо напротив лыжехранилища, сняла шлем и вошла внутрь. Под потолком помещения на ниточках висели вырезанные из бумаги снежинки, а окно было украшено гирляндой. На полках было всего понемногу — еда, хозтовары, имелся даже крошечный отдел с верхней одеждой. В уголке бубнил радиоприёмник. Крепкий лысый мужчина в камуфляжном ватнике и с солидной седеющей бородой встретил меня широкой улыбкой.
— С наступающим, незнакомка! — поприветствовал он. — Какими судьбами в нашем тихом краю? Приехали на отдых?
— И вас с наступающим, дорогой мой человек, — ответила я, изучая уставленные всякой всячиной стеллажи. — Я тут проездом по работе, решила вот заскочить за покупками. Мне нужны: бутылка шампанского… — Я загибала пальцы, шаря глазами по полкам. — Пачка бенгальских огней, две бутылки пива, пачка чипсов — самых дешёвых и мерзких, какие только у вас есть… И кое-что для женской гигиены…
Продавец ходил вдоль стеллажей, выуживая с полок нужные мне предметы, а слух мой зацепился за что-то. Из радиоприёмника вещал голос:
… — Несмотря на то, что Командование Космических войск отрицает саботаж, источники сообщают, что в рядах высшего состава происходят задержания. В частности, генерал Долгополов взят под домашний арест, в отношении него начато служебное расследование. Напомню: два дня назад Новосибирск стал ареной боевых действий. Звено неизвестных кораблей вторглось в воздушное пространство Содружества, которое оказалось совершенно неприкрытым. Летательные аппараты достигли поверхности и обстреляли промзону, но достаточно быстро покинули атмосферу планеты и скрылись от сил орбитального патрулирования. Информации о жертвах и разрушениях нет, однако район до сих пор оцеплен спецслужбами. Налётчики идентифицированы как россы, которые много лет назад вышли из состава Конфедерации, загадочным образом пропали вместе с отдалённой колонией и с тех пор не объявлялись… От себя замечу: спокойные времена закончились ещё несколько лет назад, с Великим Исходом, но это, похоже, никого ничему не научило. Надеюсь, хотя бы сейчас Конфедерация начнёт по-настоящему вкладываться в оборону нашего воздушного пространства от террористов…