Ещё один поворот, самый крутой — и впереди, внизу, как на ладони, развернулась маленькая бухта. Жёлтый полумесяц песка у воды, и десятки разноцветных пятен — лодок, катеров, яхт, качающихся у причала.
Сверху, с обрыва, всё ещё доносился вой сирен, а мы уже сорвались вниз по последнему витку, влетели на песок, поднимая фонтан брызг, пронеслись полсотни метров и резко замерли возле неказистого двухэтажного строения — не то сарая, не то гаража с жилым верхом.
Вдоль берега и выдающегося в море причала, точно игрушечные, стояли лодки — всех расцветок, с парусами и без, лениво постукивая бортами друг о друга.
— И что теперь? — вырвалось у меня.
— Ну, вот мы и приехали, — Софи сказала это так, будто мы просто припарковались у магазина. — Но… нас должны были встречать.
Сгребя ноутбук с сиденья, я выпрыгнула наружу, обернулась — и в груди похолодело. Чёрный джип, срывая гравий, замер поперёк дороги. Распахнулись двери, появились бойцы в чёрном, с головы до ног в тактической броне. Лица — под масками. В руках — автоматы с длинными магазинами, против которых мой бластер был игрушкой. Они не спешили. Они были уверены в том, что нам некуда деваться.
Бухта была крошечной, тесной ловушкой — метров триста от края до края. Справа — каменный причал, и у его борта белоснежная, не по месту элегантная яхта. Слева — выход в море, перекрытый невысоким терракотовым уступом.
— Бежим! — Софи дёрнула меня с такой силой, что я едва удержала ноутбук.
Она тянула меня к воде, в сторону узкого плавучего причала. Тем временем сверху, со стороны дороги, с визгом вывалился зелёный глайдер военной полиции и пронёсся над нами, закладывая вираж для посадки на берегу. Ещё один, покрупнее, подоспел следом и тоже пошёл на снижение.
Снизу, по серпантину с воем выкатился второй чёрный джип. Он прошёл вираж, не сбавляя, обогнул своего близнеца и рванул к нам по песку, поднимая веер пыли и гальки.
Глайдер шлёпнулся на поверхность метрах в пятидесяти. Джип, взвыв тормозами, замер в тридцати. Двери распахнулись одновременно, из глайдера показались двое в военной форме, а из джипа высыпала волна чёрных фигур. Полдюжины. Дула автоматов были не просто наготове, а чётко, профессионально, рассредоточено смотрели на всех присутствующих сразу — включая военных.
Офицер в фисташковой форме с опаской шагнул вперёд, а его напарник с явным облегчением на лице наблюдал, как на берег, поднимая пыль, опускается второй гравилёт.
— Никому не двигаться! — голос, хриплый от адреналина, сорвался с уст военного — почему-то он смотрел на меня. Наверное, потому что я здесь представляла наименьшую угрозу. — Руки! Чтоб я их видел! А вы… кто такие? Документы есть? — Он махнул в сторону чёрного отряда, но в жесте уже читалась неуверенность.
Мир застыл в хрупком, смертоносном равновесии, а со стороны деревьев, с рёвом вывернув на пляж, возник третий джип. Он встал, окончательно отрезая бухту от береговой линии.
— Спецназ ГСБ, майор Шеффер! — Голос одного из боевиков прозвучал негромко, но с ледяной отчётливостью, не оставляющей места для вопросов. — Ваше участие не требуется. Это опасные террористы. Подлежат нейтрализации.
— Нейтрали… — Полицейский заморгал, ошарашенно перебегая взглядом с бойцов на нас и обратно. — Вы там… целую бойню устроили на шоссе! Пострадали гражданские!
— Последнее предупреждение. — Майор даже не повысил тона — он лишь чуть развернул корпус, чтобы его ствол смотрел прямо в грудь офицеру. — Не вмешивайтесь. У вас есть приказ — у нас есть свой. Ваш приказ не отменяет наш. Разворачивайтесь и уезжайте. Можете написать рапорт. Считайте, вам уже повезло, что мы не начали зачистку прямо на трассе.
Между тем гравилёт сел на песок, и из него вышли ещё четверо в зелёной форме — с пистолетами наготове. Патрульные. Те, кто успел на зов Северино Толедо быстрее всех.
Повисла тишина — даже чайки умолкли. Военный офицер — единственный, кто ещё не достал оружие из кобуры — замер, а его лицо под каской покраснело от бессильной ярости и страха. Он посмотрел на напарника, на глайдер, на автоматы бойцов ГСБ, которые могли превратить их в решето за секунду. На нас. Он понял, что его жизнь висит на волоске — и его плечи обмякли.
Как в сцене безумного кино, на берегу стояли два десятка людей — и целились друг в друга. Бойцы в чёрном имели перевес — и в живой силе, и в огневой мощи.
— Ты слышишь?! — Софи вдруг закричала прямо мне в ухо, её пальцы впились мне в предплечье. Она смотрела не на преследователей, а куда-то в пустоту над скалой. — Он уже здесь! Только бы успел…
Я слышала лишь визг чаек, который словно спорил с нарастающим воем сирен сверху, с дороги.
И тогда — я услышала.
Не звук, а физическое давление на барабанные перепонки. Низкочастотный вой, переходящий в оглушительный рёв.
И он материализовался из-за скалы — угловатая, антрацитово-чёрная глыба, что вывалилась из-за уступа и заваливалась в воздухе на крыло — короткое, словно обрубок. Двигатели ревели так, что песок завихрился у наших ног, и все присутствующие разом задрали головы.
Корабль. Не корвет, не истребитель — индустриальный монстр. Прямоугольный корпус, четыре чёрно-жёлтых огненных хвоста из поворотных продолговатых консолей. Корабль шёл на посадку, нацеливая своё плоское техническое брюхо прямо на воду. На прямоугольном боку огромными жёлтыми буквами значилось: «Система-Ресурс Р-13-39».
Пауза продлилась недолго — и первыми среагировали бойцы в чёрном. Не сговариваясь, они нацелили шесть чёрных стволов, холодных и бездушных, прямо на меня. Я почти чувствовала тепло лазерных целеуказателей, ползающих по моей груди, по горлу, лицу.
«Мы не успели» — мысль была окончательной и плоской, как крышка гроба.
Я сунула ноутбук в руки Софи, оттесняя её за свою спину. Моё тело стало последним, хлипким щитом между ней и смертью. «Нет. Не будет у меня ещё одной потери. Не будет».
Глубокий вдох — с отчётливыми запахами моря, пороха и страха. Я закрыла глаза — не для молитвы, а для концентрации перед последним боем. Щёлкнуло запястье, обнажая бластер… «Теперь я готова принять на себя свинцовый град — и ответить. Пусть пули проникают в меня — одна за другой…»