Наверное, мне не стоит поощрять нашего хаотичного “плохого мальчика”, но смех всё равно вырывается из меня.
— Видите, Эммет находит меня забавным, потому что знает, что я прав, — Томми поднимает подбородок, глядя на меня.
Подобные шутки обычно как раз по части нашего капитана, хотя мне не нужно смотреть на Джека, чтобы понять, почему он не общается с остальными; я уже чувствую, как он сверлит меня взглядом.
— Мур, — Дженсен прерывает спор Арчера и Томми. — Ты планируешь закончить сегодняшнюю тренировку или объявляешь о досрочном завершении карьеры? — Дженсен стоит в центре льда, уперев руки в бока, и ждёт, когда его вратарь перестанет валять дурака.
Когда Томми и Арчер уезжают, оставляя меня наедине с Джеком, я поворачиваюсь к борту и хватаю бутылку воды, делая вид, что занят.
Мои попытки отсрочить неизбежный допрос Джека тщетны, и я это знаю.
— Ты говорил об этом с тренером? — простой кивок Джека в сторону моего колена не оставляет у меня сомнений в том, что он имеет в виду.
— У меня время от времени болит колено, особенно после таких тяжелых тренировок, как сегодняшняя. Мы в самом разгаре сезона, и в болях нет ничего нового для меня.
Джек прочищает горло, и я продолжаю, словно оправдываясь.
— Проживи ещё десяток лет поймёшь, о чём я.
Джек — один из самых молодых капитанов в лиге. Заслуженно, без вопросов. Но иногда ему не хватает понимания капитана-ветерана, такого как Сойер.
Когда несколько сезонов назад генеральным менеджером стал Эдриан Карни, он сначала рассматривал меня как преемника Сойера. Ему нужен был человек с опытом, умеющий спокойно работать с прессой. Я был его лучшим кандидатом на пост капитана, и я так сильно этого хотел. Помимо победы в Кубке, это была последняя галочка в моём списке желаний в карьере. Затем случилась травма, которая, по сути, уничтожила мои шансы. Помимо меня, Джек был очевидным выбором, но по совсем другим причинам — в двадцать семь лет его капитанство может быть долгосрочным, он, вероятно, лучший игрок в команде, и он определенно тот парень, который держит всех вместе, когда становится по-настоящему тяжело.
И всё же мне не стыдно признаться, что я испытывал чувство обиды и ревности по отношению к парню, пришедшему в команду и занявшему стартовую центральную позицию, а затем и всё руководство. Многие ребята считали, что он получил шанс только потому, что был пасынком тренера, и, да, я отчасти разделял этот ход мыслей.
В течение нескольких месяцев Джек доказал неправоту всех сомневающихся, включая меня. Преодолеть обиду было нелегко. Полностью я справился с этим только в прошлом сезоне. Но это уже моя гордость и самооценка. То, что Джек был капитаном, стало причиной, по которой мы выиграли Кубок в прошлом сезоне, и, следовательно, я вычеркнул хотя бы одну цель из списка.
— Ты иногда заставляешь меня нервничать, ты знаешь это?
Я бросаю на Джека вопросительный взгляд.
— Почему?
Он делает глоток и ставит бутылку на борт.
— Из всех парней в этой команде ты единственный, кого я не могу понять. Я Эдвард Каллен, а ты моя Белла. Каждый раз, когда я пытаюсь услышать твои мысли, у меня ничего не выходит.
Я закрываю глаза, отчасти удивленный, отчасти озадаченный этим парнем.
— Я не читал этих книг.
Джек отмахивается от меня так же, как Арчер от Томми несколько минут назад.
— А как насчет фильмов? — он кивает сам себе, как будто вспоминает свои любимые сцены. — Мы с Кендрой устроили марафон на неделе отдыха.
Качая головой, я кладу руку ему на плечо.
— Хорошо, Эдвард, я твоя Белла. Только не вздумай пить мою кровь или что-то в этом духе.
Улыбка сменяется более серьезным выражением лица, он оглядывается через плечо, проверяя, нужны ли мы ещё Тренеру.
Он поворачивается ко мне со стоическим выражением лица.
— Мне нужно, чтобы ты сказал мне правду. Как ваш капитан, я должен знать, выдержишь ли ты до конца сезона. Вы с Томми — наш первый выбор в линии обороны, и вы это знаете. Если нужно сократить вам время на льду, то мы можем...
— Мне не нужен отдых, — произношу я, прерывая его фразу. — Мне просто нужно более тщательно подходить к восстановлению после игр и, возможно, возобновить сеансы с реабилитологом.
Моё лицо буквально просит его поверить мне.