— Добро пожаловать в реальность, Эмметт, — я обвожу свой огромный живот, а затем показываю на своё лицо. — Как будто я могу получить степень по политологии, потом поступить в юридическую школу и при этом в одиночку растить ребёнка. Единственный способ, которым я могла бы это сделать, — это нанять няню. Дорогую няню.
— А как насчет твоей мамы? — предлагает он. — Ты могла бы перевестись в местный университет, и она могла бы помочь. Я знаю, она бы этого хотела.
— И уволиться с постоянной работы кассиром в банке? — отвечаю я. — Я уже представляю... — мой голос становится саркастичным, когда я передразниваю её менеджера. –
Конечно, конечно, Фрейя. Ты возьмешь с собой на работу кричащего ребенка, и мы превратим банк в детский сад
.
Эммет прищуривается, глядя на меня, изо всех сил стараясь не рассмеяться над моим чувством юмора.
— Забираю свои слова обратно. Ты идеальная двадцатиоднолетняя.
Я указываю на его айфон, лежащий на столе, модель которого устарела как минимум на три года.
— То же самое можно сказать и о тебе. Только люди постарше не переживают из-за новейших технологий.
Его губы растягиваются в улыбке, и так же быстро, как атмосфера стала напряжённой, между нами возвращается привычная лёгкость. Глухой смешок вырывается из его груди, пока он смотрит на свой телефон.
— Полагаю, мне следует обновить свой телефона?
Я пожимаю плечами.
— Я просто дразнила тебя. Мне вообще плевать на технологии, лишь бы всё работало. Но признание, что ты старый, мне нравится.
— Негодница.
Я показываю на своё лицо.
— Я?
Глаза Эммета ещё больше сужаются.
— Ты же и так это уже знаешь, Билли.
ГЛАВА 10
ЭММЕТ
— Будет ли это искушением судьбы, если я объявлю этот сезон своим лучшим в своей карьере на данный момент? — Джек окидывает взглядом нашу компанию, и его глаза в итоге останавливаются на мне, пока мы стоим у борта тренировочной арены и пьём воду.
— С учётом того, что до конца сезона ещё два месяца, плюс плей-офф, я бы сказал, это довольно смелое заявление, — отвечает Арчер, пытаясь отдышаться, как и все мы.
Тренер был жесток с нами сегодня после того, как мы потерпели поражение в Питтсбурге. Мы должны были одержать победу, но наша игра была не в том темпе, если не считать Джека, который будто из ниоткуда выдал максимум.
Балансируя на одном коньке, я сгибаю колено, стараясь быть как можно незаметнее. После двух операций и лучшей реабилитации, какую только можно получить, оно всё равно доставляет проблемы. Мария, наверное, была права, когда говорила, что большинство игроков отложили бы коньки и заявили о завершении карьеры. Чего она не смогла оценить, так это того, что хоккей — это больше, чем просто работа или зарплата; это то, кто я есть, и сейчас, как никогда, это кажется единственной константой в моей жизни.
Мой проницательный капитан опускает взгляд на мою ногу, изучая, как я сгибаю сустав. Его брови хмурятся, когда он снова смотрит на меня.
— Дженна встретится со мной позже в “Lloyd”, если вы, неудачники, захотите присоединиться, — Томми врезается в спины Джека и Арчера, подъезжая сзади и закидывая руки им на шеи. — Если вас увидят со мной, я улучшу вашу репутацию.
Арчер возмущённо откидывается назад.
— Ты вообще задумывался, почему каждый январь я — модель для благотворительного календаря?
Томми только ухмыляется, довольный тем, что так легко зацепил своего вратаря.
— Потому что PR команда решила, что дальше будет только лучше.