— Ох, не сердитесь, госпожа Гейси. Я лишь действую в интересах города. И мое упорство принесло плоды.
Будто на американских горках после коротко движения наверх, я рванула вниз на всей скорости. С каждым ударом сердца в тело будто впрыскивали новую порцию тревоги. Вся напрягшись я ждала продолжения, но Фроб медлил, наслаждаясь тем, что поймал меня в ловушку.
— Плоды неожиданно сладкие, — добавил он и шагнул ко мне, не сводя с меня взгляда. — Госпожа. Марисель. Брамс.
У меня словно земля ушла из-под ног, а голова совершенно опустела.
Фроб не просто сделал смелое предположение. Он был уверен. И отпираться было бессмысленно. Все попытки отрицать стоили бы не больше, чем дерганья привязанной курицы избежать отсечения головы мясником.
— Ты умница, что не пытаешься соврать, Марисель, — усмехнулся он и, наконец, сделал глоток из кубка. — Раскаявшимся грешникам да простятся грехи их.
— Грешникам? — невольно вырвалось из меня, и на губах появилась кривая усмешка. — Вам ли это говорить, господин Фроб?
Вместо ответа он сделал еще глоток и поставил кубок на стол, не допив.
— Придержи свой язычок для другого, Марисель. Ты даже представить не можешь, как легко я смогу уничтожить тебя, твою дочь, твои шахты и твою лавку. Один донос Инквизитору, и ты вместе со всеми своими работницами, Фридой и этой девчонкой Мэг будете болтаться на виселице.
В комнате вдруг исчез весь воздух, а пространство словно съели. Плотная темная мгла заполонила собой все, оставив лишь меня и Фроба.
Подонок смотрел на меня и ждал. Ждал, что я начну умолять? Но я молчала. Нам обоим было прекрасно известно, что я в его власти.
— Вам придется доказать, что я использовала магию. А сделать это будет не так-то просто.
— Неужели? — усмехнулся он. — Одно лишь существование твоей дочери - аномалия, Марисель.
Аномалия.
Магия Фледи.
Если люди Роана доберутся до нее…
У меня перед глазами все потемнело, но я стиснула зубы, не позволяя себе показывать слабости перед этим ничтожеством.
— Что ты хочешь? — прошептала я, и он улыбнулся так широко, словно только и ждал этого вопроса.
— Тебя.
Мир рушился. В животе поднималась тошнота от взгляда Фроба. В один миг я словно оказалась в Аду.
— Я прощу тебе все, Марисель. Но взамен ты станешь моей женой.
«НЕТ» — хотелось закричать во все горло.
Но я не могла действовать опрометчиво. Мне нужно было подумать.
— Уходите.
На короткий миг на лице ублюдка возникло нечто похожее на растерянность.
— Что?
— Я не дам вам ответа сейчас. Уходите сейчас же.
Он прищурился.
— Ты играешь…
— ВОН! — закричала я, не сдержавшись и, не помня себя, схватила с полки подставку. — Прочь!