А я таращилась на Роана, не понимая, какого черта происходит. Он не узнал меня? Или узнал, но ему все равно?
В голове пронеслось: «И верно — какой толк ему гоняться за сбежавшей невестой?». Ведь тогда на корабле Розамунда говорила, что инквизитор согласился на помолвку лишь под давлением ее отца.
Значит...
Значит он ВЫДОХНУЛ С ОБЛЕГЧЕНИЕМ, когда я исчезла?
Головой я понимала — это к лучшему. Но в груди поднялась такая буря ярости и обиды, что казалось, сердце сейчас взорвется.
«Как он СМЕЕТ?! Как он СМЕЕТ так спокойно отворачиваться?!» — кричало что-то внутри.
Но больше всего бесило то, что где-то в глубине, под слоями гнева, все еще теплилось это чертово...
Желание. Желание, чтобы он посмотрел на меня так, как тогда.
Черт бы тебя побрал, Роан Альвьер!
— Полагаю, сегодня все устали с дороги… — собственный голос показался мне чужим. — Предлагаю отправиться на покой, а уже завтра обсудить все вопросы.
Я не смотрела на него. Не могла.
Но кожей чувствовала, как его взгляд прожигает меня насквозь.
— Отличная идея, госпожа! — незнакомец в черном плаще живо подхватил, потирая свои пухлые ладони. — После нескольких дней в пути у меня жуть, как ломит кости!
Он ухмыльнулся, и его глаза скользнули по моей фигуре с таким неприкрытым интересом, что по спине побежали мурашки.
— И я хочу вымыться, поможете мне искупаться, госпожа Брамс?
Еще одна свинья похотливая! Из какой же, черт возьми, грязной лужи вы все выползли?! Вымыть тебя? Может, еще чего сделать?!
Я ощутила, как горячая волна ярости подкатила к горлу. Пальцы впились в ладони до боли, ногти оставили следы. Изнутри рвались грязные ругательства, но я отчаянно сдерживала их, очень скрупулёзно подбирая слова отказа, но…
— У вас что, нет рук?
Голос Роана рассек воздух, как лезвие. Незнакомец замер, будто придавленный невидимой силой. Его ухмылка застыла, превратившись в гримасу страха.
— Шучу, ха-ха! — попытался он смеяться, но звук вышел каким-то жидким и фальшивым.
Я чувствовала на себе взгляд Роана– тяжелый и изучающий. Он заметил мою ярость и страх - заметил то, что я не такая, какой должна быть.
— Я велю приготовить комнаты, — пробормотала я и торопливо направилась к крылу слуг, намереваясь растормошить Мэг, ощущая, как взгляд ледяных глаз прожигал мою спину.
ГЛАВА 11
Следующим утром, едва я переступила порог столовой, как сразу поняла — дело дрянь. Воздух, пропитанный ароматом свежего кофе и теплых булочек, казалось, сгустился, став тяжелым, как свинец.
— Марисель, доброе утро! Ты как раз вовремя, слуги только накрыли на стол, — прозвучал голос барона, первым заметившего мое появление.
Я едва успела кивнуть, как в поле моего зрения вошли остальные: вчерашний незнакомец и… Роан.
Его взгляд вонзился в меня раскалённым гвоздем — тяжелый, пронизывающий, будто рентгеновские лучи, просвечивающие насквозь.
— Приветствую, господа, Ваше святейшество… — пробормотала я, буравя взглядом пол и сжимая подол юбки.
Неужели мне придется, как обычно, прислуживать Фробу на глазах у… Роана? Мысль об этом вспыхнула в сознании, как спичка, брошенная в бензин. Внутри все сжалось в тугой узел невыносимого стыда, а в теле поднималось дикое желание сбежать отсюда к чертовой матери, скрыться с чужих глаз – прочь – подальше от пробирающегося под кожу взгляда Роана.
— Не стой столбом, Марисель. Поухаживай за нами, — поторопил меня Фроб.